Новости раздела

«Ни одна крупная компания не застрахована от подобных сбоев»

Интервью с директором регионального центра «Волжский» «Райффайзенбанка» Александром Грицаем

«Ни одна крупная компания не застрахована от подобных сбоев» Фото: Максим Платонов

В интервью «Реальному времени» директор регионального центра «Волжский» «Райффайзенбанка» Александр Грицай рассказал о том, как банк будет развивать дистанционное обслуживание, почему, несмотря на развитие технологий, не стоит отказываться от физического присутствия в городах, снизился ли спрос на длинные деньги, сколько клиентов будет у банка к 2020 году, а также о многом другом.

«Динамика в сегменте малого бизнеса сейчас гораздо выше, чем в других сегментах»

— Какова сейчас структура кредитного портфеля?

— Объем розничного и корпоративного бизнеса в кредитном портфеле офиса «Казанский» примерно одинаковый. Активы малого и микробизнеса в абсолютных цифрах на данный момент существенно ниже, но динамика здесь гораздо выше, чем в других сегментах. По итогам первого квартала кредитный портфель по этому направлению увеличился сразу на 140%. Думаю, к концу года нам удастся заметно нарастить долю малого и микробизнеса в общей структуре активов отделения.

Абсолютный рекорд по темпам прироста показал документарный портфель корпоративного бизнеса. Начиная с 31 марта 2017 года, объем банковских гарантий и аккредитивов, выданных среднему и крупному бизнесу офисом «Казанский», увеличился более чем в 6,5 раза, с 135,2 млн до 906,6 млн рублей.

Ипотечный портфель в Казани вырос на 80%, по необеспеченным кредитам рост 20%. Соответственно, растет и доля ипотеки в общем портфеле розничного кредитования. Сейчас она составляет 30—35%. Показательно, что объем вновь выбранных потребительских кредитов за этот период вырос почти на 40%.

Ипотечный портфель в Казани вырос на 80%, по необеспеченным кредитам рост 20%. Соответственно, растет и доля ипотеки в общем портфеле розничного кредитования. Сейчас она составляет 30—35%

— Теперь хотелось бы узнать динамику по депозитам.

— Депозитная база несколько сократилась в сравнении с прошлым годом. При этом заметно постепенное смещение потребительского спроса в сторону накопительных счетов. Портфель по этому направлению по итогам первого квартала в казанском отделении увеличился почти в 2,5 раза.

— А если брать остатки на счетах в целом?

— Остатки в целом по портфелю немного снизились, но несущественно. В пределах допустимого снижение — на 10—15%.

— Вы упомянули рост в сегменте гарантий. Сейчас ЦБ готовится ужесточить правила предоставления гарантий по государственным контрактам. Что вы об этом думаете?

— Это вполне объяснимо. Я соглашусь с аргументом, что госгарантия должна выдаваться финансовыми учреждениями с безупречной репутацией, тем более сейчас, в условиях консолидации банковского рынка. Когда финансовый институт выдает любую гарантию — не обязательно госгарантию — клиент должен быть уверен: если вдруг гарантийный случай наступит, банк выполнит свои обязательства. Думаю, именно с этим связан более тщательный подход Центрального банка к данному виду бизнеса.

— Но если новые правила вступят в силу, от этого бизнеса будет отсечена существенная часть игроков.

— Я думаю, что для большинства надежных банков не произойдет принципиальных изменений. Это может коснуться только тех игроков, кто ведет высокорискованный бизнес.

«Некоторые клиенты откладывают реализацию крупных проектов»

— Банк кредитовал какие-нибудь крупные проекты в Поволжье или Татарстане?

— Банки не всегда вправе называть компании, с которыми они сотрудничают. Это нормальная ситуация для корпоративного бизнеса, особенно крупного. Могу вам сказать, что в начале года мы реализовали интересный проект с очень крупной компанией на рынке Татарстана — рефинансировали довольно серьезную сумму. В крупном бизнесе не бывает двух одинаковых сделок. Здесь тоже был ряд важных для компании моментов, которые мы учли — клиент остался доволен. Если говорить о РЦ «Волжский», то с начала года мы реализовали несколько крупных проектов в различных городах Приволжского федерального округа. Средний объем финансирования по каждой компании составил 500—700 млн рублей.

