От чак-чака до соцбыта: как живут частные музеи Казани

Не музей, но выставка коллекции

В Казани немало частных организаций, занятых экспонированием. Есть отдельная категория галерей — «Дом Art», музей-галерея-мастерская Славы Зайцева, «Ак Барс Галерея», БИЗON, Belova art gallery, сюда же можно включить выставочную деятельность Центра современного искусства «Смена». Но, как правило, не все из них имеют свои фонды и не все работают с наследием, больше интересуясь современностью.

— Если в представленной коллекции нет предметов, включенных в состав музейного фонда, то с точки зрения действующего законодательства такие площадки не могут быть отнесены к музеям, — расставляет все точки над i министр культуры Татарстана Ирада Аюпова. — Основная причина нежелания включать частные коллекции в состав музейного фонда — требования по обеспечению сохранности и к условиям хранения предметов. В Казани примером частного музея является Музей Казанской иконы. Здесь есть и целостность коллекции, и идеология в построении музейного пространства, и условия по обеспечению сохранности экспонируемых раритетов.

По словам министра, в республике много ведомственных музеев, и часть из них относится к коммерческому сегменту, например ведомственные музеи предприятий. В этих коллекциях также присутствуют уникальные раритеты, но не все коллекции включены в состав музейного фонда, пояснила Ирада Аюпова:

— Большое количество музейных пространств в образовательных организациях — школах, техникумах, вузах. Есть академические музеи («Мирасханә», музей археологии, например). Великолепным примером настоящего музейного пространства является комплекс музеев КФУ. Если говорить о перспективах, то реальным потенциалом в создании уникального частного музейного пространства обладает фонд «Галеев-Прометей».

Если же согласиться с терминологией туристических путеводителей, то под определение «частный музей» попадает и несколько таких объектов, которые по объемам коллекций могут конкурировать с государственными мастодонтами. Обычно это просветительская инициатива крупных предпринимателей, не рассчитанная на прибыль.

В 2011 году начал работу Международный институт антиквариата Алексея Семина. Несколько месяцев музей был закрыт после пожара в торговом центре «Адмирал». Теперь же планируется, что в Музей частных коллекций на улице Карла Маркса в домах Банарцева и Александрова переедут все экспонаты бизнесмена: тысячи образцов западноевропейской мебели, европейской живописи, часов, бронзы, серебра и 28 шпалер. У института есть свои реставрационные мастерские.

Учредителем музея «Городская панорама», открывшегося в 2017 году, стала компания «Связьинвестнефтехим». Внутри — диорамы, сенсоры, макеты, рассказывающие о Казани и ее жителях со времен ханства. Одноименная с музеем компания в прошлом году понесла убытки на 44,8 млн рублей при выручке от продаж в размере 22,7 млн.

Упомянутый Музей Казанской иконы, открывшийся в 2019 году, основан на коллекции председателя совета директоров «Ак Барс Банка» Валерия Сорокина. 31 августа этого года у него появится новое огромное здание на углу Большой Красной и Батурина. Чистые активы компании в 2025 году составили почти 715 млн рублей.

В эту же категорию хочется включить и коллекции авто — «Ак Барс Ретро карс», Auto Rancho и «Музей авто имени Ирека Миннахметова». Расположены они далеко от туристических центров, вход в них недорогой и, конечно, здесь можно посидеть за рулем ретро— и спортивных машин.

Давние знакомые

В декабре 2025 года на заседании комитета Госсовета РТ тему создания таких объектов поднял заместитель министра культуры РТ Дамир Натфуллин: «Не все частные музеи соответствуют своему названию. Мы видим по реакции наших граждан, что есть примеры, когда, используя слово «музей», появляются некие «шоурумы», созданные только для зарабатывания денег». Натфуллин тогда предложил ввести лицензирование музеев, депутат Нияз Гафиятуллин назвал предложение «контрпродуктивным», его поддержал Айрат Зарипов.

При этом Натфуллин перечислил и «интересные и аутентичные музеи»: Музей социалистического быта, Музей чак-чака или музей «Дух воина».

Объединяет эти названия то, что они уже давно работают на туристическом рынке. Музей соцбыта — один из старейших, он открылся в 2011 году, среди первых гостей был мэр Казани Ильсур Метшин. После этого фотограф и дизайнер Рустем Валиахметов открывал филиалы — в Казани (как Музей счастливого детства), Елабуге, Самаре, Санкт-Петербурге, Брюсселе, Париже, Анкаре, Анталье. В Европе их создавали на базе российских ведомств.

При этом для Валиахметова и его товарищей все начиналось с коллекционирования в начале 90-х, во время реализации программы ликвидации ветхого жилья власти выделили им склад для вещей, оставленных в старых домах. Многие экспонаты музею подарили — Рустам Минниханов передал магнитофон, рубашку-батник и электробритву.

В 2014-м открылись Музей чак-чака и музей знаменитых игрушек «Мишкин дом» (Евгений Аладинский). «Дух воина», работающий в Казанском Кремле, — в 2017-м.

Один из основателей Музея чак-чака Дмитрий Полосин никогда не скрывал, что они с супругой вдохновились музеем коломенской пастилы. Полосиным повезло, при поддержке властей им нашли восстановленный дом на Парижской Коммуны, в котором потом пришлось, правда, решать вопросы с водоотводом. Чистые активы НП «Новый музей» за 2025 год — 10,4 млн.

