Новости раздела

Рустам Минниханов: «Ученые должны заниматься наукой, исследованиями, а не лекции читать»

«7 дней»: от Российского венчурного форума до зарождения некропольного туризма в Казани

Рустам Минниханов: «Ученые должны заниматься наукой, исследованиями, а не лекции читать» Фото: Олег Тихонов

Почему российские инвесторы не часто вкладываются в инновации? Как устроена работа современного мусоросжигательного завода? Есть ли перспективы развивать некропольный туризм в Казани? Эти и другие вопросы легли в основу еженедельной информационно-аналитической программы «7 дней», выходящей на канале ТНВ. Подробнее — в обзоре «Реального времени».

В России маленький спрос на инновации

На прошлой неделе в Казани прошел ежегодный Российский венчурный форум. Мероприятие по традиции собрало огромное количество спикеров высочайшего уровня — представителей ведущих венчурных фондов, крупных инвесторов, предпринимателей и бизнес-ангелов из России, США, Китая, Сингапура и других стран.

Форум стал не только площадкой для обмена контактами, но и представил возможность компаниям презентовать свои разработки. Важно, что разработки были представлены не в виде абстрактных изобретений, а готовых к применению инновационных продуктов. Александр Кияница из Санкт-Петербурга, к примеру, нашел альтернативу шумным и дорогим в эксплуатации топливным генераторам — домашний накопитель электроэнергии нового поколения, с которым его компания уже готова выйти на рынок Татарстана.

Казанский IT-разработчик Марат Дусаев продвигает проект «Электронное стадо» — сервис, который отслеживает численность, здоровье и качество ухода за коровами. Марат предлагает пойти дальше и включить в этот процесс магазины. Его новая разработка позволит покупателю самостоятельно узнать, коровы какого хозяйства дали молоко, а также другие характеристики товара.

Еще одна разработка в сфере информационных технологий, на этот раз от челнинских айтишников, — мобильное приложение, которое поможет грамотно спланировать рабочий график. Разработка может быть интересна занятым и деловым людям, которым программа сама выберет из сотни встреч и контактов действительно нужные и полезные.

Но надо понимать, на фоне развитых стран наши достижения в сфере венчурных инвестиции практически не заметны. Проблема в том, говорят эксперты, что в России, по сути, нет спроса на инновации. И если проекты в IT-сфере инвесторы еще могут понять, то вкладываться в фармацевтику, медицину, прорывные идеи в авиастроении, машиностроении российские бизнес-ангелы не готовы.

— Нет реальной заинтересованности в инновациях. Нет мотивации. Может быть, это связано еще с тем, что нет полного доверия к тем инновациям, которые производятся в России, — предположил помощник президента РФ Андрей Фурсенко на пленарном заседании.

Андрей Фурсенко: «Нет реальной заинтересованности в инновациях. Нет мотивации. Может быть, это связано еще с тем, что нет полного доверия к тем инновациям, которые производятся в России». Фото Олега Тихонова

— Технологические проекты достаточно долгие. Человек может вложить деньги в предприятие, которое ему заработает через три месяца возврат. Или он отдаст предпринимателю, с которым еще возиться нужно. Пять лет пройдет, а он еще деньги потеряет, — говорит управляющий директор фонда Global Technology Capital Александра Джонсон.

Это только в теории реализация венчурных проектов — красивая история успеха, когда изобретатель и инвестор находят друг друга. Инвестор дает ему денег и через какое-то непродолжительное время проект начинает генерировать сумасшедшую прибыль. В реальности все гораздо труднее.

Так, например, на реализацию проекта промышленного беспилотника компании «Авиарешения» ушло 150 млн рублей. Позади 3 года испытаний, доводок, экспериментов. Если бы это был любой другой бизнес, он давно бы закрылся. Но этот проект живет и, более того, развивается. Пару лет назад в команду Дмитрия входило несколько единомышленников, сегодня это команда профессионалов численностью 35 человек. Дополнительные возможности появились после получения гранта Национальной технологической инициативы на 240 млн рублей. Получить его было очень непросто, признается генеральный директор компании Дмитрий Арсентьев. Зато теперь перспективы вырисовываются хорошие. Разработкой всерьез заинтересовались нефтяники, особенно работающие в условиях Крайнего Севера. Для них такой беспилотник — просто незаменимая вещь для доставки грузов.

Надо понимать, что на создание стройной системы поддержки инновационных проектов уйдут годы и даже десятилетия. Государственные фонды есть и сейчас, но, во-первых, объемы их ограничены. А во-вторых, сосредоточены они почти все в Москве.

