Новости

08:07 МСК
Все новости

«Люди, которые занимаются рутиной «дом — работа — дом», отомрут в течение ста лет»

Дмитрий Булычков, Сбербанк — о смарт-контрактах, квантовых компьютерах и месте человека в новом мире

«Люди, которые занимаются рутиной «дом — работа — дом», отомрут в течение ста лет» Фото: facebook.com

Майнинг биткоинов можно сравнить с работой грузчика: это тяжелая и низкодоходная работа — уверен директор проектов Центра технологических инноваций Сбербанка Дмитрий Булычков. Перед своей лекцией об основах блокчейна в коворкинге Grow Up он рассказал «Реальному времени», как смарт-контракты изменят отношения, квантовые компьютеры разрушат майнинг биткоинов, а роботы заставят людей переосмыслить свое существование.

Квантовые компьютеры «сломают» майнинг

— Давайте начнем с азов. Что такое «блокчейн»?

— Блокчейн — это общая версия правды, которую использует распределенное сообщество участников для решения своих задач. В первую очередь блокчейн — это сообщество. Есть набор людей, фрагментов, которые общаются в манере peer-to-peer (каждый с каждым), передают деньги/ценности/информацию. Им нужно доверять друг другу. У них должна быть возможность быстро разобраться, если возникают проблемы во время работы.

Когда мы чем-то обмениваемся, особенно физическими вещами (деньгами, например), то, когда я передаю вам 100-рублевую купюру, вы совершенно уверены, что я не расплатился этой же купюрой раньше. Беря ее, вы закономерно полагаете, что можете пойти и где-то ее обменять (на товар, — прим. ред.).

Когда же мы приходим в цифровой мир, оказывается, что у нас нет физических сущностей. Есть только записи в базах данных. У меня может быть запись, что я владею 100 рублями. Я могу эту запись предъявить вам, еще кому-то и еще кому-то. И могу так делать бесконечно. Поэтому нужны инструменты, которые бы удостоверяли, что я легитимно потратил эти 100 рублей и вы можете ими пользоваться. На данный момент таким посредником выступает платежная система. Она подтверждает, что эти электронные 100 рублей передаются легитимно. Это что касается схемы без блокчейна.

В блокчейне же существует общий реестр всех транзакций, который позволяет подтвердить, что я не потратил эту монетку раньше. Когда транзакция включается в блок, а блок включается в цепочку — она принимается всеми участниками системы и считается проведенной. Но есть нюансы. Может сложиться ситуация, когда я смогу потратить одни деньги дважды, но тогда у меня должны соблюдаться некоторые условия. Например, должно быть более 51% мощностей в вычислительной сети. Впрочем, с появлением квантовых компьютеров, этот принцип защиты от злоупотребления (proof of work) потеряет актуальность, и его место займут другие принципы, уже кое-где использующиеся — proof of authority, proof of stake и т.д.

Обо всем этом я подробно рассказываю в своей лекции (запись лекции доступна в конце текста, — прим. ред.).

«Блокчейн — это общая версия правды, которую использует распределенное сообщество участников для решения своих задач. В первую очередь блокчейн — это сообщество». Фото cryptocurrency.tech

— Раз зашел разговор о квантовом компьютере, можете предположить, когда появится нормально функционирующий квантовый компьютер?

— Коллеги из IBM считают, что компьютер для решения задач первого уровня появится уже лет через 5—7. Сейчас можно попробовать экспериментальные модели. Поставить технический вопрос расширения мощности. Или исправления ошибок.

История повторяется очень похоже. В 30—40 годы прошлого века наши классические компьютеры только зарождались. Тогда появились первые лампы, триоды, диоды; на них пытались делать какие-то схемы. Они работали плохо, давали ошибки. Но тем не менее можно было складывать 1 и 1 — и это была магия. А теперь у нас у каждого в кармане по суперкомпьютеру. Квантовые компьютеры сейчас проходят такой же путь.

— То есть когда-нибудь у нас в карманах могут оказаться квантовые компьютеры?

