Новости раздела

Миноритарий НАСКО потерпел фиаско: АСВ отстояло многомиллионные гонорары для наемных юристов

Миноритарий НАСКО потерпел фиаско: АСВ отстояло многомиллионные гонорары для наемных юристов
Фото: 2gis.com

Как стало известно «Реальному времени», кредитору обанкротившейся СК «НАСКО» Дмитрию Анисимову не удалось оспорить соглашение, которое временная администрация рухнувшего страховщика в лице АСВ заключила с московской коллегией адвокатов «Кворум». По нему юристам ежемесячно выплачивали многомилионные гонорары. В целом за время договора наемные специалисты получили около 70 млн рублей. Кредитор отмечал, что все эти выплаты делались за счет конкурсной массы, то есть фактически из кармана кредиторов и без их одобрения: местные юристы обошлись бы не в пример дешевле. Однако Арбитражный суд Татарстана согласился с доводами агентства о том, что в силу особенностей банкротства финансовых организаций согласие кредиторов и не требовалось. Банк России эту смету расходов согласовал. И адвокаты из Первопрестольной не только проделали большой объем работы, но и брали за свои услуги гораздо ниже рынка. Впрочем, кредитор готовится подать жалобу.

Все средства уходят на содержание московских компаний

Миноритарный кредитор некогда одной из крупнейших страховых компаний Татарстана — НАСКО — Дмитрий Анисимов проиграл в татарстанском арбитраже спор с АСВ. Ранее «Реальное время» рассказывало о том, что 9 марта этого года Анисимов подал иск. Ссылаясь на то, что по закону о банкротстве управляющий обязан действовать добросовестно «в интересах должника, кредиторов и общества», он просил признать договор АСВ на юридические услуги с московской коллегией адвокатов «Кворум» недействительным, а действия конкурсного управляющего незаконными.

Соглашение, о котором идет речь, было подписано 10 июня 2019 года. Согласно ему, почти целый год, с 10 июня 2019 года по 1 июля 2020 года, АСВ ежемесячно платило упомянутым юристам по 4,25 млн рублей, затем сумма несколько снизилась (до 3,8 млн рублей), но выплаты оставались стабильными. И это не считая дополнительного вознаграждения. Последнее обозначено загадочной фразой «согласно ставке по согласованию». Все эти выплаты делались за счет конкурсной массы. А значит, не могли не затрагивать интересы кредиторов.

— Страховая компания наша местная. Управляющий решил, что московская юридическая фирма будет оказывать помощь более качественно и квалифицированно. А это очень большая разница в ценовой политике..., — отмечала в арбитраже Ольга Ничепуренко, представляющая интересы Анисимова. По мнению ее клиента, привлечение местных, казанских, юристов обошлось бы в разы дешевле.

Миноритарный кредитор некогда одной из крупнейших страховых компаний Татарстана — НАСКО — Дмитрий Анисимов проиграл в татарстанском арбитраже спор с АСВ. Фото: Максим Платонов

При этом на тот период, согласно смете расходов, это была самая большая статья расходов в деле о банкротстве НАСКО. Как подчеркивала представитель истца, юристам в совокупности было выплачено 69,4 млн рублей, «а сами кредиторы при этом возмещения не получили». Согласно опубликованным АСВ данным, у НАСКО 22 тыс. 910 кредиторов, размер их требований составляет 1 млрд 322 млн 381 тыс. рублей. К примеру, сумма долга перед Анисимовым (страховка по ОСАГО при ДТП, которая составляет 2,25 млн рублей) была в два раза меньше суммы ежемесячного платежа МКА «Кворум». «Все средства уходят на содержание московских компаний», — сетовала Ничепуренко.

«Дыра» в 4,2 миллиарда, предполагаемый владелец в бегах

«Национальная страховая компания «Татарстан» (НАСКО) была третьим по величине страховщиком в республике и одним из лидеров ОСАГО в РФ. У нее был самый большой уставный капитал среди региональных страховщиков (900 млн рублей) и 125 филиалов в Татарстане и других регионах. Доля на российском рынке составляла 0,33 процента. Но в последние годы финансовая устойчивость «Национальной страховой компании «Татарстан» серьезно пошатнулась. По мнению участников рынка, одной из причин этого стали связи с рухнувшими банками из группы Роберта Мусина: НАСКО владела крупнейшим пакетом «ИнтехБанка» и долей в «Радиотехбанке». Кроме того, компания оказалась серьезно закредитована.

