Новости раздела

«Неужели российских арбитражных управляющих считают намного хуже зарубежных?»

Почему специалисты антикризисного управления превратились в «мальчиков для битья»

«Неужели российских арбитражных управляющих считают намного хуже зарубежных?»
Фото: centersoveta.ru

«Раньше изредка дисквалифицировали, редко накладывали убытки, сейчас это — нарастающая обычная практика. По пустякам могут привлечь» — с жалобой на то, что арбитражных управляющих кошмарят по формальным признакам, в редакцию «Реального времени» обратился один из представителей этой профессии — Игорь Гулаков. Поводом для письма послужили выборы генерального директора Национального Союза профессионалов антикризисного управления (НСПАУ), которые состоятся 3 сентября. На эту должность было выдвинуто 11 кандидатур, наибольшее количество голосов набрали трое. Но Гулаков, критикуя союз за отсутствие поддержки, призвал сделать его деятельность более открытой, а «руководителей СРО думать, прежде всего, об арбитражных управляющих». В самом НСПАУ отмели все претензии автора в свой адрес. Тем не менее возникшая дискуссия отразила серьезные проблемы на рынке банкротств, сложное положение арбитражных управляющих, на которых увеличилось давление контролирующих органов и кредиторов, в результате чего их захлестнула волна штрафов и жалоб. В ситуации разбиралось «Реальное время».

«Руководитель СРО не отвечает за результаты своего руководства»

В преддверии выборов руководства НСПАУ в редакцию «Реального времени» пришло письмо от арбитражного управляющего Игоря Гулакова, в котором он размышляет, какой руководитель нужен профессиональному союзу и поднимает актуальные проблемы в работе арбитражных управляющих.

«Свершилось чудо! Задолго до выборов в Национальное объединение СРО арбитражных управляющих озвучены кандидатуры! Вы припомните, было когда подобное? Нет! Что бы это значило? Придать больше веса назначенному кандидату? Озвучили же разных: и арбитражных управляющих, и юристов, и руководителей СРО. Демократия, плюрализм, прозрачность... Только выбирать будут старые неформальные объединения руководителей СРО, которые хотят, чтоб новый директор продолжал нужную им политику. Какую? Что важно для руководителя СРО? Хорошо живет арбитражный управляющий или нет, для руководства СРО — неважно. Важнее вопросы менеджмента СРО, чтоб легче управлять членами СРО. Для этого и повысили стоимость вступительного взноса в компенсационный фонд и сделали его невозвратным. Для этого и повышали ответственность арбитражных управляющих. Только немного переборщили — возникли риски ликвидации и у самих СРО, так как увеличилось количество взысканий и с СРО. Хотя если ликвидируется СРО, бывший руководитель переберется в другое теплое место. Он же никак не отвечает за результаты своего руководства. Пустые убытки навешивают на арбитражных управляющих, могут и на СРО, но не на руководителей! Уменьшился компенсационный фонд — ну что ж члены СРО поднатужатся скинутся, чтоб компенсировать недостаток... Но не руководители! Они только «руками водить» будут. Они в отличие от арбитражных управляющих регулярно ежемесячно и аванс, и зарплату получают, не говоря уж о левых доходах», — рассуждает Гулаков.

Автор письма отмечает, что зачастую руководство многих организаций спокойно за свои должности, так как при вступлении в СРО арбитражных управляющих «чуть ли не обязывают подписывать доверенности по голосованию на руководителей СРО». А если кто-то противится такой системе, пишет автор, то его поставят на место. От этого страдает вся СРО, так как к ней проявляют повышенное внимание госорганы.

«Может быть есть планы временно назначить марионетку, чтоб потом, особо не афишируя назначить, без всяких выкрутасов, своего человека. Но все-таки хотелось бы верить в хорошее... Что все-таки выберут независимого толкового арбитражного управляющего, которого все знают и уважают. И он будет дорожить своей репутацией, прежде чем что-то делать. Он единственный будет понимать, как те или иные законопроекты затронут арбитражных управляющих, как отразятся на эффективности процедур банкротства, потому что сам через все прошел и своим кошельком, и здоровьем оплатил тупость законов и творческую ретивость законоприменителей», — заключает Гулаков.