Я соглашусь с аргументом, что госгарантия должна выдаваться финансовыми учреждениями с безупречной репутацией… Клиент должен быть уверен: если вдруг гарантийный случай наступит, банк выполнит свои обязательства

— А вообще спрос на долгие деньги, по вашим ощущениям, сейчас есть?

— Спрос есть, особенно на пятилетние и семилетние деньги. На более длинный срок кредитования — меньше. В текущих рыночных условиях некоторые клиенты пересматривают свои бизнес-планы, откладывают реализацию крупных проектов. Но компаний, для которых актуально финансирование на срок 5—7 лет, становится все больше. Я могу уверено говорить об этом, опираясь на структуру кредитного портфеля РЦ «Волжский».

— Но если сравнивать с тем, что было до 2014 года, то сейчас таких проектов меньше?

— Да.

— Зато рефинансирование, наверное, растет, учитывая падение ставок в экономике?

— Банковский рынок один из самых высококонкурентных. И, безусловно, рефинансирование — эффективный инструмент, позволяющий получить преимущество в борьбе за клиента. Но этого недостаточно. Важно, что еще банк может предложить, помимо прямого рефинансирования. Нужно быть гибким. Например, мы можем варьировать ставку для клиента в зависимости от наполнения продуктовой линейки. Это могут быть безрисковые продукты, услуги и сервисы для сотрудников компании в рамках зарплатного проекта и многое другое. Такой подход позволяет персонально работать со ставкой под задачи конкретного бизнеса.

Сегодня много говорят об изменении общих тенденций на рынке корпоративного банковского обслуживания, и в первую очередь это касается снижения интереса к кредитованию со стороны финансовых институтов. В этом есть доля правды. Кредитование — рисковый продукт, доходность которого сокращается по мере снижения ключевой ставки. Это закономерный и вполне логичный процесс. И сильные игроки постепенно перестраивают свои бизнес-модели, делая акцент на комплексном обслуживании клиента, предлагая безрисковые продукты, новые digital-технологии, которые, к слову, сокращают финансовые и временные издержки как компании-клиента, так и самого банка.

— К разговору о безрисковых продуктах. Представители банка объявляли, что сейчас есть задача по увеличению доли доходов, не связанных с кредитами как таковыми. С каких цифр стартовала эта работа?

— Доля некредитных продуктов, которые банк будет реализовывать, будет расти. Есть такой показатель, как отношение комиссионного дохода к общему доходу банка. В 2017 году доля комиссионных доходов в РЦ «Волжский» составляла 36%, а в 2016 году меньше 30%. И мы стремимся сохранить положительную динамику.

Концепция виртуального офиса не предполагает сокращение филиальной сети. Мы знаем, что для многих людей физическое присутствие банка в городе по-прежнему очень важно

— Перейдем к ипотеке. Какая по ней сейчас средняя ставка и какой вы видите ее, например, в конце года?

— В данный момент у нас действует единая ставка — 9,5% на приобретение жилья на первичном и вторичном рынке, а также по программе рефинансирования. Есть специальная программа для ряда застройщиков, которые получили особые условия аккредитации в банке. В Республике Татарстан в этой программе участвует ГК «Сувар-Казань». Для клиентов этой компании действует пониженная ставка 9,25%.

Что касается прогнозов по размеру ставки — здесь мы напрямую зависим от действий Центробанка.

— Снижение ставок подстегнуло спрос на ипотеку?

— Конечно. Клиенты активны сейчас в этом продукте, и это касается всех городов, особенно крупных.

— Из этого вытекает еще один вопрос. Спрос на ипотеку растет в условиях вялого роста экономики и то ли стагнации, то ли продолжающегося падения реальных доходов граждан. Нет ли здесь риска?

— Заметную роль в оживлении рынка ипотечного кредитования сыграла программа рефинансирования. Глобально ее действие направлено на сокращение общего объема потребительской задолженности. Безусловно, есть и новые выдачи, но «Райффайзенбанк» традиционно ведет достаточно внимательную политику по оценке риска, поэтому у нас нет опасений в отношении качества нашего кредитного портфеля.

