Новости раздела

Банкира Мусина ждет реальный срок и «амнистия» по двум эпизодам?

Суд Казани признал 57-летнего экс-главу «Татфондбанка» преступником, пока по пяти эпизодам

Банкира Мусина ждет реальный срок и «амнистия» по двум эпизодам?
Фото: Максим Платонов

Сегодня в Вахитовском райсуде Казани будет объявлено наказание бывшему председателю правления «Татфондбанка» Роберту Мусину. Накануне судья успел огласить пять из шести эпизодов его дела и по каждому установил виновность. Однако, как выяснило «Реальное время», после смягчения квалификации посадка на 15 лет подсудимому уже не грозит. Более того, суду придется прекратить два эпизода его дела за сроком давности. Почему этот приговор войдет в историю Вахитовского суда, насколько сократился ущерб по делу за вчерашний день и как 57-летний банкир перестоял журналистов — в нашем репортаже.

Оценка суда: тяжкие последствия для Банка России не наступили

На 8 часов — без учета перерывов — растянулось вчера оглашение приговора по самому резонансному экономическому делу в истории современного Татарстана.

Лишь один перерыв в работе судьи был неплановым — после часа с небольшим на ногах потеряла сознание одна из журналисток и рухнула спиной на пол, ударившись головой. Ее быстро привели в сознание, дали воды, вызвали скорую. От помощи врачей девушка отказалась, но в зал не вернулась.

После данного инцидента в зале, кроме участников процесса, остались лишь четыре представителя СМИ. Остальные, похоже, решили не рисковать здоровьем. А вот 57-летний Роберт Мусин стойко перенес уголовные слушания на ногах. Хотя поводов для переживаний у него было больше всех в зале.

На 8 часов — без учета перерывов — растянулось вчера оглашение приговора по самому резонансному экономическому делу в истории современного Татарстана

В прениях гособвинители запросили для бывшего министра финансов Татарстана за злоупотребления в «Татфондбанке» 14 лет и 9 месяцев колонии общего режима с лишением госнаграды — медали ордена «За заслуги перед Отечеством» II степени. А после отсидки — запретить 3 года занимать должности с управленческими и организационно-распорядительными полномочиями.

По версии СК и прокуратуры, экс-председатель правления ТФБ виновен во всех шести эпизодах своего дела, каждый из которых квалифицирован по части 2 статьи 201 УК РФ — злоупотребления полномочиями в коммерческой организации, повлекшие тяжкие последствия.

Главной сенсацией вчерашнего дня стала позиция суда — в четырех из пяти оглашенных эпизодов дела этих тяжких последствий не было!

С предложенной силовиками квалификацией председательствующий судья Наиль Камалетдинов согласился лишь по первому эпизоду — о «DарМОвых» кредитах на 19,1 млрд рублей (с процентами в 0,6 млрд) 2013—2016 годов. Забегая чуть вперед — ущерб по этим кредитам в приговоре сократился до 17,7 млрд рублей.

По версии СК и прокуратуры, экс-председатель правления ТФБ виновен во всех шести эпизодах своего дела

Еще по четырем эпизодам суд пришел к выводу — сами по себе эти выданные кредиты и сделки не могли обрушить «Татфондбанк» и Банк России (по одному эпизоду). Поэтому переквалифицировал действия подсудимого с части 2 на часть 1 статьи 201 УК (злоупотребление полномочиями в коммерческой организации, если оно повлекло причинение существенного вреда) по следующим эпизодам:

  • Эпизод 2. Невозвращенные кредиты 2014—2015 годов для ООО «Аида и Д» в 133,7 млн рублей.
  • Эпизод 3. «Зачетная» передача 13 декабря 2016 года (перед крахом) требований по кредитам ТФБ на 2,7 млрд рублей «Бинбанку» в обмен на облигации ТФБ.
  • Эпизод 4. История получения в 2016 году кредита Банка России на 3,1 млрд рублей под субординированные депозиты на 4 млрд и перемена лиц в обязательствах без ведома кредитора.
  • Эпизод 5. Уплывший в офшор в 2013 году кредит ОАО «Казанская сельхозтехника» на 253 млн рублей, оказавшийся на счете «мусинской» компании в Deutsche Bank.
Мусина признали преступником по пяти эпизодам. Сегодня будет оглашен последний — шестой

Два эпизода прекратят за сроком давности?