— Может быть, да. Просто там немного разные задачи. Прелесть квантовых вычислений — в параллелизме. Они хорошо подходят для задач параллельного поиска разных чисел (что представляет из себя алгоритм proof of work) или для задач искусственного интеллекта. Сейчас все это более-менее эффективно решается с помощью графических карт. Если коллеги, которые занимаются аппаратным обеспечением, решат проблемы (а прогресс последних пяти лет позволяет надеяться на это), то да. У нас все будет хорошо.

Бизнес на смарт-контрактах

— Давайте вернемся к блокчейну. Хотелось бы узнать ваше мнение о смарт-контрактах: насколько они действительно хороши и можно ли уже сейчас применять их в бизнесе, например?

— Да, можно. Но мы находимся в ситуации трансфера. Последние 300—500 лет мы жили в одних условиях. У нас чуть ли не римское право применяется. А теперь нам предлагают сделать шаг вперед и перейти на какое-то компьютерное право. На этом стыке возникают проблемы.

Но вообще смарт-контракты уже применяются. Например, программные решения для оплаты чего-то по факту чего-то. Есть масса нюансов, связанных именно с применением, но в принципе они уже среди нас.

Наверное, самый яркий и понятный пример: смарт-контракт Escrow. Если мы покупаем квартиру или что-то дорогое, идет обмен денег на вещи. Этот смарт-контракт позволяет перевести деньги за квартиру и завершить сделку одновременно, причем сделать это условно публично, при подписании контракта всеми участниками.

Есть нюансы: по текущему законодательству юридически сделка можно быть отменена. Но в блокчейне отменить это практически невозможно. Можно стагнировать — сделать поверх добровольную операцию, которая возвращает все обратно. Если нужно принудительно — тогда нужен какой-то контролирующий орган, который придет и уведет все назад.

Есть хороший фильм «Приключения Электроника». Он ровно про это: роботы нас активно заменяют. И чтобы оставаться человеком, оставаться в жизни, нужно очень сильно меняться, быть востребованным

— Насколько сильно придется перестроить систему, чтобы перевести отношения на смарт-контракты?

— Это не проблема документооборота. Проблема именно текущего правового регулирования. Поменять очень быстро действующую систему сложно. Наверное, она будет меняться постепенно. Это нормальная ситуация для любого нового внедрения. Как с появлением машин: сначала не было никаких правил, а теперь есть правила, права и развитая система автомобильного движения.

— Человек выключится из этого процесса?

— Со временем человек выключится вообще. Место человека довольно неопределенное, особенно с учетом развития искусственного интеллекта. Человеку придется очень сильно искать свое место. И не каждый сможет его занять.

Есть хороший фильм «Приключения Электроника». Он ровно про это: роботы нас активно заменяют. И чтобы оставаться человеком, оставаться в жизни, нужно очень сильно меняться, быть востребованным.

Людям придется искать свое место в мире роботов

— Футуролог Google заявил, что лет через 30 появится законодательное регулирование взаимоотношений людей и роботов. Что вы думаете об этом?

— Думаю, оно появится гораздо раньше. Но через 30 лет уже точно будет. Тут проблема в другом. Интеллект сам по себе — это способность решать задачи. Роботы справляются с этим все лучше и лучше. Но нужно ли это как-то регулировать? У нас же есть подъемный кран, который хорошо справляется с задачей. Надо ли регулировать какую-то физику — непонятно. С ИИ то же самое.

А у человека, помимо интеллекта, есть сознание. Мы ставим задачи и решаем их. Вопрос будет в том, что нам надо, чтобы оставаться людьми. Придется больше концентрироваться на умении ставить задачи, двигаться вперед, развиваться как личность.

Люди, которые занимаются рутиной «дом — работа — дом —работа», а на работе только перекладывают бумажки, быстро отомрут, в течение лет ста.

Что касается законодательного регулирования… боюсь, все так быстро поменяется. Мы не будем открывать Конституцию, чтобы посмотреть какую-то статью. Будут смарт-контракты и что-то еще.

— Нам к чему стоит готовиться: что роботу может быть больно и нам придется взаимодействовать с ним на равных?

— Больно — это штука такая… Многим нравится, когда больно. Мы пытаемся свои человеческие понятия применить к тому, что только зарождается. Тут вопрос как раз: интеллект — это для решения? А сознание? Вот я осознаю, что мне больно. Это же, по сути, просто реакция организма. Мне от этого может быть приятно, а может — неприятно. И отсюда начинается масса разветвлений.

