Новости раздела

«Грудинин не приводит избирателей на участки, зато начинает отъедать путинский электорат»

Интервью с социологом и диссидентом Борисом Кагарлицким. Часть 2: зачем Грудинин нужен Путину и почему запретили «Смерть Сталина»?

«Грудинин не приводит избирателей на участки, зато начинает отъедать путинский электорат» Фото: Максим Платонов

Приезжавший на днях в Казань социолог и диссидент Борис Кагарлицкий дал развернутое интервью «Реальному времени». Во второй части беседы эксперт остановился на личности Павла Грудинина, поведав о недовольстве его кандидатурой в рядах левых сил, и установке Кремля на пожизненного президента. Также он поделился своим мнением о запрете в прокате фильма «Смерть Сталина».

Не по пути с Грудининым

— Борис Юльевич, вы затронули тему Навального и предстоящих выборов. КПРФ и «Левый фронт», к которому вы имеете отношение, поддержали одного кандидата…

— Внесу некоторую ясность. В «Левом фронте» я не состоял никогда. Я участвовал в его учреждении (с самого начала), но в него я так и не вступил. Как ни грустно, сейчас повторилась ровно та же история. Когда Удальцов вышел из мест заключения, он попросил меня помочь в восстановлении «Левого фронта», и я поддержал его как один из учредителей. Но вступать в тот «Левый фронт», который воссоздает Удальцов, я не собираюсь ни в коем случае. Там, где Удальцов занимает какое-то серьезное положение, невозможно выстроить нормальную организацию — демократическую, регулярную, в хорошем смысле бюрократическую. Решения там принимаются не на основе дискуссий, а на сиюминутных импульсах, прежде всего, Сергея. Я считаю, что нужно создавать совершенно другую организацию, по-хорошему бюрократическую, демократическую, с четкими понятиями о членстве, полномочиях, ответственности, с ясными процедурами принятия решений.

Но дело не только в «Левом фронте» или особенностях характера Удальцова. Пока жива КПРФ, никакой массовой левой партии, организации создать не удастся. КПРФ является таким «глушителем»: она занимает место представителей наемных работников, не являясь таковым в действительности и блокируя любые попытки создания какой-то легальной политической силы на этом фланге.

— Ну хорошо… Тогда кто такой Павел Грудинин?

— Текущая ситуация с Грудининым является хорошим шансом для того, чтобы КПРФ окончательно развалилась. Этот кандидат самим фактом своего существования доказывает, что КПРФ не является партией трудящихся. Он воплощает в себе то, что противоречит левой идеологии: капиталист, латифундист. Он вошел в политику, чтобы сделать сиюминутную комбинацию. Энгельс, казалось бы, тоже был капиталистом. Но он всю жизнь посвятил социалистическому рабочему движению, его реальная карьера была не предпринимателя, а общественного деятеля. Он писал, выступал публично, участвовал в революционном восстании 1848 года, отдавал свои деньги на общее дело, материально поддерживал Маркса. А тут у нас просто появляется успешный предприниматель и говорит: буду баллотироваться от коммунистов. А что он раньше делал? Приватизировал свой совхоз. Был депутатом от «Единой России». Был доверенным лицом Путина. Появление такой фигуры в качестве кандидата от КПРФ — публичное заявление партии, что она не имеет никакого отношения к коммунистическому, социалистическому, рабочему движению. Это сильный фактор дальнейшего развала, и в 20-х числах марта мы это увидим. Значительная часть КПРФ на местах не поддержала кандидатуру Павла Грудинина. Это видно по отсутствию реальной кампании. Из других левых, кроме Сергея Удальцова и его окружения, журналиста Максима Шевченко, больше никто за кампанию Грудинина не подписался.

«Текущая ситуация с Грудининым является хорошим шансом для того, чтобы КПРФ окончательно развалилась. Этот кандидат самим фактом своего существования доказывает, что КПРФ не является партией трудящихся». Фото vk.com/grudininlive

Администрация президента РФ имела некий расчет на то, что приход Грудинина решит ряд проблем, связанных с выборами, но результат, скорее всего, будет обратным. Уже видно, что Грудинин создаст для них проблемы, но не решит те задачи, которые были ему вменены. При этом не решит проблему КПРФ. Но свои личные задачи он, конечно, решит.

