Венгерская семейная сага, пурпурная Америка, война в Алжире и тень ГДР

Нелио Бидерман. Lazar, Inspiria

Lazar — готическая семейная сага. Это роман о взлете и распаде венгерского аристократического рода на фоне XX века: от 1900 года до восстания в 1956-м. Сюжет разворачивается вокруг семьи, живущей в замке вдали от столицы и потому всегда отстающей от исторических событий. Пока мир меняется, герои цепляются за порядок, привычки, фамильные мифы. Итог предсказуем и беспощаден: войны, нацизм, коммунизм, конфискации, бегство. А еще самоубийства, алкоголизм, оппортунизм, бытовая жестокость. Здесь нет «чистых» ролей: одни и те же люди по очереди жертвы и соучастники. Особенно точно работает фигура «безумца» Имре, он видит век яснее остальных и потому выживает. Автору было чуть за двадцать, когда роман стал бестселлером в немецкоязычной Швейцарии и за четыре месяца вышел на первое место по продажам. Права на перевод продали более чем в 20 стран.

Ласло Краснахоркаи. «Возвращение барона Ванкхейма», Corpus

Краснахоркаи показывает современную Венгрию как систему мелких ожиданий, больших иллюзий и управляемого абсурда. После десятилетий бегства пожилой барон Ванкхейм возвращается в родной провинциальный городок с долгами в казино Буэнос-Айреса и без денег. Он мечтает о простой вещи: увидеть школьную любовь Марику. Город мечтает о другом. Его принимают за богатого спасителя и тут же начинают делить еще несуществующее наследство. В ход идут интриги, фальшивый патриотизм, местная политика и коллективное безумие. Параллельно звучит голос Профессора — ученого-отшельника, который изучает мхи и пытается научиться не думать. Ласло Краснахоркаи называет этот роман финалом всей своей прозы — «каденцией» к «Сатанинскому танго» и другим книгам. В 2025 году писатель получил Нобелевскую премию, после чего «Возвращение барона Ванкхейма» стали читать как итог его работы.

Кемаль Дауд. «Гурии», NoAge

Это роман о Гражданской войне в Алжире, от которой страна так и не оправилась, просто решила о ней не говорить. Действие формально происходит через двадцать лет после «черного десятилетия». Повествование идет от нескольких голосов. Сначала — Оуб, немая беременная женщина из Орана со шрамом на горле: в детстве ее лишили голоса исламисты. Она говорит с нерожденным ребенком и сразу ставит неудобный вопрос: имеет ли он право появиться в стране, где насилие не названо и не осмыслено. Потом слово берет Аисса Герди, водитель и сын владельцев книжного магазина «Гурии», человек с собственной памятью и своей формой безумия. Это роман не о войне как событии, а о войне как остаточном эффекте. О телах, которые помнят. О травме, которая встроена в быт. О законе, который требует забыть. Дауд постоянно возвращает читателя к массовым убийствам, исчезновениям, страху. Каждый персонаж — носитель факта, который официально лучше не произносить. За «Гурии» Дауд получил Гонкуровскую премию, а книга сразу же была запрещена в Алжире. После выхода романа издательству Gallimard запретили участвовать в Алжирской книжной ярмарке.

Катя Оскамп. «Марцан, мон амур», «Лайвбук»

Героиня романа — писательница за сорок — закрывает неудачную литературную главу и идет учиться на подолога. Место действия книги — Марцан, берлинский район панелек, символ бывшей ГДР и постсоциалистического похмелья. В кресло к ней садятся пожилые клиенты. И вместе с мозолями, больными суставами и грибком на ногтях приносят свои истории. Жизнь в «новых домах» социализма, потом резкий переход в капитализм, одиночество, бедность, упрямое достоинство. Работа руками становится способом слышать людей. Здесь много разговоров о теле, старении, утрате статуса, невидимости, и почти ничего нет про идеологию. Марцан показан не как гетто, а как концентрат обычной жизни, где большие исторические сдвиги ощущаются через мелкие бытовые детали. Катя Оскамп действительно бросила карьеру писательницы и несколько лет работала подологом в Марцане. Книга выросла прямо из этой практики и получила Дублинскую литературную премию.

Трити Умригар. «Музей неудач», «Бель Летр»

Реми Вадиа давно уехал из Индии, построил жизнь в США и старательно держал дистанцию с прошлым. Теперь он возвращается в Бомбей, чтобы оформить усыновление и заодно увидеть мать, с которой у него тяжелая, почти выжженная связь. План быстро рушится. Усыновление под вопросом. Мать — в больнице, молчит, отказывается есть. А дальше — находка в квартире и цепочка семейных секретов, которые заставляют Реми пересобрать все: детство, образ родителей, собственную роль в этой истории и готовность самому стать отцом. Это роман про привилегированную семью без внешней катастрофы, но с внутренним разрушением. Про холод, который маскируется заботой. Про родительские решения, последствия которых догоняют через десятилетия. Здесь есть Бомбей как город контрастов, парсийская община, эмигрантский разлом между «там» и «здесь», вина, которую нельзя делегировать. Сюжет держится на фактах прошлого, которые выходят на поверхность и требуют ответа. Трити Умригар — бывшая журналистка и профессор литературы в США, ее книги издаются более чем в 15 странах, а предыдущий роман «Честь» попал в выбор книжного клуба Риз Уизерспун.