— Россия — огромная страна, у вас есть колоссальные ресурсы, богатая культура. Это идеальная площадка для реализации многих проектов. Но особенность вашей страны в том, что все бизнес-процессы сосредоточены в Москве, — отметил участник форума исполнительный директор Hyperloop Transportation Technologies Дирк Алборн.

Татарстан мог вполне бы стать еще одной прорывной площадкой в сфере инноваций и венчурных инвестиций, что, по факту, уже происходит. Остается сохранить, а лучше утроить набранные темпы развития, считает Рустам Минниханов. Для этого нужно активнее задействовать возможности, в том числе высшей школы.

— Ученые в вузе должны заниматься наукой, исследованиями, а не лекции читать. Если вы это сумеете переломить, тогда наши университеты будут центром формирования инноваций, — заключил Рустам Минниханов.

Александра Джонсон: «Технологические проекты достаточно долгие. Человек может вложить деньги в предприятие, которое ему заработает через три месяца возврат». Фото Олега Тихонова

Как устроен мусоросжигательный завод

Волна протестов против строительства мусоросжигательного завода докатилась и до Авиастроительного района Казани. Очередной митинг прошел в парке «Крылья Советов». Предыдущий митинг против строительства мусоросжигательного завода прошел 15 апреля в Осиново. В этой связи корреспонденты «7 дней» попытались разобраться — что такое современный мусоросжигательный завод.

Человечество научилось извлекать энергию из мусора давным-давно, первый мусоросжигательный завод в мире был построен в Великобритании в 1874 году. Невозможным тогда представлялся тот факт, что теплоэлектростанции, работающие на топливе из бытовых отходов, могут быть безопасными для здоровья людей.

Между теплоэлектростанцией, работающей на мусоре, и станцией, использующей в качестве топлива природный газ, различий, по сути, немного. Изнутри мусоросжигательный завод так в точности и выглядит. Вся разница, собственно, в топливе. На ТЭЦ нет системы очистки дымовых газов, сжигают газ. За сутки предприятие выпускает в атмосферу то же количество вредных веществ, что производят три легковых автомобиля в поездках по городу за те же 24 часа.

Итак, принцип тот же. У нас есть топливо, мы можем подогреть воду и получить тепло, можем использовать энергию образующегося пара для вращения турбины, которая вырабатывает уже электричество. Для Казани заявлена мощность в 55 МВт. Это в несколько раз меньше, чем у любой из казанских ТЭЦ, но этого достаточно для обслуживания скажем десятков тысяч домохозяйств.

А вот теперь к отличиям. Система очистки дымовых газов — это треть всей стоимости завода. Что здесь происходит? Атмосферное сжигание — это когда из топлива лишь мусор и кислород, воздух. Температура в котле — 1200—1260 градусов. Она «смертельна» как минимум для любого из пары сотен химических соединений диоксинов.

— Диоксины начинают распадаться при температуре выше 750 градусов. А при температуре 1200 они полностью разрушаются, — объясняет член академии наук РТ Ахмет Мазгаров.

Опасность реинкарнации диоксинов все же существует — при охлаждении газов на выходе из котла. Но и система очистки давно доведена до совершенства. Карбамид, то есть мочевина, гашеная известь, активированный уголь — эти реагенты абсорбируют и остаточные диоксины, и фураны, и ртуть, и тяжелые металлы. Тканевые или рукавные фильтры — огромные пылесборники — вся пыль останется здесь и не вылетит в трубу. Все это — так называемая сухая очистка. У мусоросжигательного завода нет сточных вод. Поэтому грунтовым водам ничего не грозит.

Ахмет Мазгаров: «Диоксины начинают распадаться при температуре выше 750 градусов. А при температуре 1200 они полностью разрушаются». Фото Олега Тихонова

Именно поэтому мусоросжигательные заводы или теплоэлектростанции так часто располагаются в черте города или в непосредственной близости от жилых домов. Они очень похожи по содержанию, но сильно разнятся по форме. Двух одинаковых нет.

У завода тоже есть отходы — шлак и зола. Первое и главное — никакого полигона, никаких свалок на территории и вокруг завода не будет. Шлак, который не токсичнее битума, вполне применим в дорожном строительстве. Зола тоже. На заводе не будет сортировочной линии. Ее нужно построить к 2022 году. На заводе будет радиационный, химический контроль, металлоискатели. Все, что сюда попадет, зависит от жителей.