— А есть ли у него шансы пройти во второй тур?

— Ну это смешно. Не за это ведется игра. Когда говорят, что Грудинин — исключительно порождение администрации или, наоборот, плод фантазии Зюганова и внутренней борьбы в КПРФ, это не совсем точно. Фигура Грудинина возникла благодаря перекрещению двух процессов. В администрации все понятно. Реальная явка во многих регионах составляет 30—40%, остальное — приписки. С этим мы уже живем много лет, и ничего страшного не происходит. Но сама власть попыталась превратить нынешние выборы в плебисцит о доверии Путину с прицелом на пожизненное президентство. И тут уже проблема явки из технической стала политической.

Формула «70 на 70»: с прицелом на пожизненное президентство

— Вы имеете в виду восточную модель с пожизненным руководителем?

— Да, в России вырисовывается «Казахстан-2». Но пойдем ли мы по казахскому пути? Мы совершили поворот на юг и восток. Однако мы не выбрали путь Туркмении, Саудовской Аравии, КНДР. Реальным итогом плебисцита должно стать пожизненное президентство. Искать преемника надо было в 2008 году. Они этот процесс отложили на некоторое время и загнали себя в такую ситуацию, когда Вячеслав Володин сказал, что Путин — это Россия, Россия — это Путин. В рамках мышления нынешней правящей элиты никакой другой России без Путина нельзя вообразить. И они поставили себе задачу: результаты выборов должны быть 70 на 70, тол есть 70% явки и 70% за Путина. Это не плод фантазии Сергея Кириенко, а результат серьезного политического расчета. Для того, чтобы выборы приняли плебисцитарный характер, нужно, чтобы в них 50% реальных избирателей проголосовали за Путина. 70% явки при 70% голосов за Путина — это более половины реальных избирателей. Это открывает возможность для следующих решений, которые можно будет на этой основе принимать в течение 3—4 лет. Нужно, чтобы, с одной стороны, большинство граждан было за Путина. С другой стороны, нужно, чтобы 30% было против. Это доказывает, что мы не Туркмения, не Северная Корея, у нас свободная страна, с плюрализмом. А если получатся в лучшем случае 40 на 80, вся картинка разваливается. Низкая явка — вы не получаете реального большинства, но выходит тоталитарная картина: все подконтрольно, подчинено единственному кандидату. А тут еще Навальный со своим бойкотом. Нужен был кандидат, который, по мнению администрации, разбавит путинское большинство и приведет своих избирателей.

Задумка руководства КПРФ была другая. В партии нарастает кризис, нарастает недовольство, которое политически не оформлено. Это недовольство разных людей по разным причинам сфокусировано на личности Зюганова. Выдвижение Геннадия Андреевича в качестве кандидата могло бы спровоцировать резкий всплеск возмущения. Зюганов как аппаратный политик понял, что нужно уходить со сцены. Но только на время. Он уходит с выборов, которые для партии ничего не решают и не дают, кроме потенциальных рисков. Он убрал себя с линии огня и расфокусировал оппозицию. Были только 11 голосов против Грудинина — со стороны тех, кто мыслил себя как потенциального кандидата (как Левченко, губернатор Иркутской области). Грудинин всех дезориентировал: они готовились критиковать Зюганова, а вместо этого им предложили голосовать за Грудинина.

Эта фигура устроила и администрацию, и элиту КПРФ. Это была большая ошибка и тех, и других. Они мыслили ситуативно, а не стратегически. Грудинин не приводит избирателей на участки, зато начинает отъедать путинский электорат. Сторонники КПРФ проголосуют за Грудинина в меньшей степени, чем проголосовали бы за Зюганова. Их ядерный электорат сокращается. Но Грудинин как альтернатива становится доступным для избирателей пропутинских, поскольку работает на тех же госканалах, его информация распространяется по тем же самым линиям, по которым идет официальная пропаганда.

«Нужно, чтобы, с одной стороны, большинство граждан было за Путина. С другой стороны, нужно, чтобы 30% было против. Это доказывает, что мы не Туркмения, не Северная Корея, у нас свободная страна, с плюрализмом». Фото Максима Платонова

— Сейчас меньше его видно на федеральном телевидении.

