Новости раздела

«Дело звонарей»: бомба в Боровецком лесу из «Самсунга», компьютерный голос и привет с Украины

«Торговый квартал» пока не предъявил материальных претензий к телефонным террористам — из-за «понимающих арендаторов»

«Дело звонарей»: бомба в Боровецком лесу из «Самсунга», компьютерный голос и привет с Украины
Фото: Сергей Афанасьев

Сегодня в Набережночелнинском суде продолжилось слушание «дела звонарей»: в лжесообщениях о терактах в «Торговом квартале», изготовлении бомбы и вымогательстве $70 тыс. у руководства компании обвиняются двоюродные братья Аглетдинов и Гибадуллин. Побывавший на суде корреспондент «Реального времени» узнал, во-первых, что о заложенной бомбе сообщалось через компьютерную программу, зачитывающую телефонные сообщения женским голосом. Во-вторых, для бомбы — по версии следствия — были использованы, помимо селитры и алюминиевой пудры, два мобильника «Самсунг», из-за разрядки одного из которых взрыва и не произошло. В-третьих, в деле появился «украинский след» (некий «Петр Москаленко»), на которого братья пытаются свалить вину в вымогательстве $70 тыс. Саму же сумму этот самый «Петр Москаленко» требовал в биткоинах…

«ВАЗ-2114», склонность Аглетдинова к лидерству и «паника и страх среди населения»

Началось заседание с зачитывания обвинения прокурором Альбертом Галимовым. Галимов считает, что братья сговорились о «сообщениях об актах терроризма» в начале августа. Мишенью стал «Торговый квартал», принадлежащий компании ООО «ТриГранит Менеджмент Рус». Помимо шести звонков, в арсенале «звонарей» была самодельная бомба, электронный почтовый ящик, компьютерная программа, которая начитывала в МВД сообщения о заложенной бомбе женским голосом, и кошелек для биткоинов. Аглетдинова, инициатора и «мозг» всей операции, прокурор считает обладающим «специальными познаниями в сфере информационных технологий, организаторскими способностями и склонностью к лидерству». Предполагалось совершение ложных вызовов о заложенной бомбе в «Торговом квартале» с целью возникновения среди населения города паники и страха, паралича социально-полезной деятельности граждан и т. д. В дальнейшем планировалось направление в адрес руководства «Торгового квартала» («ТриГранит Менеджмент Рус») письма с требованием передачи денежных средств. В случае неисполнения требования Аглетдинов и Гибадуллин планировали совершить взрыв. Роль Гибадуллина заключалась в выискивании компонентов для взрывного устройства, обеспечении мобильного передвижения и конспирации с помощью принадлежащего ему автомобиля «ВАЗ-2114», заявил прокурор.

О бомбе сообщали через программу, зачитывающую текст сообщения женским голосом

Начали свои звонки братья 10 августа 2015 года, когда в машине «ВАЗ» Аглетдинов, «обладая специальными познаниями в сфере информационных технологий», с целью конспирации приобрел через интернет-ресурс доступ к системе удаленного подключения, который «меняет адрес компьютера» (Аглетдинов познания прокурора во время зачитывания обвинения сопровождал высокомерными насмешками…), приехал к дому 21/16. После чего Аглетдинов, пока Гибадуллин мониторил окрестности, через оператора «Мегафон», изменив «код айпи», вышел в Интернет при помощи ноутбука:

— И на сайте (прокурор его не назвал, — прим. ред.), используя функцию воспроизведения текста женским голосом, начитал текст: «В «Торговом квартале» заложена бомба». Гибадуллин же наблюдал за окружающей обстановкой, будучи готовым предупредить брата об очевидцах или правоохранительных органах. В результате в «Торговом квартале» срочно эвакуировали людей, — продолжил Галимов.

Аналогичными способами братья «бомбардировали» торговый комплекс звонками 11, 12 августа, дважды 13 августа (днем и вечером) и 15 августа, лишь меняя местоположение автомобиля («чтобы их звонки не могли запеленговать»): у домов № 4/06, № 50/12, № 9/55а и т. д. Таким образом, прокурор квалифицировал действия братьев по ст. 207, ч. 1 «Изготовление и хранение взрывного устройства (о ложных сообщениях об акте терроризма)». Напомним, на прошлом заседании адвокаты с прокурором уже говорили между собой о том, что по ст. 207 подсудимые пойдут на явку с повинной, признавая вину полностью. Вышло, однако, не совсем так, как надеялся прокурор (см. ниже).