«В чужой монастырь со своим уставом не ходят»

«Реальное время» обратилось за комментарием в Национальный Союз профессионалов антикризисного управления (НСПАУ). Председатель совета Наталья Коцюба считает, что изложенные в письме претензии не имеют отношения к возглавляемой ею организации.

— Начну с того, что основным фундаментом саморегулирования является не национальное объединение саморегулируемых организаций, а именно саморегулируемая организация арбитражных управляющих (далее СРО АУ), созданная ее членами.

Арбитражный управляющий вправе выбрать и вступить в любую саморегулируемую организацию, устав, стандарты и правила деятельности которой соответствуют его запросам. И саморегулируемая организация не вправе отказать ему в приеме.

Автор, видимо, не до конца понимает или делает вид, что не понимает, что такое саморегулирование. Если автор так критично оценивает деятельность руководства СРО АУ, почему не предъявляет претензии к руководству своей саморегулируемой организации, почему не подготовит предложения по изменению размера взносов в своей СРО АУ, по выборам органов управления в своей саморегулируемой организации или не перейдет в другую СРО АУ, правила работы в которой его устроят и которую хотя бы в качестве председателя коллегиального органа возглавляет арбитражный управляющий (как желает автор), поскольку исполнительный орган СРО АУ запрещено возглавлять арбитражному управляющему. Кстати, проектом новой редакции закона о саморегулируемых организациях аналогичный запрет вводится и в отношении руководителя национального объединения. В связи с чем лично я считаю, что руководителем не нужно выбирать действующего арбитражного управляющего, — ответила она нашему изданию.

Далее Коцюба подчеркивает, что СРО, членом которой является Гулаков, не входит в состав национального объединения.

«Претензии к руководителям СРО АУ, изложенные в письме, не имеют никакого отношения к структуре национального объединения. И здесь как никогда уместна поговорка: «в чужой монастырь со своим уставом не ходят», — говорится в комментарии.

Из 11 кандидатов осталось трое

В НСПАУ подчеркивают, что статус национального объединения они получили в июле 2020 года, ранее интересы профессионального сообщества на протяжении 10 лет представляла другая организация, деятельность которой прекращена Росреестром 18 ноября 2019 года.

Что касается выборов руководства НСПАУ, то они пройдут 3 сентября, на должность гендиректора выдвинуто 11 кандидатур. Процедура идет строго по уставу: решение о проведении собрания по выбору руководителя, кандидатуры на выборные должности и повестку общего собрания принимает коллегиальный орган управления — Совет НСПАУ. Уже состоялось заочное голосование по кандидатурам в Совет союза и на должность генерального директора. Наибольшее количество голосов получили три человека. Остальные кандидаты получили один или ноль голосов.

В НСПАУ подчеркнули, что занимаются исключительно регулированием правовой деятельности и активно отстаивают интересы членов союза. Все важные документы, которые НСПАУ направил в государственные органы, размещены на его официальном сайте. В частности, в результате работы союза в прошлом году была отправлена на доработку версия законопроекта, подготовленного Минэкономразвития РФ. Там вводились жесткие нормы рейтингования арбитражных управляющих, против которого в союзе возражали. 17 мая этого года правительство внесло в Госдуму уже другую версию законопроекта, над поправками к которой члены НСПАУ сейчас тоже активно работают.

17 мая этого года правительство внесло в Госдуму уже другую версию законопроекта, над поправками к которой члены НСПАУ сейчас тоже активно работают. Фото: duma.gov.ru

За убытки платит СРО

В НСПАУ «Реальному времени» пояснили и ситуацию со вступительным взносом в СРО, который с 1 января 2017 года увеличился с 50 тыс. до 200 тыс. рублей. Также выросла выплата из компенсационного фонда СРО — с 5 млн до половины размера комфонда, который минимально должен составлять 50 млн рублей. В союзе подчеркивают, что эта норма была принята раньше, чем создан НСПАУ.