До оглашения сроков по каждому эпизоду и в совокупности остаются считанные часы, однако конструкция приговора от судьи Камалетдинова уже позволяет прогнозировать результат. После фабулы каждого эпизода председательствующий оглашал доказательства, давал им оценку и объяснял выбор квалификации. Именно поэтому уже на данной стадии известно — Мусина признали преступником по пяти эпизодам. Сегодня будет оглашен последний — шестой.

Первый день уголовных чтений обернулся еще одной тихой сенсацией. После переквалификации обвинения по эпизодам 2 и 5 (кредит для «Аиды и Д», а также уплывшему в офшор кредиту «Казанской СХТ») выяснилось — по ним уже истекли сроки давности.

Отметим, деяния по части 2 статьи 201 УК РФ относятся к категории тяжких преступлений, за них предусмотрено наказание до 10 лет лишения свободы. Часть 1 той же статьи предусматривает максимальную посадку на 4 года, то есть относится к преступлениям средней тяжести. И именно по таким преступлениям предусмотрен срок давности в 6 лет. А он по указанным выше эпизодам истек.

В итоге суду придется назначать наказание по оставшимся эпизодам дела, два из которых на данный момент относятся к тяжким, а два — к средней тяжести. В такой ситуации запрошенная прокурорами «пятнашка» выглядит запредельно сурово. Особенно с учетом смягчающих обстоятельств — частичного признания вины, заслуг, состояния здоровья и двух малолетних детей подсудимого.

Эксперты «Реального времени» полагают — больше 6-7 лет Мусину не дадут. Напомним, почти 5 лет он уже отсидел — с учетом СИЗО, домашнего ареста и закона о зачете сроков.

Эксперты «Реального времени» полагают — больше 6-7 лет Мусину не дадут

Один из казанских адвокатов выдвинул версию, что перенос даты оглашения приговора по делу «Татфондбанка» связан не с реальным объемом работы судьи, а с выборами. Якобы сдвинули выход председательствующего из совещательной комнаты, чтобы не разозлить людей накануне голосования мягким приговором. Заметим, это всего лишь версия.

Сроки оглашения приговора, действительно, двигались дважды. Поначалу судья Камалетдинов намеревался завершить работу над итоговым решением к 24 августа, потом — к 21 сентября. Если бы задержался еще на неделю, у подсудимого мог истечь срок домашнего ареста.

Судья у микрофона и «лишние» проценты банка

Этот приговор уже вошел в историю маленькой технической революцией. Вчера в Вахитовском райсуде Казани впервые использовали микрофон и колонку, чтобы каждое слово судьи было слышно всем присутствующим в зале. Проблема звука актуальна и для других судов, так что ноу-хау можно только приветствовать.

Последний раз столь приятно удивлял журналистов Приволжский райсуд Казани, который еще в 2014 году обеспечил видеотрансляцию в дополнительный зал для представителей СМИ с приговора по пыточному делу отдела полиции «Дальний». В основном зале рабочих мест хватило только видеооператорам с фотографами.

В пандемийный период недопуска журналистов в суды мечталось об онлайн-трансляциях, но эта высота на уровне райсудов Казани пока не взята.

Вчера в Вахитовском райсуде Казани впервые использовали микрофон и колонку, чтобы каждое слово судьи было слышно всем присутствующим в зале

Но вернемся к приговору Мусину. Правки в части установленного следствием ущерба коснулись практически каждого эпизода дела. Во-первых, потерпевшее АСВ и силовики включили в потери не только безвозвратные кредиты, но и проценты по ним. А суд с этим категорически не согласился: «Только сумма выданного кредита является прямым материальным ущербом. Проценты не относятся к реальному ущербу, так как являются платой заемщика банку за пользование кредитом и ожидаемой банком прибылью».

В результате проценты в 3 млн рублей исключили из ущерба по эпизоду с личным кредитом Мусина через «Аиду и Д», а проценты на 22 млн рублей суд не стал считать по эпизоду с кредитом «Казанской сельхозтехники». В качестве ущерба в обоих случаях признано «тело кредита» — 133,7 млн и 253 млн рублей соответственно.