Аглетдинова, инициатора и «мозг» всей операции, прокурор считает обладающим «специальными познаниями в сфере информационных технологий

Из чего сделана бомба: алюминиевая пудра, селитра, телефоны «Самсунг», трансформаторы и…

Уже 12 августа Аглетдинов вместе с Гибадуллиным приступили к изготовлению самодельной бомбы с целью шантажа руководства «Торгового квартала» — то есть вымогательства $70 тыс. По плану предполагалось, во-первых, создать электронный почтовый ящик на чужое имя, с которого затем направить требование компании. В случае невыполнения требования братья, по версии следствия, грозили взорвать бомбу. Но чтобы взорвать, ее еще необходимо было сделать! Для этого опять же через Интернет «звонари» нашли вещества для бомбы. Все вещества и саму конструкцию взрывчатого устройства прокурор называть не стал, сославшись на присутствие в суде СМИ (видимо, чтобы свести к минимуму возможность поиска будущими аглетдиновыми и гибадуллиными подобных веществ…), но упомянул алюминиевую пудру и аммиачную селитру, трансформаторы, а также два мобильных телефона «Самсунг» и две сим-карты. Покупали они их в Челнах и Казани. Изготовлением бомбы или «самодельного взрывного устройства» (СВУ) занимался Аглетдинов, Гибадуллин искал и покупал ингредиенты. Бомбу братья решили заложить у электрической подстанции рядом с «Торговым кварталом», на парковке: «Подсудимыми было решено использовать СВУ типа подрыва заряда электрическим способом на основе звонка сотового телефона».

Как из-за разрядки «Самсунга» «Торговый квартал» не пострадал

После того как бомба была изготовлена, «террористы» направили письмо гендиректору «ТриГранит Менеджмент Рус» с требованием перевести $70 тыс. на созданный ими электронный кошелек. Впоследствии выяснилось, что в «Торговом квартале» не обратили поначалу внимания ни на звонки, ни на письмо, так как похожие сообщения о бомбах в питерском ТЦ в июне 2015 года так и остались ложными. Однако последний челнинский звонок оказался не ложным: пока Гибудаллин опять же мониторил окрестности, Аглетдинов заложил бомбу в электроподстанцию, вернулся в «ВАЗ» и позвонил на телефон «Самсунг» во взрывном устройстве с телефона «Сименс».

— Однако при поступлении звонка на телефон «Самсунг» ввиду недостаточного заряда батареи исполнительного механизма ВСУ (то есть, по-видимому, самого телефона, — прим. ред.), осуществляющего накал спирали, взрыва не произошло. Позднее охранник центра обнаружил устройство, и оно было изъято полицией. По заключению экспертов, при взрыве такого устройства при массе взрывного заряда 4,5 кг и самодельного взрывного вещества в тротиловом эквиваленте 0,8/1 кг опасная для человека зона — в радиусе 10 м, зона разрушения опорных перелетов — до 15/18 м, а зона малых разрушений — 36 м.

Бомбу братья решили заложить у электрической подстанции рядом с «Торговым кварталом». Оперативная съемка МВД по РТ

Аглетдинов признает вину лишь по 5 ложным вызовам, Гибадуллин «пошел в отказ»

Таким образом, прокурор считает, что состав преступления по ст. 222.1 «Изготовление и хранение взрывного устройства» налицо. Когда судья Шакуров спросил у Ильнара Аглетдинова, признает ли он свою вину, выяснилось, что парень готов согласиться лишь с ложными вызовами, отрицая и изготовление бомбы, и вымогательство $70 тыс.:

— Признаю вину по первым пяти эпизодам ст. 207. И при этом без предварительного сговора, — пробормотал «айтишник».