— Ясное дело. Чиновники увидели свою ошибку и пытаются ее исправить. Начинают его убирать из телевизора. Но уже поздно: его уже «засветили» там. Теперь, когда его будут «отключать», они только усилят эффект: запустится механизм слухов. И он выходит только на электорат Путина. И сейчас в администрации рискуют получить 40 на 60, что еще хуже, чем то, что было вначале.

В то же самое время в КПРФ кризис обостряется. Каждое второе выступление Грудинина вызывает некий скандал среди избирателей КПРФ. Он ни словом не упомянул разгон профсоюза «Рабочая ассоциация», не пошел на похороны Анпилова. Он постоянно демонстрирует идейному коммунистическому электорату, что не имеет к ним никакого отношения. Единственное, что фиксируется в его речи — он директор «Совхоза имени Ленина». Но это работает на пенсионеров. Всякий человек моложе 60—70 лет понимает, что никакого совхоза нет, это бренд, это акционерное общество «Совхоз имени Ленина». Совхоз давно приватизирован. Все больше людей понимают, что хозяин компании — их классовый враг.

«Левый фронт» в лице Удальцова тоже совершает большую ошибку, потому что пытается пропагандировать Грудинина как человека, представляющего советское прошлое. Это диссонирует с реальностью, задачами и возможностями самого «Левого фронта». Что они хотят изменить в обществе? Вернуться обратно в СССР? Но это невозможно, нужно предложить что-то новое. Почему директор акционерного общества, латифундист должен нас вернуть обратно в СССР? Диссонанс только усилится.

Итак, кризис нарастает и у КПРФ, и у администрации. Как будут выходить? Администрация будет выходить из кризиса за счет сбрасывания КПРФ. У нее не остается иного выхода, кроме как подкручивать счетчик. Надо понимать, что губернаторопад создал неприятную ситуацию. Значительная часть губернаторов хочет вернуться в Москву, и они не чувствуют себя связанными с регионами, где могли бы находиться всерьез и надолго. Все новые губернаторы понимают, что их оценят по тому, насколько они приблизят результаты к «70 на 70». Если губернатор просто нарисует эти данные, то наказан не будет. А если посчитает, как на самом деле, и покажет провал, то его точно накажут. Мы помним саратовскую математическую аномалию: на всех избирательных участках все результаты до десятых долей процента были одинаковыми при разных цифрах. Они подогнали результаты под какой-то образец. Любой губернатор выберет саратовский сценарий и нарисует результат, даже понимая, что будет скандал, хихиканье, протесты.

В условиях массового подкручивания должен быть оппозиционный кандидат, который выйдет и скажет, что все честно. Грудинин для этого идеально подходит. Кроме того, он уже заранее заявил ЦИК, что доволен их работой, ему нравится, как все у них устроено. Как только он это повторит после выборов, на КПРФ обрушится волна недовольства: виновата уже не только власть, соучастником фальсификации выступит и партия, выдвинувшая такого кандидата. А у левого электората не будет иного выхода, как участвовать в протестах, которые будут организованы навальнистами.

Это означает, что кроме Навального вообще не остается альтернативы. Поэтому идея «красного бойкота», которую продвигает большинство левых организаций, целесообразна в чисто идеологическом плане: они могут сказать, что кроме Навального существуют и другие варианты протеста, можно обеспечить минимальный плюрализм хотя бы на уровне символики. Реально Навальный сильнее их в разы. Но отмежевываясь от Грудинина и провозглашая «красный бойкот», левые открывают себе какой-то шанс на будущее после марта 2018 года. В противном случае выясняется, что все протестное поле, с левыми и правыми, забирается Навальным.

Грудинин приведет к нарастанию «красного бойкота» на левом фланге. Ту же линию втихую будут поддерживать многие люди из КПРФ или те, кто находится рядом с КПРФ. Им нужно будет себя оправдывать. В противном случае они вылетают в политическое небытие.

