Новости раздела

Для традиционного татарина не было разграничения между исламом и нацией

Религия и национализм — уместно ли мусульманину быть преданным этносу

Для традиционного татарина не было разграничения между исламом и нацией
Фото: Максим Платонов

Среди этнических мусульман распространены дискуссии на тему национализма: насколько уместно для мусульманина быть преданным своей национальности при верховенстве религиозной идентичности. Человек по своей социальной природе принадлежит к разным сообществам: семейным, племенным, субкультурным, национальным, религиозным, институциональным. И разные люди по-разному определяют для себя важность сообществ. Религия по своей природе порождает новую форму идентичности, наряду с государственной, племенной или национальной. Христиане образуют собой церковь как сообщество, а мусульмане умму — единую общность верующих. В каких отношениях находится религия с другими формами идентичности? Обязательно ли между ними должен быть конфликт? В своей новой статье колумнист «Реального времени» Карим Гайнуллин размышляет над этими вопросами.

Определение понятия «национализм»

Говоря о «нации», современный обыватель часто понимает нечто само собой очевидное и уходящее вглубь веков. Русская нация часто возводится ко времени племенной раздробленности древлян, полян, волынян, кривичей и так далее, впавших в зависимость от Киевской Руси. Татарская нация возводится ко времени Тюркского каганата или хотя бы Золотой Орды.

В академической науке есть разные подходы к понятию нации, которые делятся на две большие группы — примордиализм и институционализм. Есть и смежные подходы, включая институционализм и этносимволизм — но мы остановимся на двух.

Примордиалисткая теория рассматривают нацию как данность — людям одной языковой или генетической общности присущ некоторый набор культурных, нравственных, мировоззренческих особенностей на всех этапах исторического развития.

Часто примордиалисты отделяют категории «нации» от других — «национальности» и «этносы». Если «нации» рассматриваются как продукт политический — существование внутри одного государства, то этносы и национальности рассматриваются как самообразованная группа людей, говорящая на одном языке и имеющая одни традиции.

Следует сказать, что чопорный и ненаучный подход, предполагающий существование единого вложенного набора характеристик внутри этносов и национальностей, свойственен лишь ранним теоретикам и крайним националистам-идеалистам. В то же время дуалистический подход Юлиана Владимировича Бромлея или идеи этногенеза Льва Николаевича Гумилева, также рассматриваемые нами в контексте примордиализма, предполагают становление этносов в историческом процессе, изучают этот исторический процесс как этапы эволюции существующих этнических общностей (ставших нациями). В соответствии с подходом Бромлея, существует разделение на «этникос», то есть на примордиальное ядро этноса, этническое самосознание и ЭСО, то есть конструктивисткая реализация этноса внутри государства (близкое понятию «нация»).

К примордиализму относится марксисткая теория этноса, исповедующая формационный подход — развитие этноса к национальности и нации в рамках смены отношений от рабовладельческих к феодальным, буржуазным и пролетарским.

Конструктивистский же подход выявляет позднюю природу понятия «нация». Важнейшей работой, относящейся к этому подходу, является «Воображаемые сообщества» британского социолога Бенедикта Андерсона. Через «воображаемость» Андерсон определяет понятие «нация». Под «воображаемым» понимается такое сообщество, члены которого незнакомы друг с другом и не находятся в постоянном общении. Сюда подходит любое общество, превосходящее по масштабам односельчан или представителей одного района города, включая умму, церковь и так далее.

«Я предлагаю следующее определение нации: это воображаемое политическое сообщество, и воображается оно как что-то неизбежно ограниченное, но в то же время суверенное… Все сообщества крупнее первобытных деревень, объединенных контактом лицом к лицу, — воображемые. Сообщества следует различать не по их ложности/подлинности, а по тому стилю, в котором они воображаются». (Б. Андерсон, Воображаемые сообщества, Кучково поле, Москва, 2016)

Фото: Илья Репин

Природа нации

Понятие «нация» происходит из категории «права народов» в римском праве, которое противопоставлялось праву римских граждан. В средневековой Европе категория «наций» существовала среди студентов университетов, и это обозначало прежде всего студенческую корпорацию. У сословий не было национальной идентичности, аристократия мыслила себя прежде всего аристократией. Если аристократия говорила о себе «нация», то она не включала в себя крестьянство.

Также была распространена религиозная идентичность — она не была отделена от этнической. Для традиционного татарина не было разграничения между исламской религией и нацией. Еще в начале 20 века можно прочитать на книгах, что они написаны на «мусульманском языке», под которым имеется в виду татарский.

На становление современных наций повлияло сразу несколько факторов. Во-первых, это буржуазные революции. Суверенитет от короля должен был перейти к нации. Но в эту нацию не входили дворяне и духовенство — нацией стало третье сословие, которое завоевало себе суверенитет у короля.

