Новости раздела

Фотомарафон «100-летие ТАССР»: на экзамене в Казанской консерватории, 1950-е

Проект «Реального времени»: от Татарии — к Татарстану, часть 154-я

Фотомарафон «100-летие ТАССР»: на экзамене в Казанской консерватории, 1950-е

Казанская консерватория — детище Назиба Жиганова, который понимал: без собственной высшей школы татарская музыка не сумеет достичь положенных ей высот. В 1945 году Казанская государственная консерватория открыла свои двери.

В своих записках Назиб Жиганов упоминал о том, что решение об открытии консерватории в Казани было принято у него дома в беседе с руководителями республики. Он обратился к правительству, и вопрос об основании консерватории начал решаться в самых высоких инстанциях. На имя заместителя председателя Совнаркома СССР В.М. Молотова 14 марта 1945 года отправили письмо с просьбой о создании в республике консерватории. Его подписали председатель президиума Верховного совета Татарии Г. Динмухамедов, председатель Совета народных комиссаров Татарии С. Шарафеев, секретарь ОК ВКП(б) С. Малов. В письме говорилось: «Отсутствие необходимого контингента национальных музыкальных работников высшей квалификации (певцы, композиторы, педагоги, оркестранты) не позволяет создать в Татарской республике постоянный симфонический оркестр, лимитирует репертуар Татарского театра оперы и балета и сдерживает дальнейшее развитие всей музыкальной культуры Татарской АССР».

Здание консерватории на улице Пушкина, 1950-е

Ответом на это обращение СНК ТАССР послужило распоряжение Совнаркома СССР №6068-р от 13 апреля 1945 года о создании в Казани консерватории республиканского (РСФСР) подчинения. 23 июня директором консерватории назначили Жиганова.

Но назначения и приказов было мало. Надо было создать с нуля абсолютно все: сформировать педагогический коллектив, купить музыкальные инструменты и технику. В конце концов, отремонтировать здание (ведь здесь в войну располагался один из сотен эвакогоспиталей республики). За первый год в учебные классы купили 12 роялей и 13 пианино. Об органе пока не приходилось и мечтать: в казанской кирхе он был, но в 1922 году его уничтожили за классовое несоответствие рабоче-крестьянской культуре. Зато консерватория обзавелась «пижонским» роялем белого цвета.

Рояли в классе специального фортепиано, 1950-е

10 октября начался первый учебный год. В консерватории открыли пять факультетов: оркестровый, фортепианный, вокальный, теоретико-композиторский, дирижерско-хоровой. Умный, дипломатичный, дальновидный организатор, Назиб Жиганов переманил к себе самые сильные кадры из Татмузтехникума, в числе которых был Мансур Музафаров. Смелым кадровым решением было приглашение московских и ленинградских музыкантов Александра Броуна, Григория Когана, Альберта Лемана, Михаила Юдина. А потом Жиганов позвал в Казань преподавать профессора Генриха Литинского, который учил в Москве его самого.

Г. Литинский и Н. Жиганов в конце 1950-х годов

Здание отремонтировали к весне 1946 года, причем там не только проходили занятия, но и жили несколько преподавателей вместе с семьями.

В 1950 году Казанская консерватория выдала дипломы своему первому выпуску. Интересно, что в составе приемной комиссии были не только профессора и преподаватели консерватории, но и функционеры: начальник управления по делам искусств при Совете министров ТАССР и начальник городского отдела искусств.

Госэкзамены первого выпуска, 1950 год

Выпускники сдавали государственные экзамены по основам марксизма-ленинизма, по специальности. На композиторском отделении нужно было сдать еще экзамены по дирижированию, квартетному классу, камерному ансамблю, оперной подготовке. Музыковеды и дирижеры сдавали еще и экзамен по теории и истории музыки. Среди 65 выпускников первого набора были 23 участника Великой Отечественной войны.

В 1951 году государственный экзамен по оперной подготовке выпускники сдавали на сцене Татарского государственного театра оперы и балета. Выпускники подготовили к нему оперы «Евгений Онегин» и «Пиковая дама» Чайковского, «Севильский цирюльник» Россини. В спектаклях были заняты хор, балет и оркестр театра.

Дирижирует И.Э. Шерман, 1950-е

Исай Эзрович Шерман приехал в Казань из Ленинградской консерватории. Он был резким и язвительным человеком, но неподражаемым дирижером и прекрасным педагогом.

В классе Альберта Лемана, 1950-е

Альберт Леман тоже приехал из Ленинграда. Он учился у самого Шостаковича: неудивительно, что в Казанской консерватории Леман прослыл апологетом великого советского композитора, он гордился своей принадлежностью к «птенцам гнезда Дмитриева». В Казанской консерватории он преподавал композицию и фортепиано. Кафедрой композиции Леман даже два раза заведовал: в 1948—1949 и 1961—1969 годах. Профессор Леман считается одним из создателей татарской композиторской школы. У него училась София Губайдуллина.

Назиб Жиганов с Софией Губайдуллиной и другими выпускниками-композиторами первых лет

Назиб Жиганов руководил консерваторией до конца жизни (он умер в 1988 году). Его имя консерватория получила в 2001 году.

Людмила Губаева
Справка

За помощь в подготовке материала редакция благодарит Казанскую государственную консерваторию им. Назиба Жиганова.

Мы будем рады участию наших читателей в наполнении фотопроекта. По вопросам фотомарафона обращайтесь по адресу gubaeva@realnoevremya.ru

ОбществоИстория Татарстан
комментарии 4

комментарии

  • Анонимно 19 янв
    Очень интересно и познавательно.
    И фотографии, раскрывающие секреты, подробности жизни и быта той эпохи, и текст, рассказывающий о малоизвестных страницах создания Казанской консерватории.
    Одни только огромные портреты кровавых диктаторов Ленина и Сталина на самом почётном месте на государственных экзаменах свидетельствуют об очень многом.

    Низкий поклон автору, РВ и Казанской консерватории за сохранение Памяти.
    Ответить
    Анонимно 19 янв
    Без доказательств преданности марксизму и ленинизму в СССР нельзя было получить диплом о высшем образовании.
    И даже просто устроиться на работу дояркой или сантехником.
    Ответить
  • Анонимно 19 янв
    На второй фотографии впечатляет правительственный автомобиль ЗИС с шашечками "такси" на корпусе.
    И больше никого нет - ни других автомобилей, ни людей, ни кошек, ни собак, ни лошадей, которых в 1950-е годы в Казани было много.
    Ответить
  • Анонимно 20 янв
    В советское время былр внимание интеллегенции.
    Их не обижали.
    сейчас культура никому не нужна, ни писатели, ни композиторы, ни театры, ни артисты.
    В итоге - полное отупение населения.
    Ответить
Войти через соцсети
Свернуть комментарии