На смену Гомзину: ОКБ им. Симонова возглавил разработчик боевого «Ориона»

Из «Кронштадта» — в Казань

Холдинг «Технодинамика», получивший этим летом контроль над обанкротившимся НПО «ОКБ им. М.П. Симонова», изменил структуру управления. С начала этого года фирма-разработчик вышла из подчинения головной управляющей компании — Уральского завода гражданской авиации (УЗГА, также входит в «Технодинамику», — прим. ред.). Ее выделили в самостоятельную единицу, а на пост генерального директора ОКБ назначили Алексея Полякова, специализирующегося на разработке боевых БПЛА.

Информация об этом отражена в системе «СПАРК-Интерфакс». Согласно ей, передача полномочий от головной управляющей компании УЗГА в пользу Полякова, генерального директора ОКБ, произошла 16 января этого года.

В пресс-службе «Технодинамики» воздержались от комментариев, объяснив действующим в холдинге «режимом тишины». Объяснять причины организационного перестроения в управлении казанским ОКБ также не стали.

Можно предположить, что секретность вокруг казанского КБ связана с возложением на него задач по реанимации проектов военных БПЛА. Источники утверждают, что новому руководителю предложили оценить возможность возобновления проекта «Альтиус». Сам он недавно побывал в Казани и настроен осуществлять руководство на месте. Связаться с ним не удалось — его телефон не отвечал.

Перебросили с «Форпоста-Р»

Алексей Поляков — выходец из петербургской Группы «Кронштадт», которая одна из первых разработала линейку БПЛА разной размерности со взлетной массой от 1 тонны до 7 тонн. При его участии был разработан и запущен в серийное производство беспилотник «Орион», один из главных разведчиков российской армии в небе. БПЛА разрабатывался с 2011 года и был взят на вооружение Минобороны РФ в 2019 году.

Три года назад Поляков занял пост генерального конструктора Группы «Кронштадт». Под его руководством появились усовершенствованные версии «Ориона» в виде разведывательно-ударных беспилотников, оснащенных радиолокационными и спутниковыми системами. «Наш генеральный конструктор Алексей Поляков — человек для компании не новый, он многие годы работал у нас главным конструктором программы «Орион», поэтому и назначение его на новую должность было логичным и не повлекло за собой серьезных изменений, — рассказывал гендиректор Группы «Кронштадт» Олег Шилов в интервью РИА «Новости».

По его словам, предприятие смогло запустить серийное производство «Орионов» на нескольких производственных площадках в Подмосковье, а сам БПЛА стал основным оружием армии.

До назначения в Казань Поляков уже занимал пост заместителя главного конструктора по развитию БПЛА на Уральском заводе гражданской авиации. В активе УЗГА — комплекс «Форпост-Р» самолетного типа, который изначально формировался на основе разработки израильского концерна Israel Aerospace Industries, а сам завод собирал их по лицензии в Екатеринбурге. Позже модель усовершенствовали. В ведении Полякова находились работы по обновлению конструкции.

— На него устанавливаются различные полезные нагрузки, позволяющие вести разведку как в оптическом, так и в радиолокационном диапазонах, а также применять различные авиационные средства поражения, — рассказывала год назад представитель УЗГА Екатерина Згировская в рамках Международной выставки Dubai Airshow 2025.

Одним словом, все, что разрабатывал конструктор Поляков, «взлетало» и «летало». Это важно, потому что средства воздушного нападения считаются основой современного боя, отметил военный эксперт и директор российского музея ПВО Юрий Кнутов: «И здесь решающая роль отводится беспилотным летательным аппаратам различных типов и назначений. Это очевидно».

По доносу одного оперативника

Казанское ОКБ им. М.П. Симонова могло бы занять заметное место в разработке и выпуске отечественных БПЛА военного назначения, но ему помешали конкурирующие структуры. Как рассказывало «Реальное время», ОКБ выиграло НИОКР на разработку тяжелого беспилотника «Альтиус» в 2011 году. Первые летные испытания прошли в 2016 году, а серийное производство должно было начаться в 2018-м. Сообщалось, что на разработку потратили 3 млрд рублей.

В апреле 2018 года гендиректор ОКБ им. Симонова был арестован по подозрению в хищении, а само бюро обанкрочено. Процедура банкротства длилась 4 года. В июне 2025 года холдинг «Технодинамика» госкорпорации «Ростех» заключил мировое соглашение с кредиторами должника.

Все это время работы по доводке БПЛА простаивали. УЗГА поднял в небо над Казанью экспериментальный образец «Альтиуса» летом прошлого года, но он разбился из-за нарушения системы навигации.

