«Одиночество Сони и Санни» — первый роман Киран Десаи за почти двадцать лет

Девятнадцать лет до книги: как Десаи писала новый роман

Киран Десаи начала писать еще в юности, следуя примеру своей матери, писательницы Аниты Десаи. В 1997 году рассказ Киран вошел в антологию индийской литературы, которую для журнала The New Yorker подготовил Салман Рушди. Уже через год Десаи выпустила дебютный роман «Суматоха в саду гуав». История юноши Сампата Чаулы, который забирается на дерево гуавы и неожиданно становится знаменитостью, принесла автору премию Бетти Траск.

Второй роман писательницы вывел ее на мировой уровень. «Наследство разоренных» вышло в 2006 году и получило Букеровскую премию. В центре книги Десаи поставила несколько историй, которые связывают Индию и США. В Калимпонге судья Джамубхай Патель живет с внучкой Саи, поваром и собакой, а Саи влюбляется в Джиана, непальского учителя математики, который присоединяется к движению за независимость. Параллельно сын повара Бижу нелегально живет в Нью-Йорке и пытается найти лучшую жизнь. Роман также получил премию Национального круга книжных критиков и премию Crossword Book Award, а его перевод вышел более чем на 40 языках.

После «Наследства разоренных» Десаи не прекращала писать, но следующая книга появилась только через 19 лет. Все это время писательница работала над «Одиночеством Сони и Санни». Она хотела создать «глобализированную историю любви» и показать любовь и одиночество как «две стороны одной медали». Постепенно замысел расширился: Десаи включила в роман классовые и расовые разрывы, недоверие между нациями и исчезновение целого прошлого мира.

— На поверхности — это простая, неразрешенная любовь, но под ней — одиночество, проходящее через географию и историю, — сказала Десаи в интервью Telegraph India.

Масштаб замысла напрямую повлиял на работу над книгой. «Я работаю тематически, идеи приходят первыми, сюжет — намного позже», — говорила писательница. В какой-то момент рукопись достигла 5 тыс. страниц, и Десаи годами переписывала текст, удаляя большие фрагменты и оставляя только те, что, по ее словам, «искрились жизнью». Она не считала этот период литературной паузой. «Я не могу не писать, иначе исчезну», — объясняла свой подход Киран Десаи. В 2025 году «Одиночество Сони и Санни» вышло спустя 19 лет после предыдущего романа и вошло в короткий список Букеровской премии.

Два одиночества: Соня и Санни между любовью и двумя странами

Соня Шах и Санни Бхатия впервые встречаются, уже успев пожить в разных мирах и не найдя в них своего места. Действие романа охватывает 1996—2002 годы и переносит героев между Индией и США, а также Европой и Мексикой. Соня оканчивает колледж в Вермонте и переезжает в Нью-Йорк к художнику Илану, который намного старше ее. Отношения быстро превращаются в разрушительную зависимость, и Соня разбитой возвращается к семье в Индию.

Образ главной героини во многом основан на опыте самой Десаи. Она училась в Беннингтон-колледже в Вермонте (США) и часто оставалась там одна на каникулах, так как ее мать, писательница Анита Десаи, преподавала лишь один семестр, а затем возвращалась в Индию. Киран Десаи описывает это время как период «изысканного, артистического одиночества». С одной стороны, это была настоящая тоска по дому и близким, усугубленная сложностями международной телефонной связи тех лет. С другой — именно в этой тишине и уединении она поняла, что хочет стать писательницей, и осознала, что одиночество необходимо для творчества.

Санни родом из Дели, работает ночным редактором в Associated Press в Нью-Йорке. Он уехал из Индии, чтобы сбежать от властной матери и криминала вокруг семьи. У него есть американская девушка Улла, но он скрывает эти отношения от родных. Соня и Санни случайно встречаются в ночном поезде в Индии. С этой встречи и начинается их история любви.

Но близость не отменяет одиночества. Соня еще в Вермонте переживает его как тоску по дому и ощущение чужой жизни. Ее отношения с Иланом не дают опоры. Она становится его музой и постепенно теряет себя. Санни тоже чувствует одиночество даже рядом с Уллой. В Нью-Йорке он разрывается между американской жизнью и индийской идентичностью. Он чувствует себя лжецом и призраком. Соня и Санни узнают друг в друге опыт человека, который не чувствует себя полностью своим ни в одной стране.

Десаи показывает иммигранта, который живет между двумя культурами и пытается понять, где находится его место. Санни получает грин-карту, но она не придает внутренней уверенности. Да и Индия его не отпускает. Он становится гражданином двух миров и пытается найти смысл в своей оторванности от корней.

Соня тоже оказывается между Индией и Америкой. Она чувствует давление необходимости представлять страну, которую никогда полностью не воспринимала как свою. Десаи называет таких людей «мировыми бастардами»: головой они в одной стране, телом — в другой. Культурные, расовые и классовые различия усиливают это состояние. Герои не всегда понимают, что находятся там, где должны быть.