Во-вторых, это языковая общность. И она не могла бы быть сформирована без распространения массового книгопечатания на вновь созданных литературных национальных языках.

До их образования элита общалась друг с другом на сакральных и элитарных языках. Так, например, «поволжские тюрки»: старотатарский язык нетождественнен современному татарскому языку — это был прежде всего язык «суфиев и алимов», который был далек от тех многочисленных диалектов, на которых говорили татары. В европейских школах преподавались греческий и латынь, в мусульманских медресе — арабский и персидский языки. Не было единого национального языка, образующего тело нации.

В становлении литературного татарского языка выдающуюся роль сыграл Исмаил Гаспринский. Однако в его понимании категория «татары» должна была объять всех тюрок Российской империи, объединенных в великую тюрко-татарскую нацию, а не исключительно современных татар.

Наконец, важную роль играло ощущение себя как другого. Особенно это проявилось при конструировании наций в Америке. В колониальный период человек, рожденный в Америке, был не равен тому, кому посчастливилось родиться в метрополии. Так, Андерсон пишет, что накануне революции в Мексике был лишь один креольский епископ, из 170 вице-королей в испанской Америке до 1813 года креолами были только четверо. Отчуждение от метрополии и обида стало тем, что отделило креолов от испанцев, спровоцировав образование новых латинских наций.

Фото: Олег Тихонов

Внерелигиозная идентичность в первые века ислама

Коран подтверждает две формы внерелигиозной родственной идентичности:

«О люди! Воистину Мы создали вас из мужчины и женщины и сделали вас народами (шууб) и племенами (кабаиль), чтобы вы узнавали друг друга, и самый почитаемый перед Аллахом среди вас — наиболее богобоязненный. Воистину Аллах — Знающий, Ведающий» (Аль-Худжурат,13).

Интересно, как Аллах в Коране рассматривает шааб и кабаиль в контексте примордиализма как вложенные в человека естественные формы идентичности. Однако что понимается под словом «шууб» и под словом «кабиль»? Обратимся к одному из классических комментариев к Корану за авторством имама аль-Байдави:

«Сделали вас народами (шуубун): и шуубун — это главные племена (кабаиль), подобно (арабским) племенам рабиа, мудор, аус и хазрадж. Их называют шууб из-за того, что они разветвлены (ташауб), но при этом едины (между собой), подобно куче близких друг к другу ветвей дерева. И слово «шааба» (от которого происходит шуубун, племена) используется в противоположных значениях — как объединить, так и разделить.

И кабаиль — это меньшее, чем шууб, единственное число — кабиль. И это подобно тому, как племя бакр из рабиа и племя тамим из мудор, и меньшее чем кабаиль — аль-амаир… [Дальше автор перечисляет дальнейшие подвиды арабских племен].
И также сказано, что племенами шууб называют у неарабов, а кабаилями называют племена арабов, а понятием асбат называют племена Бану Исраил (евреев).
И сказал Абу Рук: «шуубун» — это те, кто не приписываются к кому-то, но приписывается к какой-то местности, а кабаиль — у арабов, которые приписываются к своим отцам.

Таким образом, и термины «кабаиль», и термины «шуубун» в кораническом контексте обозначают не народы в современном понимании и не нации, но разные классификации племен. Есть и второе мнение, которое гласит, что «народы» в кораническом контексте — это принадлежность к какой-то местности или городу.

Фото: Ринат Назметдинов

Важно то, что ни категория «шууб», ни «кабаиль» не вписывается в понятие «нация» — в смысле сообщества, сформированного вокруг идентичности и языка и обладающего государственным суверенитетом. Более того, ни турки, ни арабы не восприняли эти слова в качестве аналога европейского natio. Турки, первые сформировавшие модерновую нацию, определили себя как «миллет» (откуда это слово попало и в татарский язык). Арабы же — вероятно, чтобы не сходиться с турками — взяли другое арабское слово — «умма». И то и то в традиционном смысле обозначает религиозные сообщества. Арабское слово «миллат», от которого происходит тюркское «миллет», означает «путь в религии», а «умма», которую арабы взяли для определения себя нацией, — это вся совокупность верующих мусульман (хотя это слово в одном из хадисов также включало заключивших с Пророком договор христиан и иудеев).

Национализм и асабия

В религиозных спорах мусульмане, выступающие противниками национализма, часто апеллируют к понятию «асабия».

Так, известен хадис Пророка: «Тот не от нас, кто призывает к асабие или кто борется за асабию, или кто умирает за асабию».

Асабию, однако, можно скорее отнести к племенной вражде. Никаких наций в Аравии 7 века просто не было. А вот племен — сколько угодно.