«Для многих людей физическое присутствие банка в городе очень важно»

— Можете рассказать о том, как будет развиваться дистанционное обслуживание клиентов?

— В настоящий момент у нас происходит трансформация части розничного бизнеса — сейчас для этого есть технологические возможности. В рамках диджитализации мы будем (и уже начали это реализовывать) выходить в те города, где у нас нет офисов присутствия. Это и города, из которых банк ранее вышел, и совершенно новые города, в которых нас никогда не было.

В силу того, что законодательство требует идентификации клиентов, мы набираем мобильные команды в этих городах. Вся система выстроена в тех правовых и законодательных нормативах, которые существуют.

В данный момент у нас действует единая ставка — 9,5% на приобретение жилья на первичном и вторичном рынке, а также по программе рефинансирования

— Нет ли в связи с этим планов по сокращению филиальной сети?

— Таких планов точно нет. Именно поэтому мы сегодня открываем офис, а не закрываем. Главное, к чему мы стремимся, — отвечать запросам и пожеланиям всех категорий клиентов, предлагая разнообразные каналы обслуживания.

Концепция виртуального офиса, о которой мы говорили выше, не предполагает сокращение филиальной сети. Мы знаем, что для многих людей физическое присутствие банка в городе по-прежнему очень важно. А в своей работе привыкли прежде всего ориентироваться на потребителей. Показательный пример — место для нового отделения банка в Казани мы выбрали исходя из пожеланий и потребностей наших клиентов.

— Вы рассчитываете, что диджитализация даст заметный прирост количества клиентов?

— Безусловно. Банк стремится до 2020 года увеличить розничную клиентскую базу до 2 млн клиентов (на конец 2017 года она была около 1,6 млн). Это цель, и одним из инструментов ее достижения станет диджитализация.

«Репутация банка сегодня играет огромное значение для клиентов»

— В апреле у банка произошел технический сбой, из-за которого клиенты временно не могли проводить операции. Затронул ли он Поволжье?

— К сожалению, да, это было. Как показывает практика, ни одна крупная компания не застрахована от подобных сбоев. Техника есть техника, и она, к сожалению, иногда подводит. Но наши специалисты сделали все возможное, чтобы ликвидировать неисправность в кратчайшие сроки. Надеемся, что с подобными неудобствами наши клиенты больше не столкнутся.

— Состоит ли банк в каких-нибудь профессиональных ассоциациях?

— Да, в РЦ «Волжский» мы сотрудничаем с некоторыми ассоциациями в нескольких городах ПФО.

— У «Райффайзенбанка» довольно сильный сегмент инвестиционного банкинга. Говорят, что после снижения доходности депозитов клиенты стали искать другие способы вложения денег, и растет число людей, покупающих акции, облигации и внебиржевые инструменты. Вы замечаете этот прирост?

— Безусловно. И в особенности это характерно для премиального сегмента. Премиальные клиенты, как правило, прекрасно разбираются в финансах и хотят, чтобы их капитал работал максимально эффективно.

Артем Малютин, фото Максима Платонова
БизнесЭкономикаБанки Татарстан
комментарии 7

комментарии

  • Анонимно 20 июня
    чтоб узнать про Райфайзен - интересная статья
    Ответить
  • Анонимно 20 июня
    А это правильно, процентная ставка для всех одинакова?
    Ответить
  • Анонимно 20 июня
    Буду рассматривать банк для вложения своих накоплений
    Ответить
  • Анонимно 20 июня
    все хотят на крупные выйти, а мелким даже не обращают сильно внимание
    Ответить
  • Анонимно 20 июня
    Спасибо статье дали повод призадуматься
    Ответить
  • Анонимно 20 июня
    Такая статья и не на правах рекламы. Прикольно
    Ответить
  • Анонимно 20 июня
    Сейчас между банками основная конкуренция и борьба за клиента и идет то только в сфере рефинансирования кредитов... другие услуги банков сейчас менее восиребованы
    Ответить
Войти через соцсети
Свернуть комментарии