Сергей Тарасов: «Для меня приглашение в Казань — это новый вызов»
Новый наставник хоккейной команды «Ак Барс-Ракета» — о тренерском пути, эпохе перемен и комплектации команды
Недавно представленный коллективу новый тренер казанской хоккейной команды «Ак Барс‑Ракета» Сергей Тарасов принял приглашение в город не просто как новую должность, а как профессиональный вызов. Его спортивный путь начался в небольшом городе Топки, где градообразующее предприятие поддерживало местную хоккейную школу. В интервью «Реальному времени» Тарасов вспоминает советскую эпоху, годы в сборной Казахстана и непростые времена, когда спорт держался на энтузиазме и помощи спонсоров. Сегодня перед ним стоит сложная задача — сформировать конкурентоспособный состав казанского клуба по хоккею с мячом в условиях запоздалой трансферной кампании и ограниченного рынка игроков.
«В моем родном городе Топки было градообразующее предприятие, содержавшее хоккейную инфраструктуру»
— Сергей Евгеньевич, вы родились в 1973 году и успели поиграть в чемпионате СССР. В справочниках указано, что свой первый гол вы забили в матче против мончегорского «Североникеля». Мончегорск — это ведь Заполярье. Помните ли тот матч — может, даже играли при северном сиянии?
— Мое приглашение в команду «Кузбасс» состоялось в 1989 году, когда Советский Союз, как выяснилось исторически, уже стоял на грани распада, но я успел провести два сезона в рамках чемпионатов СССР. Касаемо матча в Мончегорске, то я его не помню в деталях, все-таки столько времени прошло. Может быть, на тот момент это событие было ярким, но со временем стерлось в памяти.
ТопкИ (с ударением на последнюю букву), мой родной город, находится в 30 километрах от Кемерово. В какой-то степени, это такой же населенный пункт, как Дербышки, только здесь они входят в Казань, а Топки так и остаются городом-спутником. Градообразующим предприятием там был цементный завод, ранее было еще крупное предприятие — это механический завод, но со временем от него практически ничего не осталось. Население порядка 35 тысяч человек, на балансе которого находилось содержание социальной структуры, включая нашу школу по хоккею с мячом под названием «Цементник». В ее структуре очень успешно работали два тренера, в том числе мой наставник Геннадий Иванович Щукин.
В числе их воспитанников Алексей Мясоедов (он играл в Казани в нулевых, — прим. авт.), Руслан Тремаскин, который играет до сих пор. Все это до сих пор продолжает функционировать, хотя состояние школы и стадиона, мягко скажем, неважное, и многое держится на энтузиазме тренера Сергея Андреевича Хлыстова. Там стадион с естественной травой, на котором летом играют в футбол, зимой заливается лед — это уже время для хоккея с мячом. Поэтому у нас выросли не только хоккеисты, но и футболист «Кузбасса» Сергей Рогалевский.
«Хоккей с шайбой не был популярен в наших краях. Это Юг Кузбасса — Новокузнецк, Прокопьевск»
— Находясь в 30 км от города, где успешно развивались хоккей с мячом с командой высшей лиги и футбол с командой первой лиги — обе с названием «Кузбасс», вас не манил более популярный футбол — с великим бомбардиром Виталием Раздаевым и славой единственной команды, которая в сезоне 1977 года дважды обыграла «Спартак» на уровне первой лиги?
— Для меня все-таки хоккей с мячом был в перспективе, тем более что конкретно футбол у нас развивался на другом стадионе — «Локомотив», а у нас на «Цементнике» футбол был как дисциплина, способствующая в развитии неких качеств у хоккеистов. Предвосхищая ваш вопрос о хоккее с шайбой, поясню, что для Кемеровской области эти виды спорта развивались больше в южной части — Новокузнецке, Прокопьевске, чьи команды поднимались до уровня первой лиги. Что касается Топков, да даже Кемерово, то у нас хоккея, можно сказать, не было. В Топках вообще, а в Кемерово на должном уровне развития. Что касается хоккея с мячом, то в советские времена у нас на область играло порядка шести команд, представлявших разные детско-юношеские школы, и только во время перехода на другой уровень — чемпионат страны по юниорам — лучших игроков из этих школ объединяли в одну команду под эгидой команды мастеров «Кузбасса». Мы, кстати, играли с Сергеем Губаревым (также игравшим в Казани) по 1973 году, а потом вместе переходили в «Кузбасс».