Порядок таков: арбитражный управляющий по закону обязан страховать свою ответственность. Стоимость страховки составляет 10 млн рублей. Но если сумма убытков больше, то недостающая часть покрывается за счет компенсационного фонда СРО. Если из комфонда СРО произошла выплата по убыткам одного из арбитражных управляющих, то как правило, недостающая сумма пополняется членами организации. Средства комфонда лежат на отдельном счете и могут быть израсходованы только по прямому назначению — для оплаты причиненных убытков лицам, участвующим в деле о банкротстве. За этим строго следит Росреестр.

Сейчас страховые компании под разными предлогами отказываются страховать арбитражных управляющих, заявляя, что для них это убыточная деятельность. В НСПАУ ищут варианты разрешения возникшей ситуации. Кроме того, союз обращался с предложением снизить выплаты из компенсационного фонда. Но в Минэкономразвития РФ посчитали, что для этого «нет достаточных оснований».

В НСПАУ понимают, что такие суммы тяжким бременем ложатся на арбитражных управляющих и союз сформировал свои предложения по изменению закона «О несостоятельности (банкротстве)». В настоящее время при Минфине действует рабочая группа, куда входят и представители организации, и туда тоже направлены предложения по способам защиты арбитражных управляющих.

В НСПАУ понимают, что такие суммы тяжким бременем ложатся на арбитражных управляющих и союз сформировал свои предложения по изменению закона «О несостоятельности (банкротстве)». Фото: bankrotconsult.ru

Жалобы от Сталина и Брежнева

«Реальное время» связалось с Игорем Гулаковым, который подтвердил, что его крик души был адресован новому руководству НСПАУ, как побуждение к тому, чтобы деятельность союза была более открытой, а руководители СРО думали прежде всего об арбитражных управляющих. Иначе им будет некем управлять.

Спикер заметил, что, хотя нынешний профессиональный союз действительно образован недавно, но та же Наталья Коцюба, к примеру, занимала руководящие должности в прежнем национальном объединении.

Автор письма считает, что на рынке сложилась ненормальная ситуация, превратившая арбитражных управляющих в мальчиков для битья.

— С 2015 года ситуация начала резко ухудшаться. Сейчас очень дурацкая правоприменительная практика, то есть произвольно трактуется Закон о банкротстве, и фактически арбитражного управляющего дисквалифицируют за опечатки, несущественный пропуск публикацию. Могут возложить многомиллиардные убытки, например, за то, что не взыскивал с «пустых» дебиторов, с которых нет смысла взыскивать или поздно провел инвентаризацию, хотя активов от этой бухгалтерской проводки не прибавится. Жалуются на арбитражных управляющих кто угодно. Есть прецеденты, когда на арбитражных управляющих пожаловались Иосиф Виссарионович Джугашвили и Леонид Ильич Брежнев. И суд, и Росреестр принимают такие жалобы. Если уж брать равенство сторон, то у тех же судей полно опечаток в судебных актах, текстах, взятых из других дел, часто решение выносится не в установленные законом сроки, а позже. Судьям это можно, как ФНС или Росреестру, а арбитражных управляющих наказывают по любому поводу, — отмечает он.

Возможность жаловаться на арбитражного управляющего по несущественным фактам, по мнению Гулакова, ставит под сомнение главную его функцию — независимость. Многие кредиторы открыто шантажируют: или мы договоримся, или я тебя замучаю жалобами. На фоне идущего передела рынка, когда появятся корпоративные арбитражные управляющие, вопрос независимости и объективности встает особенно остро. Как может быть независима карманная СРО, созданная при крупной организации?

Чем больше оштрафуешь — тем лучше работаешь

Автор письма в редакцию отмечает тенденцию — все больше арбитражных управляющих привлекают к административной ответственности. Причем зачастую по формальным признакам, несоразмерным проступку.