Его брат Гибадуллин и вовсе, по его словам, ни в чем не виновен. По сути, Аглетдинов взял вину на себя, но при этом вина «резко потеряла в весе» — прокурору придется доказать, что бомбу изготавливали действительно он и его брат и что им же принадлежит e-mail, с которого в «Торговый квартал» пришло требование о $70 тыс.

Кто звонил вечером 13 августа 2015 года? Неизвестно…

Среди выступивших в суде представителей потерпевших вновь не было никого от «Торгового квартала». Первой выступила Идиатуллина, глава правового управления МВД по Челнам, которая поддержала обвинение по всем статьям. И заявила, что подсудимые оплатили издержки МВД по выезду в «Торговый квартал» лишь по пяти эпизодам ст. 207 (на сумму более 26 тыс. рублей). По шестому эпизоду оплата не произведена, и МВД будет продолжать ее истребовать.

Очевидно, что ни Аглетдинов, ни, тем более, Гибадуллин не собираются оплачивать издержки полиции по шестому эпизоду 13 августа, так как вину по нему не признают. Как позднее объяснил нам прокурор, все дело в том, что тогда этот звонок якобы был произведен мужским, а не женским голосом компьютерной программы. Таким образом, привязать звонок к братьям не так уж просто. С одной стороны, схема звонков, действительно, была нарушена (в другие дни лжевызовы не повторялись дважды в один день). С другой стороны, заметил прокурор, схема, с которой теперь уже «пока неизвестный террорист» звонил вечером 13 августа, — с конспирацией через смену IP и с передвижением звонящего в автомобиле по городу — ранее в Челнах не применялась, что свидетельствует, скорее, о том, что звонили все те же. Тем более, что программа, зачитывающая телефонное сообщение, может зачитывать его и женским, и мужским, и детским голосом.

— Все шесть сообщений были одного характера, — подтвердила в суде Идиатуллина.

Гибадуллин, по его словам, ни в чем не виновен

«Не могу знать, был в отпуске»

Любопытными оказались показания представителя МЧС по Челнам, начальника пожарной части Агафонова. Он заявил, что требования по материальному ущербу подсудимые удовлетворили, но заплатили в итоге не 65 тыс. рублей, а 58,5 тыс. рублей. Тем не менее от исковых требований МЧС решило отказаться. Судья удивился. Ведь выезжали пожарные в ТЦ все-таки все 6 раз — напомнил судья показания Агафонова, данные им во время следствия, — и потрачено было в общей сложности 13 часов:

— Затраты ваши составили 65 тыс. рублей, — зачитал судья Шакуров собственные же показания Агафонова. — Почему сейчас меньше?

— Первоначально было так. Потом шестой вызов снялся… — смутился пожарный. — И был вновь направлен счет уже на меньшую сумму — 56,8 тыс. рублей.

— Но почему?

— Не могу знать, был в отпуске, — пожал плечами Агафонов.

Подсудимый Аглетдинов, заметив замешательство пожарного, поинтересовался у него, был ли он вечером 13 августа на очередном выезде/эвакуации из-за ложного звонка. Оказалось, нет. Тоже «был в отпуске». Аглетдинов, довольный, сел.

Представитель станции скорой медицинской помощи в свою очередь рассказал, что выезжала «скорая» 6 раз, ущерб — 17,9 тыс. рублей. И возмещен он был тоже лишь по пяти эпизодам, однако, в отличие от МЧС, в БСМП просят взыскать оставшуюся сумму.

«Петр Москаленко», биткоины и понимающие арендаторы «Торгового квартала»

Самыми любопытными оказались показания потерпевших от «Торгового квартала», сделанные во время следствия, которые судья зачитал в отсутствие самого представителя — замгендиректора торгового комплекса Алексея Аринина. Однако при этом защита попросила все-таки вызвать в суд и самого Аринина:

— В ходе ознакомления с документами мы установили, что, являясь потерпевшим, Аринин был понятым и участвовал в осмотре места происшествия при обнаружения взрывного устройства.