«Гамзатова действительно могла что-то технически сделать неправильно. А чиновники не всегда рациональны в своих решениях». Фото ndelo.ru

Теперь обязательно посмотрю «Смерть Сталина»

— Среди тех, кто подал заявки на «кандидатство», была дагестанская мусульманка Айна Гамзатова. Ее-то почему не пустили? И что вы скажете о Лисицыной?

— Гамзатова действительно могла что-то технически сделать неправильно. А чиновники не всегда рациональны в своих решениях. Партия «РОТ-Фронт» выдвинула Наталью Лисицыну. Я разговаривал с людьми из этой партии, и они мечтали, чтобы ее не допустили. «РОТ-Фронт» как зарегистрированная партия должна поучаствовать в выборах, иначе потеряет регистрацию. Они кандидата выдвинули, ее не регистрируют — и примерно половина партии очень довольна. «Вот и хорошо, теперь можно в бойкоте поучаствовать». Она второй раз приносит документы — и ее снова не регистрируют. «Ну слава Богу!» Но с третьего раза ее зарегистрировали — и многие товарищи из «РОТ-Фронта» погрустнели. Один мне говорит: «Вся надежда, что мы подписи не соберем». Регистрация любого кандидата — сейчас тупик. На полноценную кампанию денег просто не хватит. И большинство левых подписалось под «красный бойкот» или какие-то иные варианты. С другой стороны, вы не можете снять этого кандидата, потому что подписались. Центризбирком неплохо играет на таких настроениях: кого-то назло регистрирует, кому-то назло отказывает. Им просто нужно ограничить количество кандидатов, сведя их к четырем-пяти. Тут еще проблема и расходов, эфирного времени, управления процессом. Четыре-пять — это нормально. Когда их количество достигает 8 и более — это уже много хлопот, там работает чисто арифметическая логика.

— Недавно отказали в прокате комедии «Смерть Сталина». За что? Кстати, как вы к таким картинам относитесь?

— Я это кино не видел, но я бы посмотрел. Подозреваю, что фильм плохой. Я очень плохо отношусь к западным лентам о России, потому что не умеют европейцы и американцы снимать о нашей стране.

— Даже о дореволюционной России?

— Например, «Анна Каренина» с Кирой Найтли — хороший, но это не про Россию. Там даже показано, будто все происходит на сцене театра. Кстати, английская экранизация «Войны и мира» 1970-х годов в 13 сериях — пример удачного западного фильма про Россию. Но они даже не пытались изобразить русских, а решили снять фильм про аристократию — и у них все получилось, потому что у них есть своя аристократия. В XIX веке аристократия русская, английская, французская, немецкая была примерно одинаковой. Вот они и играли аристократов, это выглядит довольно убедительно. И Толстой становится ужасно похожим на Теккерея. А когда они сделали новый сериал «Война и мир», там уже не получилось, потому что пытались изобразить Россию.

«Что касается «Смерти Сталина», может быть, это только наша претензия — людей русской культуры — что мы не доверяем иностранным интерпретациям. Возможно, мы более требовательны. Но это не повод что-то запрещать»

Советская культура довольно удачно экранизировала западную литературу и историю. Характерный пример — сериал про Шерлока Холмса и доктора Ватсона с Ливановым. Хотя там много исторических ляпов: начиная с того, что Лондон снимали в Прибалтике, отсюда много архитектурных ляпов; в какой-то момент полицейские в форме прибегают с пистолетами, хотя в то время они могли быть с только дубинками. Тем не менее англичане этот фильм приняли. Когда вы придете в музей Шерлока Холмса на Бейкер-стрит, то вы услышите известную музыку из советского сериала и увидите фотографию. Наши смогли передать дух культуры.

Что касается «Смерти Сталина», может быть, это только наша претензия — людей русской культуры — что мы не доверяем иностранным интерпретациям. Возможно, мы более требовательны. Но это не повод что-то запрещать. Дело не в культуре, не в фильме даже, а в той истерии, которая овладевает нашими чиновниками. Они привыкли управлять процессом, а тут даже не понимают, что делать. И самое простое решение — запретить, отменить, закрыть. Это проявление растерянности. Но фильм все равно будет в интернете. Так бы я в кино не пошел смотреть, теперь обязательно посмотрю.