— В 2017-м мы были лучшими в оборонном комплексе, делали уникальные проекты, — рассказывал Александр Гомзин после оглашения приговора в Верховном суде Татарстана, где его освободили из-под стражи. — Были заключены очень интересные соглашения, многомиллиардные причем. И тут появляется донос одного оперативника, который сейчас возглавляет службу безопасности того самого предприятия, которое завладело активами.

БПЛА «Альтиус», легкие самолеты и летающие мишени: чем может заняться ОКБ Симонова

Теперь УЗГА собирается вернуться к этому проекту, утверждают источники. В Казани предприятие имеет три производственные площадки, работающие в статусе филиалов. Генеральный конструктор УЗГА Николай Долженков ранее рассказывал «Реальному времени»: формально активы ОКБ перейдут в собственность «Технодинамики», но фактически здесь будет работать Уральский завод гражданской авиации, куда съедутся его филиалы.

Один из руководителей татарстанского ОПК высказал предположение, что УЗГА нацелится на новые направления в области БПЛА, но уверен, что «ничего у них не получится». Появились разговоры, что УЗГА якобы начал взаимодействовать с МВЕН по теме малой авиации. В ответ владелец МВЕН Илья Ермоленко заявил, что «слухи не комментирует».

В КНИТУ-КАИ утверждали, что УЗГА рассматривается в качестве резидента создаваемого парка «БАС РТ» стоимостью 2 млрд рублей. Но сбудутся ли эти планы — загадка. Неожиданно осенью произошли кадровые перестановки в руководстве УЗГА, которые способны изменить стратегию развития уральского предприятия.

— Чехарда отставок и назначений, которая имела место в компании УЗГА и ее дочерних структурах в последние несколько лет, наверное, имеет какую-то внутреннюю логику для контролирующего фирму холдинга «Технодинамика», однако, с точки зрения внешних наблюдателей, она далеко не всегда понятна, — отметил в разговоре с «Реальным временем» ведущий эксперт по БПЛА Денис Федутинов. — Рискну предположить, что принимаемые решения направлены на улучшение контроля за активами.

Чем конкретно будет заниматься ОКБ для рынка, неясно.

— Что касается наполнения задачами ОКБ им. Симонова, то здесь также можно только выдвигать гипотезы, — говорит Денис Федутинов. — Учитывая то, что главенствующую роль в работах по тематике беспилотных систем в УЗГА имеет московское подразделение, вероятно, Казань может получить работы по отдельным подсистемам для беспилотников, например по целевой нагрузке.

«Альтиус» мог бы заменить А-50 на охране морских рубежей

Стоит ли возобновлять проект «Альтиус»? Не поздно ли возвращаться? «Если говорить объективно, этот самолет-беспилотник может иметь преимущество лишь в том случае, если получит перспективную радиоэлектронную начинку. К примеру, если его оснастят активными фазированными антенными решетками, РЛС с SAR, а также оптико-электронными системами разведки. И самое главное, если сможет поднять управляемые бомбы и ракеты», — рассуждает военный эксперт и директор российского музея ПВО Юрий Кнутов.

Но даже в этом случае это не гарантирует успеха проекту. Почему? Близким к нему аналогом можно считать турецкий беспилотник Bayraktar TB2. «По своим тактико-техническим характеристикам он изжил себя. Уменьшенную копию сделала Украина: дрон «Лютый» используется как дрон-камикадзе. На мой взгляд, это расточительно, это вчерашний день», — говорит Юрий Кнутов.

По его словам, сейчас передовые государства идут по пути создания сверхзвукового БПЛА с функцией обнаружения противника и его уничтожения.

— «Альтиус» с радиоэлектронной начинкой мог быть востребован для патрулирования с воздуха границ у Черноморского побережья: это выгоднее, чем использовать военный самолет A-50,— отметил он. — Представьте: есть линия боевого соприкосновения. От нее в тыл, скажем, на 200—250 километров такие самолеты могли бы патрулировать и контролировать беспилотники и крылатые ракеты, которые Украина запускает на нашу территорию.

Однако для этого им потребуется ультрасовременная активная фазированная антенная решетка и передовая оптико-электронная станция. «Как я уже говорил, они могли бы быть оснащены управляемыми ракетами. Или, даже если ракет нет, они могли бы просто передавать информацию, позволяя нашим истребителям подниматься и перехватывать вражеские дроны. Именно в таком сценарии я вижу будущее этих самолетов. Все остальное, как показал «Байрактар», уже устарело», — пояснил эксперт.

Кроме того, не стоит забывать, что ранее компания занималась также мишенными комплексами и разведывательными БПЛА на их основе, обратил внимание Денис Федутинов:

— В связи с этим не исключил бы возможности возобновления в том или ином виде работ по этой или близкой к ней тематике. Замечу также, что наработки по воздушным мишеням также могут быть использованы при создании барражирующих боеприпасов — вида военной техники, весьма востребованной в настоящее время в рамках СВО.