Новости раздела

«Девочкам, мечтающим о киберспорте, всегда говорю: «Не лезь, это тебя сожрет»

Александра «Rileyzor» — о женском Counter Strike

Александра «Rileyzor» — игрок в CSGO, вместе с командой входила в топ-2 лучших женских коллективов в мире. В интервью каналу «Простое любопытство» она рассказала о своем киберспортивном опыте, в частности об источниках дохода игроков, контрактах, хейте и женском киберспорте.

Стоит ли молодому игроку подписывать контракт

Весь вопрос в том, кто даст тебе этот контракт. Тебе просто зададут вопрос: «А ты кто такой, чтобы с тобой его подписывать?». Все упирается в то, как ты себя показываешь: кто ты есть, как ты играешь, как думаешь, как себя ведешь. Токсичный ты, не токсичный, глупый, умный, хорошо стреляешь или плохо.

Есть много примеров, когда молодой игрок с большим талантом прямо очень хорошо начинает. Есть такой игрок в составе NaVi Youth — Monesy (Илья Осипов). Ему лет 14 или 15, и парень в свои годы попал в команду международного класса. Просто потому, что он хорошо думает, стреляет, двигается. И вот он сидит на контракте, играет, тренируется, развивается.

Можно ли зарабатывать деньги на киберспорте

Да, можно. Первый источник дохода — это твоя организация, которая платит тебе зарплату. Во-вторых, это призовые с турнира. Если у тебя нет организации, ты можешь играть турниры, выигрывать их и, соответственно, получать какие-то — в основном небольшие — призовые.

По верхам, насколько мне известно, люди, которые играют на профессиональной сцене (Тир-1), могут зарабатывать от 15 до 20 тысяч долларов в месяц. Середняки, наверное, до 10 тысяч. А те, кто по низу, — от 500 до 1,5 тысячи долларов.

Можно ли играть после 30 лет

Бытует мнение, что ты не сможешь играть в игры на реакцию после 30—33 лет. Потому что, во-первых, это очень сильное эмоциональное выгорание. Ты играешь долгий промежуток времени — 10, 15 лет, и да, зарабатываешь этим хорошие деньги, но в конечном итоге это необычная работа. Надо понимать, что когда ты профессиональный киберспортсмен, ты сутками сидишь за компьютером. Потом, ты живешь на буткемпе, ты постоянно летаешь. Когда не было пандемии, проводилось очень много турниров. Мне кажется, профессиональные игроки вообще бывали дома очень редко. И после этого, уже через 2 года, они говорят: «Все, я устал, я ухожу в отпуск на полгода».

А когда вы переступаете определенный возраст, когда вам становится больше 30, вам уже очень сложно «вывозить» такой ритм жизни. Да, есть люди и за 30, которые играют, но их на самом деле очень мало. И, к сожалению, они уже не те.

Все играют в какую-то стрелялку, кнопки нажимают, что-то бегает

Мне 27 лет, уже более 10 лет я играю в Counter Strike. Играла в одной из лучших женских команд в России и в мире. Получалось занимать призовые места как на российских турнирах, так и на международных.

Мои первые шаги [в киберспорте] были сделаны, наверное, лет в 8. У нас на районе открыли первый компьютерный клуб, я даже не помню, как туда попала. Но прекрасно помню, что пришла туда и не знала, во что играть. Все играют в какую-то стрелялку, кнопки нажимают, что-то бегает... Час стоил, кажется, пять рублей. Я заплатила и просто сидела. Ко мне подошла девочка, ей было лет 13 или 14, и она мне объяснила, как надо закупаться, в чем смысл игры (это была версия Counter Strike 1.3 или 1.2). Мы тогда играли карты не на Defuse-бомбы, как принято сейчас, а на спасение заложников.

Конечно, все это превращалось в дикий трэш и угар, но так я первый раз познакомилась с игрой. А загорелась я, когда мы подключили спутниковое телевидение, и там был канал GamePlay TV. Там транслировали… была такая лига по сурсу НПКЛ, по-моему. По-моему, она была студенческая. И с этого момента я там: достала свой старенький комп, купила туда игру, как-то тренировалась. Во ВКонтакте находила людей, с кем можно было бы поиграть. Тогда я нашла людей, которые мне объяснили, что есть кланвары (бои между кланами, — прим. ред.), начала что-то про это узнавать.

В интернете было много фейковых женских страниц

Я очень сильно хотела попасть в женскую команду. А в интернете было много фейков. Были такие сайты на юкозах (ucoz, — прим. ред.), бесплатных конструкторах, где мужчины — не знаю, зачем они это делали — создавали фейковые страницы, чтобы поиграть с девушками. Я много раз на это натыкалась, не могла найти [девушек]. И в какой-то момент мне написал один парень из моего города — давай поиграем. Мы с ним поиграли, и он предложил прийти к ним в клуб. Я думаю, что это выглядело смешно, потому что он меня привел и сказал: «Это Саша, она будет играть с нами», — «А что Саша умеет?», — «Саша не умеет ничего».