Родственные связи тоже формируют жизнь героев и их представление о близости. Бабушки и дедушки Сони когда-то пытались устроить ее брак с Санни, а семейные ожидания продолжают влиять на их отношения спустя годы. Мать Санни, Бабита, одновременно любит сына и жестко контролирует его, поэтому он уезжает из дома. Истории родителей и старших поколений определяют судьбы младших. Десаи связывает эту тему со своей семейной историей и опытом жизни вдали от Индии. Она говорила, что испытала «все эти разные виды одиночества».

Превратности «ориенталистской чуши»

Соня и Санни оказываются чужими сразу в двух культурных пространствах. В Индии они чувствуют вину за экономические привилегии и западное образование, а в США сталкиваются со стыдом выходца из третьего мира. Соня чувствует укол экзотизации родины, которую она никогда до конца не понимала, и давление необходимости представлять страну, которой никогда полностью не принадлежала. У Санни похожая ситуация.

— Он так долго уже сосредоточен на Западе, что разбирается в своей родине меньше, чем люди с Запада, и потому разве не обречен все недопонимать — Восток и Запад, страны Старого Света и развивающиеся, себя и Соню?

Культурный разрыв в романе тесно связан с расизмом и классом. Десаи показывает индийскую элиту, которая одновременно гордится своим положением и стремится принадлежать к западному миру. Представители индийской элиты испытывают огромную гордость за принадлежность к своему классу, в основе которой лежат расизм, а также самоуничижение, желание отчаянно принадлежать к тем, кого считаешь эстетически лучше, безопаснее, выше. Бабита, мать Санни, особенно ясно выражает эту систему взглядов. Она отвергает отношения сына с Соней, негативно говорит о небелых людях и относится к Англии как к своей предназначенной родине.

Классовая иерархия проявляется и в быту. Дададжи, дедушка Сони, отдает слуге просроченные витамины, потому что «таблетки вполне пригодны еще год или два». Бабита считает, что делает одолжение прислуге, предоставляя ей жилье и еду, а также пренебрежительно рассуждает о более темном цвете кожи у людей, которые находятся ниже по социальной лестнице.

На этом фоне роман спорит и с самим ориентализмом. Илан, белый европейский художник и потомок колонизаторов, требует от Сони не писать «ориенталистскую чушь» и не создавать стереотипный образ Индии, который западный читатель примет за реальность. Соня действительно начинает с рассказа о мальчике, который живет как обезьяна и которого принимают за отшельника. Илан высмеивает этот текст. Санни сталкивается с тем же взглядом в отношениях с Уллой. Ему приходится объяснять ей, что нельзя называть всех южноазиатов «болтливыми» и «задиристыми» или обращаться к нему как к «горяченькой самсе».

Одновременно с этим западные критики упрекали Десаи в том, что, иронизируя над ориентализмом, она воссоздает и поддерживает западный стереотипный взгляд на Индию. Рецензенты отмечали образы «павлинов с пышными хвостами» и «розовых садов девяти сортов, цветущих зимой», которые напоминают взгляд экскурсовода на экзотическую Индию. Действительно, Санни и другие герои формулируют жесткое различие между Востоком и Западом. Санни считает, что «индийцы не умеют уходить или быть покинутыми». А другой персонаж утверждает:

— Западной психологии индийская семейка не по зубам. Мы слишком увертливые, мы меняем облик, мы не отличаем правду от лжи. Ложь — это правда, а правда — это ложь, нас не подловишь.

Кроме этого, межрасовые отношения Санни с Уллой и Сони с Иланом неизбежно обречены на провал. Илан присваивает амулет Сони с изображением безглазого божества и использует его в своем искусстве. Он, словно вампир, высасывает чужое одиночество, превращая его в материал для своего творчества. Санни возвращает амулет Соне, а герои в итоге обращаются к Индии и к «своим корням».

Почему-то в современном обществе от людей, а теперь и от литературных персонажей требуют обязательной определенности в глобальных вопросах, не допуская амбивалентного отношения. Нельзя сомневаться и испытывать на себе давление культур: западных ценностей страны, в которой живешь, и одновременно родины с ее вековыми традициями, колониальным прошлым и попытками выстроить новую идентичность в глобализированном мире. И как раз в этой противоречивой сложности мироустройства и человеческой психики сила всего романа. Можно выбирать амбивалентную позицию, можно испытывать стыд за принадлежность к определенному классу и одновременно гордость за это. Можно, потому что только такой мир интересен и ярок, в отличие от деления на белое и черное, красных и синих, богатых и бедных, добрых и жестоких. На этой амбивалентности и построено все «Одиночество Сони и Санни».

Издательство: Corpus
Перевод с английского: Эвелина Меленевская
Количество страниц: 720
Год: 2026
Возрастное ограничение: 18+

Екатерина Петрова — литературная обозревательница интернет-газеты «Реальное время», ведущая телеграм-канала «Булочки с маком».