Гюнтер Грасс. «Невспаханное поле», «Альпина. Проза»

Это роман о том, как объединяется страна и что при этом ломается. Действие разворачивается в Берлине между падением Стены и юридическим воссоединением Германии, но масштаб шире: Грасс тянет нить от революции 1848 года до 1990-х. В центре сюжета — Тео Вуттке, восточный берлинец, историк-самоучка и живой архив эпохи. Его прошлое и настоящее постоянно пересекаются с фигурой Хофталлера — бывшего офицера Штази, который годами следил за героем и остался рядом уже в новой стране. Этот странный союз — ключ к книге. Через их диалоги Грасс разбирает миф объединения: деньги вместо смыслов, скорость вместо обсуждения, победителей больше, чем согласных. Роман плотный, перегруженный фактами и аллюзиями, сознательно неудобный. Именно за это его яростно критиковали, и именно это сделало книгу событием. Еще до выхода «Невспаханное поле» стало объектом масштабной медийной атаки, а спустя год Грасс получил за него премию Ханса Фаллады.

Киран Десаи. «Одиночество Сони и Санни», Corpus

«Одиночество Сони и Санни» — большой роман о любви, которая возникает не в то время и не в том месте. Соня и Санни — дети индийских семей, выросшие между Индией и США. Она хочет писать и ищет свой голос. Он работает ночным редактором новостей и старается сбежать от семейного давления. Их знакомство — почти случайность, но за ним тянется длинная цепочка родительских ожиданий, несостоявшихся браков, классовых различий и старых договоренностей. Десаи ведет историю сразу на нескольких уровнях. Это роман о паре, но одновременно семейная сага и разбор жизни диаспоры. США здесь — не страна возможностей, а место хронической неуверенности. Индия — не дом, а сложный узел обязанностей и памяти. Герои все время выбирают: любовь или долг, свобода или принадлежность, собственный путь или заранее прописанный сценарий. Эту книгу Десаи писала почти 20 лет, а в 2025 году она попала в шорт-лист Букеровской премии и в список любимых книг Барака Обамы.

Чимаманда Нгози Адичи. «Отчет мечтаний», «Фантом Пресс»

Это первый роман Адичи за десять лет. Его действие начинается в пандемию, но это не «ковидный роман». Это книга о выборе и его цене. Главные героини — четыре женщины. Чиамака, нигерийская писательница в США, пересчитывает не количество сексуальных партнеров, а упущенные возможности: несбывшиеся версии жизни и любви. Ее подруга Зикора — успешный юрист, привыкшая выигрывать, но не в личной сфере. Кузина Омелогор — финансистка из Нигерии, циничная и эффективная, внезапно сомневающаяся в собственной системе координат. И Кадиату, бывшая домработница, чья история насилия становится моральным ядром романа. Ее линия вдохновлена реальным делом Доминика Стросс-Кана, только в романе писательница сознательно «переписывает» историю, возвращая голос жертве. В этой книге Адичи говорит о сексе, деньгах, власти, материнстве и эмиграции без сглаживания углов.

Рик Муди. «Пурпурная Америка», Pollen Press, «Антоним»

Один уик-энд в богатом пригороде Коннектикута. Сын возвращается домой, потому что отчим сбежал. Мать — в инвалидном кресле, с тяжелым нейродегенеративным заболеванием, теряет речь и контроль над телом. Она требует от сына обещания помочь ей умереть. Параллельно на местной АЭС происходит авария с утечкой. Небольшой инцидент. Пока. Роман держится на двух протечках сразу — семейной и технологической. Разваливающиеся отношения, стареющее тело, корродирующие клапаны реактора. Все течет. В прямом смысле. Главный герой, Декстер по кличке Хекс, алкоголик с заиканием и пустой работой в пиаре, мечется между уходом и обязанностью. Он ухаживает за матерью, ищет отчима, цепляется за случайный роман и медленно разваливается сам. Рик Муди ведет историю несколькими голосами, смешивая бытовую комедию с жесткой экзистенциальной прозой.

Это книга о привилегированной Америке, которая оказалась не готова ни к старости, ни к ответственности. «Пурпурная Америка» показывает распад среднего класса через детали: больницы, закусочные, телеэфиры, аварийные отчеты, кухонные разговоры. Система еще работает, но уже дает сбой. Это третий роман Рика Муди, одного из ключевых авторов аванпопа и автора «Ледяного шторма», позже экранизированного Энгом Ли.

Хатльгрим Хельгасон. «Шестьдесят килограммов нокаутов», издательский дом «Городец»

«Шестьдесят килограммов нокаутов» — продолжение романа «Шестьдесят килограммов солнечного света». Гесту уже 18 лет, детство закончилось. Он внезапно становится кормильцем большой семьи на северном фьорде, который из бедной дыры на глазах превращается в капиталистический котел. Селедка приносит деньги, норвежцы — работу, алкоголь, драки и новый ритм жизни. Вместе с ними в Исландию приходят магазины, бары, телефон, электричество. И новые правила. Это роман взросления, плотно вшитый в экономическую историю. Личные решения Геста идут вровень с индустриальным рывком страны. Любовь, долги, сделки, наемный труд, социальные лифты. Хельгасон пишет грубо и смешно, не стесняясь телесности и бытовой грязи. Юмор здесь соседствует с жестким расчетом и ощущением, что выживает тот, кто быстрее учится. Роман получил Исландскую национальную литературную премию, как и первая книга цикла, а сам Хельгасон — не только писатель, но и художник и кавалер французского Ордена искусств и литературы.

Екатерина Петрова — литературная обозревательница интернет-газеты «Реальное время», ведущая телеграм-канала «Булочки с маком».