Новости

00:41 МСК
Все новости

Рустем Хасанов, благотворитель: «Мы получили патент и запускаем в производство спецоборудование для детей»

Рустем Хасанов, благотворитель: «Мы получили патент и запускаем в производство спецоборудование для детей» Фото: aif.ru

Фонд «День добрых дел», который Рустем Хасанов создал 3 года назад, производит и обеспечивает специальными стульями детей, страдающих от ДЦП. В декабре 2016 года это облегчающее жизнь изделие получила тысячная семья! Но за годы существования фонд остался «белой вороной» среди благотворителей. Рустем Хасанов считает использование традиционного работающего метода сбора средств аморальным и рассчитывает, что взаимодействие с рациональным бизнесом — без сантиментов и эмоций — поможет его проекту в 2017 году выйти в бездефицитный режим. Мало кто знает, что Хасанов и сам предприниматель. Его компания «Реставратор» в 2016 году завершила контраварийные работы на «безнадежном» доме Михляева. В 2017 году Хасанов хочет еще больше сложных и невозможных задач.

Я не меряю жизнь хронологическими мерками, а меряю событийными. Поэтому календарная дата Новый год для меня имеет не большое значение. Самый главный итог случился прямо под занавес года, в рамках проекта Особенныедети.рф (благотворительный интернет-магазин фонда «День добрых дел» — прим. ред.) мы получили тысячный стул. Это крутой результат, который был обеспечен титанической работой. Чтобы вы могли оценить масштаб, могу сказать, 1000 стульев — это как годовое обеспечение детей-инвалидов силами государства в нескольких субъектах РФ. Или одного региона за несколько лет.

Осенью 2016 года мы получили патент на наше второе изделие, и в 2017 году хотим запустить его производство — это моя самая большая задача в рамках фонда. На первое изделие мы патент не получали, решили не «заморачиваться». Но конструкция первого изделия довольно простая, тогда как во втором есть элементы изобретательства, которые нам нужно защитить. Это крутое изделие, у него очень большие функциональные особенности (регулирование положения ребенка от вертикального до горизонтального). Мы бы не хотели, чтобы идею украли и реализовывали на коммерческой основе. Мы уже сталкивались с подобной проблемой. На фонд «День добрых дел» хотела подать в суд компания-производитель оборудования, продающая изделия аналогичные нашим, за 50 тысяч рублей. В результате мы получили заключение патентной экспертизы, что у нашего изделия 22 существенных отличия. Так суд стал бы для нас отличной PR-компанией, но компания иск отозвала.

«Самый главный итог случился прямо под занавес года, в рамках проекта Особенныедети.рф мы получили тысячный стул». Фото osobennyedeti.ru

Еще одна важная задача на 2017 год — сократить очередь на наши стулья. За все время существования нашего фонда она никогда не сокращается и составляет 200—300 человек. Проблема в том, что спрос на специальное оборудование для особенных детей в сотни и тысячи раз превышает предложение, а обеспечивает его на бесплатной основе только наш фонд и государство. Но мы эффективнее и удобнее государства. Три года как создан наш фонд, а ситуация кардинально не меняется: как мы были единственной альтернативой государству, так, похоже, навсегда и останемся.

У нас есть еще один благотворительный проект по аналогии с «Благотворительным складом» (проект фонда «День добрых дел» — склад, где нуждающиеся могут бесплатно получить предметы одежды, мебель, бытовую технику и пр. — прим. ред.), который мы планируем запустить в 2017 году. Это казанский проект, цель которого — обеспечить базовые потребности людей, которые этого не могут сделать самостоятельно. Но о чем он конкретнее, я не скажу, боюсь сглазить.

Чтобы все получилось, нам надо выполнить главную задачу — научиться как-то «сшивать» бюджет. Мы не умеем собирать деньги, как это делают большие фонды. Пока получается, что сборы у нас, как у маленького фонда, а проекты — как у большого. Не знаю, получится ли когда-то изменить ситуацию хронического дефицита средств, но очень хотелось бы.

Существует единственная технология сбора средств, проверенная годами. Называется она — бей по сердцу, разжалоби, дави на эмоции. Этим способом пользуются все: от благородных «монстров» типа «Русфонда» до элементарных жуликов. Это самый эффективный способ. Но команда нашего фонда считает этот способ омерзительным и вредным, мы считаем, что человек должен принимать решение осознанно, а не на эмоциях. И так как этим способом мы не пользуемся, а особых инструментов, кроме соцсетей, по сбору средств в общем и не существует, мы не собираем столько, сколько могли бы.

Бизнес — это как раз те рациональные жертвователи, которые нам нужны. Мне кажется, нам нужно работать в этом направлении. Для бизнеса сотрудничество с нами — это хорошие PR-кейсы. А нам пригодится поддержка в любой форме. Но с компаниями мы стали активно работать вот только месяца два назад. Это для нас пилотный проект.

Из личных планов на 2017 год — похудеть. Мне 36 лет, последние несколько лет у меня было мало возможностей заниматься спортом, и я «подобрался» под центнер. Хочу вернуться в свой «боевой» вес, тем более, что время появилось: дети растут, и мое присутствие дома уже не так критично. Месяца полтора назад я снова за себя взялся, и скинул 5 килограммов. Впереди еще 5, а лучше 10 кг.

«В 2016 году мы завершили по-настоящему крутое дело, о котором не грех рассказать. Мы провели контраварийные работы на самом старом доме Казани — доме Михляева XVII века». Фото Дмитрия Резнова

Что касается бизнеса, я рассчитываю на его рост и развитие. У меня небольшая строительная компания «Реставратор», которая специализируется на реставрации старинных домов, объектов культурного наследия. Все реставраторы — люди суеверные и неохотно говорят о своем деле. Во-первых, мечтают найти клад. Во-вторых, относятся к домам, как к живым, и считают неэтичным говорить об их проблемах — так же, как доктору неэтично раскрывать диагноз больного.

Но в 2016 году мы завершили по-настоящему крутое дело, о котором не грех рассказать. Мы провели контраварийные работы на самом старом доме Казани — доме Михляева XVII века. По легенде, в этом доме останавливался Петр I. Год мы занимались его реставрацией, это была ювелирная работа, и никто до нас за него не соглашался браться. До начала работ он в буквальном смысле должен был рухнуть, он разваливался со скоростью полсантиметра в неделю! Перед нами стояла невыполнимая задача, и мы ее выполнили. Я считаю, проектное решение Игоря Матвеева (одного из сильнейших в России специалистов по восстановлению несущих конструкций) было гениальным и нетривиальным — таких в России единицы. Теперь дом в порядке, и для меня это большое личное достижение. В следующем году, надеюсь, будут такие же сложные невыполнимые задачи.

Айгуль Чуприна
комментарии 4

комментарии

  • Анонимно 07 янв
    фонд дело хорошее
    Ответить
  • Анонимно 07 янв
    дай вам Бог здоровья
    Ответить
  • Анонимно 07 янв
    ссылку на сайт выложите, пожалуйста
    Ответить
  • Анонимно 07 янв
    Оправдайте наши надежды, пожалуйста
    Ответить
Войти через соцсети
Свернуть комментарии