Они мне объясняли какие-то начальные вещи: «Вот это граната, ее можно кидать вот так. Эта граната служит для того, чтобы отрезать». Потом, когда я уже начала что-то понимать, мы обсуждали какие-то тактики — как выйти, как обмануть соперника, как перехитрить его.

Первый мой международный выездной турнир был в 2014 году в Ростове. Чтобы получить эту поездку, мы какое-то время тренировались коллективом и смогли занять в регионе первое место. Самым негативным в этой поездке было то, что она не оплачивалась. Надо было найти деньги из своего кармана, это было очень сложно, но я смогла. И после этого у меня все поездки были с командой — мы все вместе летали, жили в одном отеле.

«Кое-как пришло две зарплаты, остальные приходилось выбивать»

Контрактов в моей жизни было два: с организацией, которую содержал футболист, и канадской организацией «Лазарус», она существует до сих пор. На контракты выходила не я, у нас в команде был человек, который очень интенсивно искал поддержку, как раз для поездок на международные турниры.

На очень редких турнирах есть саппорт тревэл, то есть поддержка перелетов и проживания в отелях. И очень часто мы ездили за деньги организации, либо за счет внешних инвесторов. И этот человек из нашей команды скаутила и находила нам выгодные предложения.

С контрактами везде свои нюансы. Допустим, RS-gaming (их, по-моему, уже не существует, да и контракт нас уже не связывает). Мы подписали с ними контракт, [на словах] все было хорошо: «Прекрасная зарплата, можем дать вам деньги вот сюда, можем — сюда». А по факту нам кое-как нормально пришло две зарплаты, остальные приходилось выбивать, как и деньги на буткемп. И ситуация такая, что ты, по сути, ничего и сделать-то не можешь.

А, например, с «Лазарусом» таких проблем не было. Все было четко, слаженно, кристально прозрачно, было понятно, за что и на что мы можем просить деньги, а на что не можем. Во многих организациях semi-pro (полупрофессиональных, — прим. ред.) непонятное контрактное правовое поле, оно может быть с «дырками». Даже сейчас во многих профессиональных коллективах могут происходить скандалы, когда игрок просто уходит, потому что в контракте есть такая лазейка. Это в основном в «Доте», но в любом случае это можно применить на любую дисциплину.

Хейт

Когда я играю, очень часто сталкиваюсь с токсичным поведением по отношению не только ко мне, но и к другим членам моей команды. Даже если они встретились нам первый раз. Люди стали настолько злыми, недовольными и вечно друг друга в чем-то обвиняющими, что это на самом деле очень тяжело. И я считаю, что если с этим ничего не делать, то через пару лет ты не сможешь играть и общаться с людьми — если это не твои друзья, если ты один. На самом деле, очень много людей, которые играют одни, и они сталкиваются с таким негативом. С этим надо бороться, но, к сожалению, все инструменты, которые сейчас существуют, действуют очень слабо.

Люди стали не то чтобы неадекватными, но вот эта маска анонимности дает им ложную свободу, и они считают, что они могут творить, говорить, делать что хотят по отношению к другим людям.

С этим пытаются бороться. Допустим, в Counter Strike появилась такая система, как глобальный бан, когда ты не можешь общаться в чате в принципе. Но я считаю, что это не выход, потому что людей это ничему не учит. Сколько примеров было — они как делали это, так и продолжают делать. Может быть, полная блокировка игроков за такое поведение будет слишком сильной мерой, но это хоть как-то будет сдерживать народ.

Женский Counter Strike

Женский Counter Strike в сильной стагнации. Случился коронавирус, турниров нет, все переехало в онлайн. В принципе, и до этого женских турниров было не особенно много, и никто не хотел их спонсировать. Не знаю, с чем это связано. Возможно, с тем, что многие не воспринимают женский Counter Strike, как, например, не воспринимают женский футбол и вообще женские виды спорта. Они «недостойны» вливания денег, поэтому турниров и возможностей проявить себя очень мало.

Мне иногда пишут девочки: «Я хочу играть профессионально, подскажи, ты же играла». Я всегда им говорю: «Не лезь, это тебя сожрет». К сожалению, ты получаешь [от киберспорта] очень мало, больше отдаешь.

Я не знаю, останутся ли вообще выездные женские турниры, когда закончится коронавирус. Потому что то, что происходит сейчас, когда у тебя есть всего два-три турнира в интернете — это просто… очень сильно расстраивает. Такого, как сейчас, не было никогда. Может быть, именно поэтому в женский Counter Strike сейчас приходит очень мало девочек и они очень мало тренируются. И все битвы и финалы происходят между одними и теми же четырьмя командами, и ты не видишь в них новых девочек.

Использованы фото из аккаунтов Александры «Rileyzor» в соцсетях
Спорт

Новости партнеров

комментарии 0

комментарии

Пока никто не оставил комментарий, будьте первым

Войти через соцсети
Свернуть комментарии