Тимур Рахматуллин
Справка

Борис Юльевич Кагарлицкий — российский политолог, социолог, публицист (левых взглядов), кандидат политических наук. Директор Института глобализации и социальных движений (Москва). Главный редактор журнала «Рабкор.ру». Советский диссидент.

  • Родился в 1958 году в Москве в семье литературоведа и театроведа Юлия Кагарлицкого (профессор ГИТИСа).
  • Учился в ГИТИСе.
  • С 1977 года — левый диссидент. Участвовал в издании самиздатовских журналов «Варианты», «Левый поворот» («Социализм и будущее»).
  • В 1979 году стал кандидатом в члены КПСС.
  • В 1980 году, после отлично сданного госэкзамена, по доносу был допрошен в КГБ и исключен из ГИТИСа и кандидатов в члены партии «за антиобщественную деятельность». Работал почтальоном.
  • В апреле 1982 года был арестован по «Делу молодых социалистов» и 13 месяцев провел в Лефортовской тюрьме по обвинению в антисоветской пропаганде. В апреле 1983 года помилован и освобожден.
  • С 1983 по 1988 годы работал лифтером, писал книги и статьи, публиковавшиеся на Западе, а с началом перестройки — и в СССР.
  • В 1988 году восстановлен в ГИТИСе и окончил его.
  • Книга «Мыслящий тростник», вышедшая на английском языке в Лондоне, получила в Великобритании Дойчеровскую мемориальную премию.
  • С 1989 по 1991 годы — обозреватель агентства «ИМА-пресс».
  • В 1992—1994 годах работал обозревателем газеты Московской федерации профсоюзов «Солидарность».
  • С марта 1993 по 1994 год — эксперт Федерации независимых профсоюзов России.
  • С 1994 по 2002 год — старший научный сотрудник Института сравнительной политологии РАН (ИСП РАН), в котором защитил кандидатскую диссертацию.
  • В апреле 2002 года стал директором Института проблем глобализации, после его разделения в 2006 году возглавил Институт глобализации и социальных движений (ИГСО).
  • Председатель редакционного совета журнала «Левая политика». Параллельно вел активную журналистскую работу в ряде изданий — The Moscow Times, «Новая газета», «Век», «Взгляд.ру», а также читал лекции в университетах России и США. Колумнист интернет-газеты «Реальное время».
  • Член научного сообщества Транснационального института (TNI, Амстердам) с 2000 года.

ОбществоВласть
комментарии 15

комментарии

  • Анонимно 13 февр
    Ну какой Кагарлицкий левый??. Обыкновенный Азеф-Гапон. Рассуждает как заправский жандарм. Но,на счёт господина Зю прав,такой же персонаж.
    Ответить
    Анонимно 14 февр
    нормальный представитель левых сил.
    Ответить
  • Анонимно 13 февр
    Класснон интервью. Мин
    Спасибо
    Ответить
  • Анонимно 13 февр
    При всех ожиданиях блестящей победы Путина на выборах, странно выглядит ежедневный взброс компромата на Грудинина....Боятся что ли?
    Ответить
    Анонимно 13 февр
    Вы сами дали ответ на вопрос!
    Ответить
    Анонимно 13 февр
    Какой ответ? Что вы говорите?
    Ответить
  • Анонимно 13 февр
    Борис Юльевич! Успехов вам! Спасибо, что вы так же активны и принципиальны
    Ответить
  • Анонимно 13 февр
    А Шевченко там обожает Кагарлицкого. А тут у них дорожки разошлись...
    Ответить
  • Алим Махианов 13 февр
    Грудинина боятся!...Значит есть,что скрывать...
    Ответить
    Анонимно 13 февр
    Где боятся то? Тут такого нет
    Ответить
    Анонимно 14 февр
    Аллаха надо бояться!
    Ответить
  • Анонимно 13 февр
    СПАСИБО за интервью!
    Ответить
  • Анонимно 13 февр
    Он не боится сказать правду
    Ответить
    Анонимно 13 февр
    Все говорят только столько, сколько хотят.
    Ответить
    Анонимно 14 февр
    как и вы
    Ответить
Войти через соцсети
Свернуть комментарии