Национализм как идеология сам по себе предполагает суверенитет нации в противовес суверенитету монарха или аристократии. Религиозные критики национализма должны определить, почему с точки зрения исламских текстов суверенитетом должны обладать монарх или элитный клан, а не сообщество, объединенное в нацию.

С другой стороны, подобно древней племенной вражде сегодняшние националисты из мусульманских наций готовы оправдать любое зло, совершаемое во благо последних. И в чем-то сегодняшняя война в Йемене или курдский вопрос действительно напоминает древнюю асабию, просто эта «асабия» совершается современными общностями. Напоминают это часто и споры между постсоветскими нациями: например, башкирами и татарами.
Другой проблемой является религиозная природа наций. Большая часть из них представляет из себя секуляризированную религиозную общность, о чем пишет Бенедикт Андерсон. Для татар до революции мусульманство не было отделено от татарской культуры. В таком случае, перед религиозным человеком встает вопрос: должен ли он соглашаться на эту секуляризацию? И какие формы идентичности могут быть у религиозного человека, кроме религиозной?

Фото: Максим Платонов

Кстати, европейское движение «Новые правые» сегодня предлагает отойти от национальной идентичности, вернувшись к племенам, корпорациям, родственным и религиозным объединениям. О важности переосмысления понятия «нации» много пишет историк Альфрид Бустанов, стремясь оформить понятия «постнация». Вопрос остается открытым: какая роль отведена нациям в мусульманском сообществе?

Карим Гайнуллин
Справка

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции «Реального времени».

ОбществоИсторияКультура Татарстан

Новости партнеров

комментарии 24

комментарии

  • Анонимно 07 июн
    Классная статья. Настоящая кладезь адекватной оценки современных идентичностей через призму Ислама, но не лишённой должного академизма.
    Ответить
    Анонимно 07 июн
    комментарий классный)
    Ответить
  • Анонимно 07 июн
    Статья бомба честно говоря
    Ответить
  • Анонимно 07 июн
    Надеюсь, у этой статьи будет продолжение. Автор заставил задуматься об актуальной теме сегодня
    Ответить
  • Анонимно 07 июн
    Всегда так было, что татарин это означало-мусульманин, а сейчас сам черт ногу сломит
    Ответить
  • Анонимно 07 июн
    надо экономически заинтересовать людей,чтоб записывались в татары и мусульмане.
    Ответить
  • Анонимно 07 июн
    почему, если татарин, то обязательно мусульманин?
    Есть много нерелигиозных татар, но при этом ярых националистов.
    Да и мусульманам национализм не чужд.
    Примеров много.
    Ответить
    Анонимно 07 июн
    да по барабану,я гражданин.
    Ответить
    Анонимно 07 июн
    нет, необязательно мусульманин, мы живем в современном мире, ту давно непонятно - кто есть кто
    Ответить
  • Анонимно 07 июн
    Хорошая статья! Сразу видно что писал человек, который хорошо разбирается в тюркской истории (в татарской в частности). Побольше бы таких грамотных тюрков на вашем сайте в качестве колумнистов. Читать эти статьи - одно удовольствие!
    Ответить
  • Анонимно 07 июн
    Есть в истории только один пример, где религия и "нация" не "разграничиваются".
    Это иудаизм и евреи.
    Каждый иудей это обязательно еврей.
    Если даже его мать не еврейка, а он принял иудаизм (что достаточно сложно).
    Каждый рожденный от еврейки еврей.
    Но может принять любую религию.
    Но в любой момент он может легко принять иудаизм и стать "полноценным" евреем.
    Поэтому иудаизм и не относится к Мировым религиям (хотя влияние иудаизма на развитие цивилизации, на ход развития истории огромно, очень огромно), которые должны объединять людей не по этническому признаку, а по религиозному.

    Мусульманином может быть русский, татарин, араб, немец, француз, еврей, мариец и др. - и все они братья-мусульмане, этнос играет второстепенную роль.

    Если на первый план "выходит" не религия, а этнос, "нация", то это уже национал-социализм (нацизм).

    Иудаизм, христианство и ислам это религии Единобожия, Единого Б-га - и это их объединяет.
    Ответить
    Анонимно 07 июн
    Уважаемый аноним! Спасибо за Ваш комментарий.

    На самом деле, между еврейским национализмом (сионизмом) и иудаизмом и исторически, и сегодня - существует большой конфликт, который даже привёл к расколу на харедим и религиозных сионистов. Дело в том, что иудеи до 19 века были прежде всего религией, а не нацией. Еврей - тот, на кого наложены заповеди Торы. Еврей-атеист было оксюмороном. Создание еврейского государство в Палестине большинство раввинов считало незаконным - до пришествия Машиаха.
    С другой стороны, были и другие альтернативные национальные проекты для этой религии, как "французы моисеева вероисповедания" или ашкеназская идентичность организации "Бунд".
    Не все переселенцы-ашкеназы сионисты толерантно относились и относятся к евреям-эфиопам (фалашам) и арабским евреям (мизрахи).