В августе 2017 года НАСКО покинул один из крупнейших акционеров — «Ак Барс Банк», которому принадлежало 25 процентов ее уставного капитала. Осенью того же года более трех четвертей доли активов «Национальной страховой компании «Татарстан» приобрела столичная «Опора», которая вскоре сама лишилась лицензии. СМИ называли ее конечным бенефициаром (как и страховых компаний «Респект», «Ангара» и ряда других) Александра Кондратенкова.

А 15 мая 2019 года Центробанк отозвал часть лицензий «за систематическое нарушение прав и законных интересов потребителей страховых услуг» и у НАСКО. В страховщике была введена временная администрация, которая инициировала его банкротство. Руководитель временной администрации Денис Корякин говорил в татарстанском арбитраже, что в НАСКО в преддверии отзыва лицензии выводились активы.

НАСКО владела крупнейшим пакетом «ИнтехБанка» и долей в «Радиотехбанке». Фото: Лина Саримова

Финансовый анализ показал, что стоимости имущества страховщика недостаточно для исполнения денежных обязательств: активы СК на момент анализа составляли 4,3 млрд, обязательства — 8,5 млрд рублей. Позже инвентаризация показала, что не достает более 48 тыс. бланков ОСАГО и имущества на более чем 30 млн рублей. На тот момент в отношении самой НАСКО, как сообщил Корякин, было подано 2 466 исков на общую сумму более 1,8 млрд рублей. В результате 27 августа 2019 года НАСКО признали банкротом и открыли конкурсное производство.

За день до решающего для страховщика заседания в Арбитражном суде Татарстана стало известно, что против Кондратенкова возбуждено уголовное дело по ч. 4 ст. 160 УК РФ («Присвоение или растрата в особо крупном размере») в связи с выводом 63 млн рублей из крымской страховой компании «Вектор». Другой эпизод дела, по данным СМИ, был связан с перечислением собранных страховых премий под видом перестрахования в Португалию на счет перестраховочной компании Prorisk Reinsurance.

В октябре 2019 года ЦБ заявил о том, что временные администрации пяти страховщиков, приписываемых Кондратенкову — «НАСКО», «Опоры», «Респекта», «Ангары» и «Трудстраха», выявили признаки вывода активов в «согласованных действиях» их собственников и должностных лиц. Все эти компании лишились лицензий и были признаны банкротами. СМИ сообщали, что их общий долг превысил 11 млрд рублей. За Кондратенковым закрепилось амплуа «могильщика» страховщиков. В июне прошлого года Тверской суд Москвы с третьей попытки заочно арестовал Кондратенкова на два месяца с момента его задержания на территории России или выдачи из-за границы. Сообщалось, что бывший бенефициар рухнувших страховых компаний оказался в Чили под именем Александра Гарсии.

За день до решающего для страховщика заседания в Арбитражном суде Татарстана стало известно, что против Кондратенкова возбуждено уголовное дело. Фото: insur-info.ru

Спецпараграф для страховщика

Дмитрий Анисимов ссылался на закон о банкротстве, согласно которому крупные сделки заключаются внешним управляющим только с согласия собрания (или комитета) кредиторов. Но, как отметило АСВ, кредитор не учел тот факт, что у банкротства финансовых организаций есть свои особенности, предусмотренные параграфом 4 главы 9 закона о банкротстве. Так, конкурсное производство страховщиков проводится не только в соответствии с законом о банкротстве, но и нормативными актами Банка России. Как известно, именно ЦБ 14 мая 2019 года своим приказом отозвал лицензии на страхование и перестрахование у «Национальной страховой компании «Татарстан» и назначил временную администрацию.