— Мне кажется, вызовы у нас в том, что нас начинают копировать, не просто беря формат, а порой и наши тексты, слово в слово, — категоричен владелец заведения. — Понятно, что в креативных индустриях это плохо работает. Добавлю, что сейчас у клиентов немного снизилась покупательная способность. Но при этом выросло качество этого клиента. Но все приезжающие в Казань жалуются на другое — ограничение интернета, ситуацию с бензином.

Аттракционы и чай

Особенность музеев, открытых не крупными предпринимателями, а обычными ИП — тяга к интерактиву, иммерсиву, действию. Позитивный пример — Дом занимательной науки и техники, интерактивный научный центр, вдохновленный ленинградским Домом занимательной науки Перельмана, в котором есть и экспозиция с самолетом и космической капсулой, и разнообразные мастер-классы. Дом дружит с КВЗ, КАПО и многими вузами.

Впрочем, на слуху у туристов больше «аттракционы», которые базируются на Баумана и в навигаторах записаны как «музеи». Это въехавший в «Дом татарской книги» «Дворец впечатлений», «Смайл парк», а также объединенные под одной крышей музеи казней и пыток, аномалий тела и музей колдовства и магии. Сюда же попадает «антимузей» «Взгляд в темноту», который не занимается историей, краеведением, а предлагает зрителям пройти театрализованный маршрут в темноте. Упомянуть их стоит, но о Казани туристу они ничего не расскажут.

Где-то между «серьезным» и «игровым» находится открытый в 2018-м «Антиалкогольный музей самогона», ведомый АНО «Музейное товарищество «Вершина» и основанный на материалах книги «Он самогон» Юрия Круглова и экспонатах, собиравшихся перед открытием больше года. Здесь и про историю водки говорят, и о ее вреде, но в конце можно пройти дегустацию. Чистые активы музея за прошлый год — 822 тысячи рублей. За 2025-й данных о прибыли нет, а в 2024-м убытки составили 2,8 млн.

Среди частных инициатив хочется выделить музеи под условным названием «татарское чаепитие». Кроме музея чак-чака — это музеи татарской невесты, эчпочмака, а также дом Муллина. Практически все они сосредоточены на улице Каюма Насыри в Старо-Татарской слободе, причем музей татарской невесты открылся в апреле этого года. Здесь есть сувениры, проводят мастер-классы, представлены предметы татарского быта, встречают экскурсоводы в праздничных костюмах. То есть посещение таких музеев — это не изучение экспонатов, а опыт, близкий к походу в гости.

Интересно, что у дома-музея эчпочмака есть побратим — это «Тайны Сююмбике» недалеко от Кремля, которым также владеет предприниматель Наталья Лазарева. Она же является директором туркомпании «Гольфстрим».

Слегка выбивается из череды «татарских» музей чая — его основал коллекционер Леонид Чистяков. Здесь говорят о разных традициях чаепития, но без чак-чака все равно не обходятся.

Что касается дома Муллина, он несколько раз менял владельцев, внутренний облик и концепцию — сейчас это «Дом татарского купечества» с фотосъемкой в костюмах и иммерсивными спектаклями. Турпоток вырос, говорит переформатировавший его в феврале 2025-го Марсель Зарипов. Но при этом люди начали экономить, а потому обороты уменьшились за год в полтора раза. Влияет и сезонность.

— Поэтому в рамках музея проходят мастер-классы, спектакли, чтобы пространство не пустовало. Такие месяцы, как декабрь или февраль, — просто пустые. И мы ломаем голову, чем заняться в этот период, — говорит Зарипов.

Да, частный бизнес, несмотря на растущий поток туристов, терпит потери. В ноябре прошлого года на той же Каюма Насыри закрылся музей «Татарская слобода». С арендодателем, МБУ «Историческая среда», они не сошлись в новых ценах — ранее музей платил по ставке всего 177 рублей, тогда как средняя стоимость в этом районе — 1400 рублей, указывали в префектуре.

Музеи, объединяйтесь!

— Частные музеи, посвященные татарскому быту, фактически уже стали неотъемлемой частью туристического позиционирования Казани, — говорит Марк Шишкин, заведующий Домом-музеем В.И. Ленина и казанский краевед. — Они обеспечивают гостям из других регионов России доступное погружение в иную культуру. Вопрос о научной обоснованности здесь остается «за скобками» и зависит исключительно от доброй воли владельцев. Если смотреть со строго музейной точки зрения — это минус. С другой стороны, частные музеи обладают большей гибкостью при создании экспозиций. Если мне потребуется рассказать о роли Казани на «Великом чайном пути» XIX века и Кяхтинской ярмарке, где русские и татарские купцы торговали с Китаем, то я выберу именно соответствующий зал частного «Музея чая».

Есть еще много казанских тем, которые ждут раскрытия в таком формате, отмечает Шишкин, например музей о жизни и быте казанского студенчества XIX века:

— На студенческую тему великое количество источников, где можно найти и развлекательные, и серьезные сюжеты. Или научно обоснованный музей казанского пивоварения с экспозицией о деятельности Щербаковых, Петцольдов и Александровых совершенно точно был бы востребован.

Частным музеям следует объединиться, говорит Марат Рамазанов. Он один из новичков на улице Каюма Насыри, запустивший проект «Тамырлар», который разместился в нескольких юртах.

— Турист хочет прикоснуться к чему-то масштабному, а этот запрос ресурсами одного музея удовлетворить очень непросто, — говорит предприниматель. — Объединив усилия, каждый музей может быть частью какой-то большой истории. Большую историю покупают охотнее.