А по эпизоду «один» с экономически бессмысленным кредитованием группы «ДОМО» председательствующий исключил из объема обвинения с десяток кредитов, которые «Татфондбанк» выдавал в декабре 2013-го и весной 2014-го, когда «подсудимый управленческие функции в банке юридически не выполнял». В результате такого пересчета, ущерб по невозвратным кредитам составил 17 млрд 689 млн рублей — против первоначального в 18 млрд 545 млн рублей. За счет пересчета сократилась и сумма процентов по данным кредитам — с 652 млн до 623 млн рублей. Но и эти проценты судья исключил из объема обвинения, оставив за потерпевшим АСВ право требовать их возмещения в гражданском порядке.

С учетом сказанного ущерб от действий Мусина за время нахождения судьи в совещательной комнате сократился на 1 млрд 533 млн рублей.

Ущерб от действий Мусина за время нахождения судьи в совещательной комнате сократился на 1 млрд 533 млн рублей

Заметим, в ходе процесса АСВ уже корректировало свой иск к подсудимому, исключая из требований 2 млрд 713,5 млн рублей по эпизоду с «зачетной» передачей «Бинбанку» прав требований по кредитам «ТФБ», ввиду заключенного в арбитраже мирового соглашения и восстановления требований по обязательствам на эту сумму. Впрочем, в объеме обвинения цифра 2,7 млрд осталась, просто взысканию она не подлежит, сообщил вчера судья.

Заметим, на момент передачи в суд ущерб по делу оценивался в 53 млрд рублей. Сейчас непогашенный ущерб составляет 48,8 млрд рублей.

Впрочем, впереди у суда — оглашение самого масштабного по размеру ущерба эпизода — о залоговых «фокусах» на 27,5 млрд рублей. Данный эпизод объединил выдачу кредитов «промусинским» компаниям на 7 млрд рублей под кратно превышающий рыночную цену залог. Чтобы создать иллюзию благополучия перед проверяющими из ЦБ, Мусин в апреле — мае 2016-го убедил поручиться по этим кредитам Госжилфонд РТ, Зеленодольский завод им. Горького, ПСО «Казань» и Казанский хлебозавод №3. Их имущество в 20,5 млрд рублей — ипотечные земли, права на депозиты, акции (в том числе «Ак Барс» Банка) — стало залогом по обязательствам «технических» фирм ГК «ДОМО». Однако все обеспечение вывели из-под залога до 15 декабря 2016 года.

По версии защиты, ущербом по этому эпизоду могут являться лишь сами невозвращенные кредиты. Согласится ли с этим суд — узнаем через несколько часов. Из оглашенных эпизодов позиции суда и стороны защиты совпали в части квалификации лишь по истории вывода в офшор кредита «Казанской сельхозтехники».

1/23
  • Максим Платонов
  • Максим Платонов
  • Максим Платонов
  • Максим Платонов
  • Максим Платонов
  • Максим Платонов
  • Максим Платонов
  • Максим Платонов
  • Максим Платонов
  • Максим Платонов
  • Максим Платонов
  • Максим Платонов
  • Максим Платонов
  • Максим Платонов
  • Максим Платонов
  • Максим Платонов
  • Максим Платонов
  • Максим Платонов
  • Максим Платонов
  • Максим Платонов
  • Максим Платонов
  • Максим Платонов
  • Максим Платонов
Ирина Плотникова, фото: Максим Платонов
ПроисшествияБизнесОбществоВластьЭкономикаФинансыБанкиИнвестицииНедвижимость Татарстан

Новости партнеров

комментарии 5

комментарии

  • Анонимно 28 сен
    Одним росчерком пера полтора ярда коту под хвост...
    Ответить
  • Анонимно 28 сен
    Назначат 6 лет реального, из которых 5 уже формально отбыл в сизо, а большую часть дома - с комфортом, с икрой, в джакузи.
    Ответить
    Анонимно 28 сен
    откуда такие сведения про дом?
    Ответить
  • Анонимно 28 сен
    Деньги это зло.
    Но ничего лучшего человечество пока не придумало.
    Ответить
    Анонимно 28 сен
    много чего придумало
    Ответить
Войти через соцсети
Свернуть комментарии