Руководитель последней и заключил с адвокатом Анастасией Жидченко, председателем Московской коллегии адвокатов «Кворум», соглашение об оказании страховщику юридической помощи. Тогда НАСКО еще не была признана банкротом. А значит, соглашение с юристом собранию или комитету кредиторов представлять было не нужно. Положения закона о банкротстве о крупных сделках к страховым организациям не применяются. Кстати, договор предусматривал, что работа помощников со стороны будет оплачена, только когда страховую компанию признают банкротом и она дойдет до финальной стадии этой процедуры — конкурсного производства.

Согласовано Банком России

По закону о банкротстве для обеспечения возложенных на временную администрацию страховщика обязанностей ее руководитель вправе привлекать на договорной основе бухгалтеров, аудиторов, специализированных депозитариев, оценщиков и иных специалистов. Но, прежде чем их нанять, он должен направить в Банк России предложение с приложением проекта договора. Последний может быть подписан только после согласования.

Как выяснилось, Банк России еще 7 июня 2019 года согласовал привлечение МКА «Кворум» для правового сопровождения. Предполагалось заключить соглашение с Анастасией Жидченко, председателем этой коллегии. Сама коллегия адвокатов не вправе заключать договоры об оказании юридической помощи. По закону об адвокатской деятельности их подписывают один из членов коллегии и доверитель. При этом адвокат может привлекать помощников и стажеров. Заключать дополнительные договоры с ними для содействия в работе не требуется. При этом закон о банкротстве не предусматривает повторное согласование действующего соглашения.

В том числе ни Банк России, ни Агентство по страхованию вкладов, ни сам закон о банкротстве не запрещают временной администрации финансовой организации заключать договоры со специализированными организациями, аккредитованными в агентстве. А МКА «Кворум» с 2012 года — один из крупнейших юридических консультантов АСВ. Более того, в решении суда говорится, что практика таких соглашений «направлена на эффективную работу временной администрации в период восстановления платежеспособности и обеспечения сохранности имущества финансовой организации».

Сопроводили 11,7 тысячи судебных дел

Суд посчитал, что довод Анисимова о том, что услуги привлеченных юристов оплачивались выше, чем на рынке, ничем не подкреплен. Сам кредитор каких-либо расчетов не представил. АСВ же, напротив, доказывало, что адвокаты «Кворума» выполняли работу для почившего в бозе страховщика на материальных условиях «существенно ниже рыночных». И в отличие от подавшего жалобу кредитора оно подготовило детальную калькуляцию.

В решении суда, датированным 19 июля, отмечается, что МКА «Кворум» за время действия соглашения свои обязательства выполнила в полном объеме. Наемные юристы обеспечили правовое сопровождение 11,7 тыс. судебных дел вне рамок дела о банкротстве страховщика в разных субъектах РФ, было возбуждено 877 исполнительных производства, подано 6,7 тыс. возражений на требования кредиторов и 28 заявлений об оспаривании сомнительных сделок. Агентство по страхованию вкладов отмечало, что «работа привлеченных специалистов была осложнена отсутствием документации и баз данных» — их конкурсному управляющему в свое время просто-напросто не передали. Соглашение с МКА «Кворум» было расторгнуто только 31 декабря прошлого года.

Исходя из средних рыночных цен на юридические услуги в Казани, по данным экспертной группы Veta, столичные специалисты за время действия соглашения заработали по судебным делам вне рамок дела о банкротстве 445,5 млн рублей (38,07 тыс рублей за одно дело), возражения на требования кредиторов «потянули» еще на 86,9 млн рублей (из расчета 129,16 тыс. за каждое), оспаривание сомнительных сделок — на 592,3 тыс. рублей (211, 54 тыс. за сделку). Итого: 533,01 миллиона!

Так как соглашение действовало в течение 19 месяцев, стоимость услуг «Кворума» должна была составить 28 млн рублей в месяц. И это еще без учета работы по исполнительным производствам. Но в соглашении была зафиксирована совсем иная сумма — 4,25 миллиона. И та впоследствии дополнительным соглашением (по одним данным с 1 июля, по другим с 1 октября прошлого года) была «подрезана» до 3,8 миллионов. Всего за время действия соглашения конкурсный управляющий заплатил упомянутой коллегии 69,44 млн рублей. И все в соответствии со сметой, утвержденной ЦБ и судом. Кстати, согласно сайту, у МКА «Кворум» есть офисы в пяти российских городах, включая столицу РТ.