    В общем, в иудаизме тоже есть свои противоречия с национализмом.

    С уважением, Гайнуллин Карим, автор.
    https://www.facebook.com/nothingelsenomore/
    (не могу прикрепить свой фб)
    Ответить
  • Анонимно 07 июн
    Конечно национализм уместен! Ислам например в Иране, Турции, Египте, Индонезии немного отличается. Татары слишком толерантны, никаких таких безгранично толерантных больше нет. и хватит ориентироваться и слушать отсталых арабов, надо свою голову иметь
    Ответить
    Анонимно 07 июн
    Национализм "уместен"?
    А что Вы считаете "национализмом"?
    Гитлер тоже был националистом.
    Ответить
    Анонимно 10 июн
    Какой-то умник тут написал про "отсталых арабов". Советую ему попить таблеточки
    Ответить
  • Анонимно 07 июн
    Один из мусульманских религиозных деятелей говорил, что его задача не сохранение татарской нации, а обращение в ислам значительной части русских
    Ответить
  • Анонимно 07 июн
    Никто из татар никогда не называл себя каким-то мусульманом. Врет автор.
    Прочтите авторов Золотой орды и приведите хотя бы рдин пример того, кто из них где да нибудь называл татар мусульманами.
    Ответить
    Анонимно 08 июн
    Называли себя "мусульман" раньше все ( кроме "кряшен"), а сейчас тоже называют, но только те, кто не атеисты и кому предки это рассказали. Лет 25 назад, когда прочитала, что в 19 веке себя "татарами", оказывается, не называли, спросила у мамы: " А как раньше себя называли? Она сразу ответила - "мусульман". А слово "татары" - это вообще-то слово-гибрид из чужих языков (китайского и европейских - "tartar").
    Ответить
    Анонимно 08 июн
    А ака называли татары себя когда они еще не приняли ислам?
    До Узбек хана?
    Христианами (крестьян именно от слова христианин).
    Тенгрианцами?
    Язычниками?
    Ответить
    Анонимно 09 июн
    Мои предположения таковы: Термин «татары» в Золотой Орде означал военно-административную элиту. В переписке так называли ордынскую аристократию, в том числе казанскую. У племён больше была идентичность на основе принадлежности к тому или иному племени. У оседлого крестьянского населения, в том числе территории Булгарского вилаята, идентичность строилась, как я предполагаю, прежде всего на религиозной принадлежности, то есть они называли себя мусульманами. В период язычества (тенгрианство — неологизм, на самом деле было множество культов) идентичность строилась прежде всего на племенной идентичности, а религия не формализировалась, были просто типа «боги моего бати».

    С уважением, Гайнуллин Карим.
    Ответить
    Анонимно 09 июн
    "Болгар" - всем известно.
    Ответить
    Анонимно 09 июн
    А мои предположения таковы: кроме исторического термина "татары" есть еще живое слово "татары". Кто по-настоящему знает и чувствует русский язык (из которого и взялся этот экзоэтноним), тот понимает, что слово-то это нехорошее. Его культурный код примерно означает: "чужой с востока и юга", "враг". Подтверждение см. в Толковом словаре русского языка (4 тома), где есть слово "татарва" -устаревшее, означает то же, что и слово "татары". Так что это слово - наш крест на долгие годы, который мешает сближению (в смысле - просто полному доверию) нашего народа и др. славянских, про запад вообще не говорю, tartar -это ад, а татары -исчадие ада. Те, кто с нами вырос, работал или лично знаком, те нам доверяют, а остальные - нет (и все из-за этого слова). Так что болгар, булгар или другие этнонимы были бы лучше, ведь не все же из нас сейчас верующие - мусульмане.
    С уважением, дилетант.
    Ответить
    Анонимно 10 июн
    Вероятно, чудовищная история с Рамилем Шамсутдиновым - следствие того, что на подсознательном уровне у славян есть негативное отношение к слову "татарин". Но 100%-ной дружбы народов пока нет и если не находить причины и ничего не менять, то подобное может повторяться. Кажется, еще в советское время некоторые ученые считали, что слово "татары" - не настоящий этноним, а прозвище - и добивались замены его на "булгары". Но Сталин отказал.
    Ответить
  • Анонимно 08 июн
    В добрые (и не добрые) советские времена видимо опасались называть себя "мусульман", так как отношение ко всем верующим в атеистическом государстве было с подозрением. Семей с детьми, посещающих церковь по воскресеньям, было единицы и смотрели на них как на изгоев, только старушкам можно было быть верующими.
    Ответить
Войти через соцсети
Свернуть комментарии