Долги, разруха и подмоченная репутация

По данным Татарстанстата, сегодня в республике работает почти 170 тыс. субъектов малого и среднего предпринимательства. Из них 44% — это малые предприятия, 0,26% — средние компании и 55% — индивидуальные предприниматели. В Татарстане, практически, отсутствует серьезная прослойка среднего бизнеса. Упрощенно структура экономики РТ выглядит так: есть мощный сектор крупных промышленных компаний, он в целом развивается успешно. Есть малый и микробизнес, который имеет кучу проблем и пока не претендует на серьезный вес в экономике, и есть тонкий слой средних компаний. Проблема в том, что малые предприниматели не переходят в разряд средних, а далее по цепочке — до крупных компаний.

— Площадками для такого роста могли бы стать технопарки и муниципальные промпарки, в которые вкладываются внушительные средства, — считает ведущий передачи Тимур Бикмурзин. — Увы, но пока того эффекта, на который рассчитывают власти нет, — отметил он.

Особенно много вопросов к муниципальным промышленным площадкам. В 10 районах таких площадок нет совсем, еще в шести они существуют лишь для галочки, а на самом деле не работают. В Нурлатском районе, например, инвестор вообще оставил после себя одни проблемы и долги. Корреспонденты «7 дней» изучили вопрос.

Жители села Тюрнясево в Нурлатском районе так и не поняли, что же произошло. Единственный инвестор в новом промышленном парке, об открытии которого с помпой раструбили по всему Татарстану, проработал ровно полгода.

Местные жители рассказывают, что резидент уехал обратно в Ташкент, все оборудование вывез еще до отъезда. Глава района ушел на повышение — Равиль Кузюров в феврале этого года стал министром лесного хозяйства. В Тюрнясево остались лишь обескураженные жители и миллионные долги.

— Мне вначале выделили 17 тысяч на 17 человек. Я по 1 тыс. рублей всем выделила. В конце марта я уже сама выпросила зарплату. Мне дали 5 тыс. рублей, которые я должна была разделить на 17 человек, — вспоминает сотрудница швейного производства Татьяна Лизунова.

По словам Татьяны, резидент промышленного парка ни с одним из 37 рабочих, в том числе и с ней, трудовой договор так и не подписал. Получатся, что работали на нелегальном положении на предприятии, которое часто посещали большие гости из Казани. Сейчас работы нет, стаж прерван, на биржу не ставят. Татьяна обивает пороги кабинетов местных чиновников — тех, что обещали ей достойную зарплату и спокойную и счастливую жизнь на селе.

— Доказательств у меня никаких нет. Уже и обозленные все, и на что не надеемся, потому что защиты нет, — говорит Лизунова.


Единственный инвестор в новом промышленном парке, об открытии которого с помпой раструбили по всему Татарстану, проработал ровно полгода. Фото russiaindustrialpark.ru

Как рассказывает женщина, за все время работы сотрудникам удалось сшить всего 70 халатов. И то с большим трудом. У резидента были серьезные проблемы с сырьем, ткань приходилось ждать неделями. Но по бумагам все было гладко. Согласно отчетам, которые были представлены районом в министерство экономики, в 2017 году резиденты промышленной площадки отгрузили продукцию более, чем на 12 млн рублей. Получается, что каждый халат стоил около 170 тыс. рублей. Более того резидент, как написано в отчетах, исправно платил налоги. 820 тыс. рублей якобы поступили в бюджеты различных уровней. Новое руководство района впервые слышит о таких цифрах.

Директор компании, резидента промышленной площадки, «Нуртрейд» Хусан Агзамов пользовался особым расположением у бывшего руководства района. По информации источников, в 2017 году в Нурлатском районе была создана управляющая компания «Аргус», учредителем которой стал Хусан Агзамов. Муниципальные площади, свыше 6 гектаров территории, и здания бывшего спиртзавода были переданы управляющей компании в аренду сроком на 49 лет. Причем первые 3 года, согласно условиям договора, арендная плата не взималась. Хусан Агзамов в итоге становится и единственным учредителем компании-резидента. Теперь и резидента, и управляющую компанию представляет одно лицо. Спустя полгода работы у предприятия образовались долги за электроэнергию. По словам нового руководства района, договор с электроснабжающей организацией был заключен не на прямую с резидентом промпарка или же с управляющей компанией, а через муниципальное предприятие ЖКХ «Благоустройство».

По последним данным, Агзамов на этой неделе приехал в Казань с намерением продолжить сотрудничество. Новое руководство района готово все простить и понять.