Касаемо Кемерово, думаю, что мои земляки делили свои пристрастия на оба этих вида спорта, пока футбольный «Кузбасс» не развалился. Кстати, несмотря на одно название, они были на содержании двух разных структур. Хоккею с мячом помогало предприятие угольной промышленности, а футболу — кемеровское предприятие «Азот» — это химическая отрасль.
— В первом составе «Кузбасса», куда вы пришли 17-летним, уже играли будущие «ракетчики» Владислав Нужный и Сергей Наумов, а также Сергей Мяус, Валерий Привалов, Николай Усольцев — люди в солидном для хоккея возрасте, к которым присоединился юноша, да еще из поселка. Как вас восприняли ветераны?
— Для старожилов при появлении в команде свежей крови важно, чтобы он демонстрировал желание играть в хоккей. А мы как раз хотели, амбиций хватало, плюс были довольно неплохо готовы для новичков. И я могу сказать спасибо Николаю Усольцеву, который, будучи нападающим, делился со мной опытом игры на нашей позиции, плюс Валерию Привалову. Причем они по характерам разнились, как если бы Усольцева можно было назвать добрым полицейским, а Привалова…
— Злым?
— Да, один мотивировал тем, что подпинывал, а другой подсказывал, поддерживал. Впрочем, и другие ветераны — Сергей Мяус, Валерий Тараканов — достаточно позитивно относились к новичкам, видя, что у нас есть желание проявить себя.
«У нас был играющий тренер Сергей Лихачев»
— Кто был главный тренер в момент вашего дебюта?
— У нас был играющий тренер Сергей Лихачев, ситуация достаточно редкая для советского спорта.
— Вот уж вам не надо было требовательных ветеранов, когда одного Лихачева хватило бы, да еще наделенного тренерскими полномочиями.
— Понятно, что, будучи молодыми игроками, у нас все равно было бы уважительное отношение к Лихачеву, а вот в общении между ветеранами, которые совсем недавно играли с ним на равных в одном составе, общение посвободнее. Но все равно необходимая субординация соблюдалась в общении с Сергеем Евгеньевичем, у нас с ним одинаковые имя-отчество. Но надо понимать, что у него были высокие требования и к собственной игре, чтобы была возможность требовать и с подопечных. Потом необходимо напомнить, что случился развал страны, открылась возможность уехать играть в Скандинавию, и состав очень быстро менялся, поскольку ветераны уезжали доигрывать, а на их места приходила молодежь.
«Играя за сборную Казахстана, я осуществил свое желание поиграть на чемпионате мира»
— Возглавив казанскую команду, вы воссоединились здесь с партнером по сборной Казахстана — ее бывшим голкипером Александром Косынчуком. С ним вместе завоевали бронзу чемпионата мира 2005 года, который проходил в Казани. А как вы оказались в сборной Казахстана?
— Так как у меня не получилось закрепиться в основном составе сборной России, куда вызывался, то я откликнулся на предложение Александра Ионкина. Тем самым я осуществил свое желание поиграть на чемпионате мира, где мы поначалу уступали сборной Финляндии в борьбе за бронзу, а в Казани удалось победить их и занять третье место. К казанскому чемпионату мира мы подошли с составом, который формировался несколько лет, был сыгранным, и сложилось так, что удалось победить в решающем для нас матче.
Касаемо организационных моментов, скажу, что мы собирались уже в месте проведения чемпионата мира, отыгрывали его и разъезжались каждый по своему клубу. У нас не было поездок в Казахстан на сборы, разве что какие-то товарищеские игры случались.
— Как вы не были на «Медео»?
— На «Медео» мы отыграли, не забывайте, что я застал чемпионат СССР, в котором успешно выступало алма-атинское «Динамо». Потом у нас была возможность сыграть там первый этап Кубка СССР, который всегда проводили на «Медео», поскольку он проходил в середине осени, когда еще в стране не было возможности играть в хоккей с мячом, поскольку нигде не было льда. Только «Медео» и крытый стадион «Олимпийский», который появился в Москве, и на первых порах играть там было просто великолепно. Там же и в целом мы получили возможность не зависеть от капризов погоды, могли демонстрировать более динамичный хоккей. Играть на открытой площадке хорошо, потому что в этом есть своя аура, до той поры, пока тебе не мешают снег или, например, порывы ветра. С другой стороны, я вспоминаю, как мы еще по детям приходили на тренировку, а там сломалась снегоуборочная машина — взял скребки, очистил лед, можно сказать, размялся и тренируешься в охотку.