— Раньше изредка дисквалифицировали, редко накладывали убытки, сейчас это — нарастающая обычная практика. Потому и страховые компании на несколько порядков взвинтили ценники. Потому что по пустякам могут привлечь, а им придется возмещать убытки. В то время как, например, в США, Германии, Великобритании за весь год к дисциплинарной ответственности привлекают максимум одного-двух человека, а то и вовсе никого. Неужели наши правоприменители считают, что российские арбитражные управляющие намного хуже зарубежных?

Виной всему, по мнению Гулакова, — правоприменительная практика, когда в КPI сотрудников контролирующих органов учитывается количество удовлетворенных жалоб на арбитражных управляющих. Чем их больше — тем считается, лучше работает чиновник и получает за это премии. «Они заинтересованы по максимуму оштрафовать, не вникая в суть дела, докопаться до чего угодно, не смотрят на то, помогает жалоба процедурам банкротства или, наоборот, резко тормозит. Они заинтересованы только в количестве удовлетворенных жалоб. У них нет понятия, чем помочь арбитражному управляющему, процедуре банкротства», — считает спикер.

Автор письма в редакцию отмечает тенденцию — все больше арбитражных управляющих привлекают к административной ответственности. Фото: Максим Платонов

«Законы должны обсуждать эксперты»

При этом увеличивающаяся ответственность арбитражных управляющих, по мнению собеседника издания, не влияет на качество их работы.

— Взять, например, сроки публикации уведомлений: какая разница, опубликовали на день позже или на день раньше, если все кредиторы оповещены. Как это повлияло на процедуру? Никак. Хотя можно уделить внимание другим важным вещам. Многие суды длятся годами, по закону судебное заседание назначается через месяц после получения ходатайства. А у меня были случаи, когда я подавал ходатайство, а судья назначал судебное заседание через год. Много времени теряется на получение информации из регистрирующих органов, из-за чего тоже затягивается процедура. Финмониторинг и ЗАГС, например, просто не дают информацию арбитражным управляющим. Хотя это важная информация, помогающая найти имущество, узнать, куда должник переводил деньги. Полиция, считая, что это хозяйственные споры, не собирается искать имущество должника.

Переломить эти тенденции можно только изменив закон, полагает Гулаков. Сейчас их принимают люди, которые не работали в том направлении, которое они регулируют. Он считает, что должно быть предварительное обсуждение законов на доступной для всех участников рынка площадке.

— Желательно, чтобы обсуждали законы, касающиеся банкротства и работы арбитражных управляющих, даже не руководители СРО, которые сами не работали в этой сфере, а непосредственно сами арбитражные управляющие, работающие «на земле». Это можно сделать даже в рамках национального объединения, но чтобы арбитражные управляющие обсуждали эти законопроекты, предлагали какие-то вещи. В этом случае будет изменение ситуации, — говорит Гулаков.

По его мнению, НСПАУ может задавать стандарты работы арбитражных управляющих. Но для этого все должно решаться не кулуарно, а демократично, чтобы руководителей СРО больше заботили не проблемы менеджмента, а помощь арбитражным управляющим.

«Прослеживается личная боль»

Мы попросили экспертов прокомментировать письмо Игоря Гулакова. Арбитражный управляющий Любовь Тимофеева считает его очень эмоциональным и отмечает, что поднятые в нем вопросы не находятся в зоне ее внимания.

— Не знаю, строго говоря, что тут можно комментировать — в письме явно прослеживается какая-то личная боль, а, возможно, и нерешенная проблема внутренних взаимоотношений с руководством. Поэтому воспринимать такую точку зрения как объективную сложно. Я от этих проблем далека, хватает собственной загруженности, чтобы задумываться о таком тренде как «выборы» куда-либо.