Суд просьбу удовлетворил. А из показаний Аринина выяснилось, во-первых, что письмо с требованиями в $70 тыс. поступило от имени «Петра Москаленко» (не исключено, что «террористы» нарочно выбрали украинскую фамилию, дабы направить на ложный след!). Во-вторых, вымогатели требовали не конкретно $70 тыс. («иначе звонки будут продолжены, что повлияет на репутацию и прибыль»), а эту же сумму, но в биткоинах (виртуальная сетевая валюта, использующая криптографичесчкие методы: платеж по ней происходит без посредников, — прим. ред.) на специально созданный электронный кошелек. В-третьих, от арендаторов в адрес руководства «Торгового квартала» не поступило требований о возмещении материального ущерба («арендаторы восприняли ситуацию с пониманием»). И тем не менее:

— Сообщения о заложенной бомбе, поступившие в период с 10 по 15 августа 2015 года, отразились на организации работы ТЦ, посещаемости: трафик людей в этот период снизился на 10%. Кроме того, при эвакуации работа центра приостанавливалась на 2-3 часа. Затем, после возобновления работы, посетителей было мало. После нескольких звонков у населения города сложился общий дискомфорт от посещения торгового центра. Вокруг торгового центра создалась негативная аура… — зачитывал показания судья.

Арендаторы «Торгового квартала» «восприняли ситуацию с пониманием»). Фото tkmall.ru

— Ты слышал? Он сказал «негативная аура»! — усмехнувшись, наклонился к уху брата Аглетдинов; тот ядовито улыбнулся.

Бомба в Боровецком лесу и почему ТЦ не требует возмещения ущерба

После объявленного судьей перерыва прокурор рассказал некоторые подробности дела. Так, по его словам, подсудимые не скачивали программу, позволяющую начитывать текст телефонного сообщения женским голосом, а создали ее сами. Для того чтобы сотрудники полиции их не засекли, они передвигались по городу:

— Допустим, находясь на ГЭС, они звонили в отдел полиции о заложенной бомбе и уезжали на машине Гибадуллина. Чтобы их не запеленговали. В итоге они звонили в разные отделы полиции, чтобы запутать следы. Когда же они изготавливали бомбу в лесу, Гибадуллин привозил Аглетдинова в лес и фактически видел и селитру, пятилитровые такие кастрюли.

— Все это было в каком лесу? — уточнили мы.

— Здесь, в Боровецком лесу!

— Вас не удивили показания МЧС, что они не в курсе вызова 13 августа 2015 года? — спросил у прокурора корреспондент «Реального времени».

— Честно говоря, ничего не могу сказать: сам впервые об этом услышал! — удивился прокурор.

— Вы не знаете, «Торговый квартал» будет требовать возмещения какого-либо ущерба? — поинтересовались мы у обвинителя, в свою очередь удивившись отсутствию суммы ущерба в показаниях Аринина.

— На настоящий момент — нет, — с сожалением заметил Альберт Галимов.

— Сначала же говорили об этом?

— Понимаете, если бы к руководству ТЦ подали бы иски арендаторы, то они, скорее всего, тоже требовали бы возмещения ущерба. А так как арендаторы «с пониманием» отнеслись, они не стали предъявлять исковые требования.

— То есть фактически ущерб требовали и требуют МВД и скорая помощь?

— Да.

— Вымогатели с самого начала просили не $70 тыс., а именно «$70 тыс. в биткоинах»? Чтобы их не отследили?

— Да! Но дело в том, что снять потом эти биткоины с кошелька очень тяжело, насколько я понимаю. Там целая процедура. Но если он [Аглетдинов] обладает хакерскими способностями, это возможно!

В качестве свидетеля обвинение намерено вызвать как раз эксперта, который и объяснит суду всю схему «биткоин — кошелек — доллары». Всего прокурор намерен вызвать в суд 29 свидетелей.

Сергей Афанасьев

Новости партнеров

комментарии 5

комментарии

  • Анонимно 28 июн
    больные люди
    Ответить
  • Анонимно 28 июн
    какое может быть понимание, арендаторы? беспредел же! надо требовать компенсации!
    Ответить
  • Анонимно 28 июн
    Придумали же сценарий, во дают
    Ответить
  • Анонимно 28 июн
    они что, реально собирались бомбу шарахнуть?
    Ответить
  • Анонимно 28 июн
    Трафик снизился из-за снижения покупательской способности скорее всего
    Ответить
Войти через соцсети
Свернуть комментарии