Но при этом прогресс идет вперед, и необходимо понимать, что будущее хоккея с мячом связано с закрытыми катками.
«Приезжая в Казань, мы играли и на «Ракете», и на «Звезде»
— Приехав в Казань на более длительный период, чем просто на 1-2 матча, вы могли увидеть наш город.
— Для нас мало что изменилось по сравнению с приездами на время чемпионата страны, потому что основное время занимали сами игры, восстановление после них и тренерские разбор матчей и подготовка к новой игре. Поэтому дополнительных впечатлений о городе, куда мы приезжали в разные периоды: и на «Ракету», и на «Звезду», стадион ныне не существующего артиллерийского училища, у нас не образовалось.
— Ваш сын, тоже хоккеист, родился в 1993 году, когда вам было только 20 лет. Вы на тот момент уже осели в Кемерово или так и продолжали жить в Топках?
— В Кемерово. Я там жил уже с 1989 года, когда попал в юниорскую сборную Кемеровской области. Тогда мне было предложено пойти после восьми классов в местный механико-технологический техникум. Это дало возможность переехать в местное общежитие. Перейдя в команду мастеров «Кузбасс», я получил возможность жить на базе команды, куда собирали взрослых игроков за день до очередного домашнего матча. Там мне выделили комнату, и я переехал на базу. Закончив техникум, я получил рабочую профессию техник-механик по ремонту оборудования пищевой промышленности. Причем мы проходили практику на подобных предприятиях, и мне тогда очень понравилось практиковать на кондитерской фабрике. Побывал в местном специальном цеху, который изготавливал конфеты, по какой-то причине не появлявшиеся в свободной торговле. Более вкусных конфет я не пробовал. Незабываемые ощущения. На этой же фабрике я видел шоколад прямо в бочках, который можно было брать кусками и есть там же. Выносить, само собой, не разрешалось.
«Трансферная работа началась с большим запозданием»
— Не возникало соблазна уйти на работу на подобное предприятие, когда страна развалилась и экономика познакомила нас с такими терминами, как инфляция и бартер?
— Нет, как-то удавалось пережить самые сложные времена, хотя в какое-то межсезонье мы с партнерами из команды месили бетон на каком-то предприятии, поскольку тренеры договорились об оплате нам за эту работу. Тут надо отдать им должное, что наставники тех лет умудрялись выстраивать отношения со спонсорами, которые могли поддержать хоккей с мячом, находили средства на содержание команды. И это помогало комплектовать команду и приезжими игроками, присоединяя их к местной молодежи, тем самым поднимая команду на уровень сильнейшей в стране.
— У многих детей в советские годы была настольная игра — доска с дырочками, куда надо закатить шарики. На ней были команды «Водник» и «Вымпел». Интересно, почему эти названия?
— Я понял ваш вопрос, поскольку видел эту игру. Действительно, почему именно архангельский «Водник» и на тот момент калининградский «Вымпел», сейчас переименованный в «Королев»? Видимо, разработчик этой игры искал нейтральные названия команд, чтобы не было «Динамо», например, или длинное название. Тем самым увековечил в памяти советских школьников эти команды и популяризировал сам хоккей с мячом.
— При переходе в Казань что вас привлекло и как вы оцениваете текущий состав?
— Для меня приглашение — это новый профессиональный вызов, и я воспринял его исключительно позитивно. Что касается состава, тут ситуация непростая. После завершения предыдущего чемпионата у клуба возникли серьезные финансовые трудности. Благодарен руководству Республики Татарстан, что проблемы удалось оперативно решить, но трансферная работа началась с большим запозданием. Рынок был практически пуст: многие игроки уже успели определиться с новыми командами. Нам пришлось договариваться с теми хоккеистами, кто оставался свободным. Оценивать нынешний облик команды пока рано — мы ведем переговоры еще с несколькими игроками. Как только полностью укомплектуем команду, тогда и подведем первые итоги селекции.