АСВ доказывало, что адвокаты «Кворума» выполняли работу для почившего в бозе страховщика на материальных условиях «существенно ниже рыночных». Фото: Владимир Бурнов / rapsinews.ru

Лимиты применяться не могли

Анисимов напоминал: существуют лимиты для оплаты стоимости услуг специалистов, которых арбитражный управляющий привлекает себе в помощь. Статья 20.7 закона о банкротстве действительно устанавливает максимальный размер расходов «арбитражника» на оплату услуг привлеченных лиц. Лимиты высчитываются в виде процента от балансовой стоимости активов должника. АСВ утверждало, что в случае с НАСКО это не так. Во-первых, соглашение с МКА «Кворум» было заключено в то время, когда в страховой компании заправляла делами временная администрация. Лимиты, предусмотренные для арбитражных управляющих, к ее работе применяться не могли.

Во-вторых, для страховых компаний как особой категории должников (это финансовые организации) предусмотрен другой метод контроля за расходами конкурсного управляющего — утверждение сметы текущих расходов. После первого собрания кредиторов «казну» утверждает собрание или комитет кредиторов. А до этого момента действует смета текущих расходов, согласованная с Банком России. Конкурсный управляющий ежеквартально представляет всю бухгалтерско-финансовую отчетность страховщика, а также информацию о ходе конкурсного производства. Последняя включает в себя в том числе отчет об использовании денежных средств компании-банкрота.

То есть средства конкурсной массы расходуются не бесконтрольно, а под бдительным оком комитета кредиторов страховщика, а также Банка России и суда. В результате 19 июля судья Арбитражного суда РТ Ильдар Салимзянов в удовлетворении жалобы Анисимову отказал. Впрочем, кредитор, который потерпел первое поражение, сдаваться не намерен. Его представитель Ольга Ничепуренко сообщила «Реальному времени», что он готовится подать жалобу на решение татарстанского арбитража.

Судебная практика складывается далеко не в пользу кредиторов

Отметим, что инициированное Анисимовым разбирательство стало своего рода эхом тяжб в московском арбитраже, дошедшем и до высшей судебной инстанции страны. Речь идет об аналогичных исках (зачастую, коллективных) кредиторов московского «Пробизнесбанка»: у них тоже возник вопрос, насколько обоснованы расходы АСВ на услуги юристов. За все время банкротства этой кредитной организации Агентство по страхованию вкладов, по его собственным данным, потратило на правовую помощь 1,1 млрд рублей. В том числе 549 млн рублей (из них 312 млн рублей составило переменное вознаграждение, или так называемый «гонорар успеха») получили юристы все той же МКА «Кворум: из расчета 8,5 млн руб. в месяц плюс 15% от фактически поступивших в конкурсную массу средств. Кредиторы были убеждены, что такие «премиальные» в банкротном деле недопустимы.

Кроме того, по их мнению, и сама оплата услуг была сильно завышена: специалистам щедро покрывались разовые либо однотипные поручения. Порой им и вовсе начисляли гонорар, так сказать, автоматом. Но пока добиться успеха на этом поприще многочисленным истцам не удалось. Представитель инициативной группы кредиторов «Пробизнесбанка» Нерсес Григорян отмечал нашему изданию, что судебная практика по поводу размера вознаграждения консультантам и самим «конкурсникам» по каким-то причинам складывается далеко не в пользу кредиторов.
Любовь Шебалова
ЭкономикаФинансы Татарстан Национальная страховая компания Татарстан НАСКОАрбитражный суд Республики Татарстан

Новости партнеров

комментарии 2

комментарии

  • Анонимно 29 июл
    Это сколько времени понадобится чтоб все рассмотреть
    Ответить
  • Анонимно 29 июл
    Вот еще одной легенде конец
    Ответить
Войти через соцсети
Свернуть комментарии