Хусана Агзамова в Нурлатском районе готовы принять со свойственным нам гостеприимством, закрыв глаза на нарушение резидентом трудового законодательства, в то время как местным предпринимателям такие поблажки и не снились.

В 2016 году гражданин России, житель города Нурлат Роман Чекмачов решил открыть мясное производство. Но вместо того, чтобы заниматься делом, ему пришлось отбиваться в судах от санкций назойливых контролеров, которые забросали предприятия уведомлениями о многочисленных нарушениях.

Новое производство простаивает, суды продолжаются. Бизнес Чекмачева был подвержен непредвиденным рискам, от которых, как говорят предприниматели, никто не застрахован.

Проблемы татарстанского некропольного туризма

В Казани возобновились экскурсии по Арскому кладбищу. Непривычный формат проводит раз в две недели энтузиаст, историк и писатель Анатолий Елдашев.

Анатолий Елдашев — автор популярных книг о казанских некрополях. Лучше него вряд ли кто-то знает Арское кладбище. Историк-краевед уже не один год проводит здесь экскурсии. По его словам, в Казани возрос интерес именно к туристической некрополистике. Прогулки пользуются большим спросом как среди горожан, так и гостей столицы.

В Казани возрос интерес именно к туристической некрополистике. Фото Максима Платонова

Именно Елдашев первым и забил тревогу.

— В письме обратился к президенту нашей республики, он оперативно среагировал. Мы теряем память, старые памятники, решетки, надгробия как символ ушедшей эпохи, несомненно, надо сохранить, — рассказывает краевед.

Так появился проект «Казанские некрополи». Рабочую группу на Арском кладбище возглавила Любовь Агеева, редактор просветительской газеты «Казанские истории». За полтора года краеведы обошли весь погост и обследовали могилы. На данный момент выявлено порядка 600 захоронений, представляющих историческую ценность.

Вторую рабочую группу на Ново-Татарском кладбище возглавил заведующий отделом историко-культурного наследия народов РТ Института истории Академии наук РТ им. Марджани Айдар Ногманов. Ограды — преграды — сегодня главная особенность, как здесь, так и на Арском кладбище. А еще навигация. К примеру, найти могилу известного богослова Шигабутдина Марджани без сопровождения непросто. Любовь Агеева и Айдар Ногманов говорят, что после завершения исследовательской работы будут изданы справочники.

Новодевичье кладбище — самый известный некрополь Москвы. Погост входит в сотню самых красивых и уникальных захоронений мира, включен в список наследия ЮНЕСКО. Здесь особая аура, энергетика. Несомненно, сказывается и то, что рядом находится монастырь.

Памятники — произведения искусства. На некоторых есть особая гравировка — QR-код. Считав штрихкод смартфоном, можно получить полезную и интересную информацию. Каждый день на Новодевичье кладбище приходят не менее 500 туристов. В год получается около 400 тыс. человек.

Но лучше всего по кладбищу ходить с гидом. Игорь Козлов — руководитель культурного центра «21 век», известный московский экскурсовод рассказывает, что есть три формат экскурсий: индивидуальный, групповой и тематический. Самая короткая экскурсия длится около часа. Самая продолжительная занимает пять часов. Средняя цена — от 500 рублей. Говорят сюда очень часто, причем тайно, приезжал Иосиф Сталин. Долго стоял и плакал у могилы Надежды Аллилуевой. Сегодня эта могила — одна из самых посещаемых на кладбище.


Рабочую группу на Арском кладбище возглавила Любовь Агеева. Фото Дмитрия Резнова

— Я недавно вел экскурсию по тропам исполнения желания. Одна барышня не выдержала. Через полтора часа, говорит, у меня взрыв мозга. Хочется бежать в книжный, хочется покупать книги, смотреть передачи, — рассказывает Козлов.
В этом смысле Казани еще многое предстоит сделать. Любовь Агеева показывает дорогу к памятнику ректору императорского Казанского университета Карлу Фуксу. Группе туристов здесь явно не пройти. И МУП «Ритуал» в этом не виноват. Больше просто негде складировать инвентарь, нет места для постройки бытовки. Уже внесено предложение, чтобы, как и в Москве, при входе на Арское кладбище установить схемы расположения могил известных людей. Но все упирается в деньги. Пока лишь принято решение вместо QR-код на памятниках установить специальные таблички, надпись выгравировать лазером. Сделать это бесплатно согласилось руководство МУП «Ритуал». Но самая большая головная боль на данный момент — состояния памятников.