Руководитель проектов Московской коллегии адвокатов «Яковлев и партнеры» Андрей Набережный заметил, что если арбитражный управляющий считает, что руководство СРО не защищает его интересы, то у него всегда есть возможность выйти из этой организации:

— Взаимодействие СРО и арбитражных управляющих строится по модели невмешательства в эти отношения государства. В чем идея саморегулируемых организаций? В том, что они сами устанавливают правила и сами, соответственно, контролируют их соблюдение. Поэтому такая модель может создавать определенные риски перегиба в ту или иную сторону. В частности, возможно, и не в сторону арбитражных управляющих. Но это все две стороны медали. Если будет какое-то жесткое регулирование деятельности СРО, то тогда лишается смысла сама идея саморегулируемых организаций. Если мы отдаем на откуп СРО решение тех или иных вопросов, то здесь все в первую очередь будет зависеть от самих арбитражных управляющих. Если арбитражные управляющие массово не захотят что-то делать, то СРО не сможет их понуждать к совершению этих действий. Если арбитражные управляющие готовы это делать и готовы предоставить право на совершение тех или иных действий руководству СРО, то это исключительно их право. Понуждать к этому никто не может.
Элеонора Рылова
ОбществоВластьБизнесЭкономика Татарстан РосреестрУправление федеральной налоговой службы по РТ

Новости партнеров

комментарии 5

комментарии

  • Анонимно 19 авг
    Реально тут своя личная боль какая то прослеживается
    Ответить
  • Анонимно 19 авг
    Игорь Гулаков прав. В сфере банкротства сложилась ненормальная ситуация. Новый Закон-очередная профанация.
    Ответить
  • Анонимно 19 авг
    профессия себя изжила, нормальные специалисты не идут в арбитражные управляющие, риски убытков и дисквалификации не оправдывают себя. за банкротство физика 25 000 рублей за всю процедуру которая может длиться год, а то и больше. из этой суммы нужно оплатить страховку, взносы в сро, офис, канцелярка, бензин и т.д. новый закон похоронит профессию, останутся отморозки
    Ответить
  • Анонимно 19 авг
    Не хочу говорить плохо о всех арбитражных управляющих.
    А вот про конкурсных управляющих ничего хорошего сказать не смогу.
    Когда они ликвидируют предприятия, чего только не вытворяют: продают активы за копейки (конечно не за спасибо), не обеспечивают сохранность активов, не собирают собрания кредиторов, не проводят независимую оценку активов ликвидруемого предприятия. Еще вот такое у них есть: один кокурсный управляющий работает сразу за 5-6 предприятиями (иногда и 10-15), с каждого получает зарплату (причем немалую, еще и родных и близких там офопмляет то сторожами, то бухгалтерами, то еще кем то), толком не работает ни в одном.
    У нас например (в нашем предприятии) балансовая стоимость активов (бухгалтерия толком не делала переоценку и такая низкая стоимость) была около миллиарда (несколько сотен едениц техники, столько же оборудования и станков, несколько сотен едениц зданий м сооружений. При независимой оценке не менее 5 миллиардов. Конкурсный управляющий умудрился выручить от реализации всех этих активов всего навсего 300 млн. автомашины и трактора продал по 90 т руб. Сумел закрыть только зарпату и часть налогов. Не сумел обеспечить сохранность имущества, все, кому не лень таскали все, что смогли). Даже инвентаризацию активов и финансовых обязательств не проводил, не говоря уже об независимой оценке имущества.
    И никто с ними ничего не сможет сделать, потому что они - представители саморегулирующнй организации.
    Ответить
  • Анонимно 21 авг
    Да вы правы правы в любой профессии есть достойные люди и не очень. Касательно продажи за копейки... Тут несколько факторов влияющих на цену: если много желающих купить цена будет побольше, если покупателей мало товар узкоспецифичный товар продастся за копейки и арбитражному управляющему сложно повлиять на процесс, так торги проходят в автоматическом режиме на Электронной Торговой Площадке. Любой только что купленный товар можно продать только с дисконтом, чем больше времени прошло и чем больше он пользовался, тем будет дешевле. Я не говорю уж о моральном износе. Если бухгалтера не надлежащее вели учет на предприятии, то почему повышенные требования к арбитражному управляющему. Перед продажей арбитражный всегда проводит инвентаризацию и оценку и эти результаты изучают кредиторы и суд, только зачастую они любят критиковать, но не отвечать.
    Ответить
Войти через соцсети
Свернуть комментарии