«Интеллект сам по себе — это способность решать задачи. Роботы справляются с этим все лучше и лучше. Но нужно ли это как-то регулировать?» Фото militaryarms.ru

Робот как был механизмом, так, скорее всего, и останется. Сознание так и будет (я думаю) прерогативой человека. Наверное, будет какой-то набор смарт-контрактов, который не будет позволять роботам что-то делать с человеком. И набор, который в некоторых случаях будет позволять выключать роботов.

Нам придется через все это пройти. Это абсолютно нормально. Пример с машинами ровно отсюда же: первые машины задавили несколько человек. Автомобили могли запретить, но, слава богу, не запретили. Дело оказалось не в машинах, а в тех, кто на них ездит.

Сейчас можно фантазировать как угодно. Тут еще и другая история возникает. Например, очень серьезно развивается биомедицина. Говорят, что можно заниматься программированием генов чуть ли не на живом человеке. Говорят, что вопрос поддержания человеческой жизни уже тоже решаем и люди скоро будут жить лет по 500. Если все это сложить, получится: человек ходит на нелюбимую работу, дома жена пилит — и так 500 лет. И тут вообще начинаются философские мысли.

Победят ли нас роботы? Вот в кино есть «Электроник», а есть «Терминатор». В «Терминаторе» не все так плохо: есть борьба, достижения и какая-то история. А в «Электронике» себя нужно каждый день искать, смысл жизни поднимается каждый день, друзья не хотят дружить — это уже другая история.

— Какое будущее у интернета вещей (IOT)?

— Это то самое роботизированное будущее. У нас будет дом, мы будем с ним разговаривать. У него будет интеллект. Он сможет сам решать какие-то задачи. Это уже, можно сказать, случилось.

Проблема в том, что у нас старая инфраструктура, которой под 150 лет. Что-то встраивать туда тяжело. Но по мере развития будут строиться новые объекты. IOT все больше и больше будет входить в нашу жизнь. Роботы ведь идеальны: они не болеют, не спят, не просят повышения зарплаты. И мы опять пришли к тому, что человек в своем существующем виде не особо нужен.

Юля Красникова
Справка

Дмитрий Булычков родился 17 марта 1972 года. Окончил Казанский авиационный институт в 1995 году.

Последние 15 лет занимался стартапами в области телекоммуникаций, интернета, маркетинга.

  • В 2002—2005 гг. — product-менеджер в компании Reaxion.
  • В 2005—2008 гг. — технический директор «Связной-Загрузка».
  • В 2008—2013 гг. — заместитель генерального директора «Связной-Клуб».
  • В 2013—2015 гг. — руководитель продукта в компании BonusBack.
  • С марта 2015 года работает директором проектов Центра технологических инноваций (ЦТИ) Сбербанка России.

Запустил и вывел на рынок нескольких успешных проектов в области телекоммуникаций, ретейла, программ лояльности.

ТехнологииITЭкономикаФинансы
комментарии 7

комментарии

  • Анонимно 17 нояб
    В прошлых статьях говорили, что биткоин лопнет как пузырь
    Ответить
  • Анонимно 17 нояб
    Это самое страшное, что людям придется искать место для себя среди создавших людьми же роботов
    Ответить
  • Анонимно 17 нояб
    да это же еще не скоро произойдет. Так что работаем спокойно
    Ответить
  • Анонимно 17 нояб
    как стать востребованным? и так все стараются.
    Ответить
  • Анонимно 17 нояб
    Люди будут властелинами роботов!)
    Ответить
  • Анонимно 17 нояб
    Почему всем надо доказывать и из кожи лесть чтобы добиться чего то- власти богатства. Я просто хочу жить- не бедно , ходить на работу,заниматься любимым делом. Мне не нужны миллиарды. , власть. я порсто хочу жить спокойно Любоваться природой., и просто жить тихо
    Ответить
  • Анонимно 18 нояб
    Да не обращайте Вы внимание на эти басни это сказочника, нас это не касается.
    Ответить
Войти через соцсети
Свернуть комментарии