— Многие трудности связаны с тем, что в законе не прописано, кто должен серьезно заниматься памятниками, выделять деньги, — говорит Любовь Агеева.

Но работа по реставрации понемногу идет. Сегодня отреставрирован склеп известного казанского купца Якова Шамова.

— Президент уже выделил хорошие деньги для того, чтобы провести исследования на всех кладбищах. У нас есть один человек, который может помочь, походит по городу, увидит проблему, и она на наших глазах начнет решаться, — полагает Агеева.

Кто создает документальное кино в Татарстане

20 лет назад в Татарстане было создано творческое объединение «Панорама». За эти годы студия, которая базировалась на республиканском телевидении, сняла свыше 500 фильмов. Это исторические, этнографические, культурологические картины. Каждый проект «Панорамы», был самым настоящим открытием. Фильмы творческого объединения стали призерами многочисленных международных фестивалей и конкурсов. Многие из них транслировались на федеральных и зарубежных каналах.

Именно «Панорама» в конце 90-х годов начала создавать серию фильмов об истории Казани и Татарстана. Это были документальные картины уже нового уровня. С элементами игрового кино. Авторам картины была важная каждая деталь.

Археолог Фаяз Хузин сегодня вспоминает, что ему выпала честь быть не только научным экспертом картины о тысячелетней истории Казани, но и сыграть эпизодическую роль. По его словам, эти фильмы были сняты во времена, когда народ нуждался в рассказах своей подлинной истории, и «Панорама» проводила этот своеобразный культурный и исторический ликбез.

Денис Осокин в начале нулевых именно в «Панораме» начал создавать новый цикл документальных картин о народах, живущих рядом. Фото vsluh.ru

Сегодня уже известный писатель Денис Осокин в начале нулевых именно в «Панораме» начал создавать новый цикл документальных картин о народах, живущих рядом. Эти фильмы демонстрировали другую реальность — неофициальную, неотшлифованную, очень чуткую и настоящую.

Оператору «Панорамы» Андрею Кузьмину не раз удавалось снять самые лучшие кадры, которые позже войдут в историю. По его словам, оператор-документалист — это человек, который всегда должен держать руку на пульсе.

В последние годы съемочная группа «Панорамы» снимает документальный сериал о расследованиях громких дел в Татарстане под названием «Черное озеро». Свыше 500 картин за 20 лет. За эти 20 лет изменилась страна. Не менялось только отношения к своей профессии людей, которые стоят по ту сторону экрана.

Екатерина Иванова
БизнесОбществоТехнологииЭкономикаПромышленность
комментарии 9

комментарии

  • Анонимно 23 апр
    Ученые в вузе должны заниматься наукой, исследованиями, а не лекции читать. Если вы это сумеете переломить, тогда наши университеты будут центром формирования инноваций-глупость!
    Только у практиков должен быть доступ к студентам. Теоретики-лекторы заправляют и университетах последние 50 лет точно. Результат всем известен.
    Ответить
    Анонимно 23 апр
    Правильно!
    Лекторы читающие по конспектам губят молодёжь, а не развивают.
    Ответить
    Анонимно 23 апр
    Неправильно говорит президент Минниханов. Именно истинный ученый должен читать лекции на основе своих научных трудов, изысканий, разработок и экспериментов. Может это он и хотел сказать.
    Ответить
  • Анонимно 23 апр
    Система очистки дымовых газов — это треть всей стоимости завода.
    Это означает, что пара сотен попавших в сжигаемый мусор батареек( а они обязательно попадут) потребует замены фильтров, стоимостью с треть завода.
    Никто этого никогда в нашей стране делать не будет.
    Ответить
  • Анонимно 23 апр
    Да, у нас есть коллосальные ресурсы, мы богатая страна, но мы не умеем ими правильно распоряжаться
    Ответить
    Анонимно 23 апр
    Кто мы? Ею умеют пользоваться во власти, в свою пользу...
    Ответить
  • Анонимно 23 апр
    Теоретики - выучили текст и все. сами ничего из себя порой и не представляют
    Ответить
  • Анонимно 23 апр
    В Казани некропольный туризм вряд ли будет пользоваться спросом. Слишком мало красивых форм памятников. И слишком мало выходят сведения казанского периода в биографиях выдающихся людей связанные с историей России.
    Ответить
    Анонимно 23 апр
    Да, а местные татары не больно то хотят знать историю свою, так же как и не хотят говорить на татарском.
    Ответить
Войти через соцсети
Свернуть комментарии