Алексей Гузнов, зампред ЦБ: «Не соглашусь, что ключевая ставка — это оружие массового поражения»
В Банке России объяснили, что будет с экономикой, если «ключ» резко опустить до уровня в 3%
Сегодня во многих отраслях гражданского сектора экономики России началась рецессия, инвестиционная активность значительно снизилась, что обусловлено жесткой денежно-кредитной политикой, считают в руководстве Ассоциации российских банков. Проблему обозначили на очередном съезде АРБ с участием представителей руководства Центробанка. Последние призвали не сводить все экономические проблемы к высокой ключевой ставке, поскольку ее резкое снижение приведет к еще худшим результатам, подробности — в материале «Реального времени».
«Высокий риск перехода экономики в фазу полноценной рецессии»
Встречу открыл президент АРБ, представив годовой доклад объединения и его приоритетные темы. Главной темой обсуждения стали общеэкономические показатели России:
— Мы подчеркиваем, что сохранение существующих тенденций создает высокий риск перехода экономики в фазу полноценной рецессии. Минэк фиксирует замедление роста ВВП и называет его «естественной платой» за снижение инфляции. Однако давайте зададимся вопросом: не стоит ли за этой формулировкой «техническая стагнация в экономике», — подчеркнул Гарегин Тосунян и привел цифры Росстата.
В 2024 году российская экономика выросла на 4,9%, а в минувшем — на 1%. Значительная часть положительной динамики, по словам спикера, обусловлена отраслями, прямо или косвенно завязанными на «оборонку» и госзаказами, а в гражданском секторе во многих отраслях уже сейчас наблюдается рецессия: «Посмотрите на динамику инвестиций — это качественный индикатор деловой активности. Минус 2,3% (после роста в 8%) — это очевидное сжатие инвестиционной активности. Как писало «Реальное время» на значительное сокращение штата пошел «Казанский электромеханический завод», в руководстве предприятия кризис связали с конкуренцией со стороны Китая и высокой ставкой ЦБ.
— По итогам прошлого года мы сохранили за собой второе место в мире по величине «реальной процентной ставки» — это разница между ключевой ставкой и официальной инфляцией. На начало 2026 года — это значение у нас равно 10,4%. Впервые в XXI веке ключевая ставка оставалась высокой (более 15%) на протяжении двух лет, — заявил президент АРБ.
Наряду с Россией в этом рейтинге лидируют Бразилия, Египет, Турция, Индия. При этом в ЕС, США и Японии реальная ставка часто вообще отрицательная или близка к нулю, в Китае — 2,2%, а в развивающихся странах — 3—5%. В России же реальная ставка двузначная, посетовал Тосунян: «Увы, мы прочно закрепились в пятерке мировых «лидеров» по жесткости денежно-кредитных условий. Какие могут быть инвестиции при таких ставках?».
Официальная инфляция в Росстате — 5,6% по итогам 2025 года, а наблюдаемая населением, по данным опросов, достигает 14,5%. Предложенный АРБ показатель «личной инфляции» составляет 7,74%, он включают в себя расходы каждого домохозяйства на ЖКХ, продовольствие, лекарства, мобильную связь, проезд в общественном транспорте и т. д.
Активы банковской системы России за прошлый год выросли на 5,8%, до 211 трлн рублей, капитал увеличился на 15,4%, до 20 трлн. Концентрация активов в очередной раз обновила «рекорд» и достигла максимальных значений, сообщили в АРБ. На топ-10 банков приходится 81,35% активов, (годом ранее — 79,7%), на топ-20 — 90,5% активов, на топ-100 — 98,7% активов. Причем на все банки за пределами этой сотни, а речь идет о 206 остальных кредитных организациях, приходится всего 1,3% активов, и заработали они лишь 2,7% прибыли.
— Это значит, что малые и средние банки, особенно региональные, работают эффективнее: они экономят на издержках, не раздувают управленческий аппарат, не тратят миллиарды на пиар и лучше знают своего клиента. Кстати, многомиллиардный пиар, красивые рекламные «завлекаловки» — это одна из форм мисселинга — недобросовестной практики продаж банковских продуктов и услуг. В большинстве случаев этим «славятся» крупные банки — отрадно, что банки-члены АРБ в число нарушителей практически не попадают, — подчеркнул Гарегин Тосунян.
«Ключевая ставка — это такое «оружие массового поражения»
Денежно-кредитная политика Банка России стала одной из главных тем съезда. Статс-секретарь — зампредседателя ЦБ Алексей Гузнов обратил внимание, что многие связывают основные проблемы в экономике страны с высоким уровнем ключевой ставки:
— Мы делали упражнение: что будет, если Банк России сейчас резко опустит ключевую ставку до уровня, скажем, в 3%. По экономическим моделям перспектива выходит еще менее радужная. Если воспользоваться спортивной терминологией, с принятием допинга спортсмен, конечно, быстро пробежит, но очень небольшую дистанцию. А нам все‑таки предстоит длительное развитие. И модели показывают, что после некоторого ускорения экономики мы опять перейдем к тому, что экономический рост замедлится и инфляция повысится, — пояснил он.
Позднее, отвечая на вопрос одного из коллег, он еще раз вернулся к теме. Директор по маркетингу АО «НБКИ» Алексей Волков заявил о давней проблеме, что регуляторная нагрузка в России обратно пропорциональна системной значимости банка. В пример привел ситуацию, когда получил замечание во время проверки о том, что по одному из заемщиков неправильно посчитан ПДН (предельная долговая нагрузка). При этом были даны четкие нормативные указания для малых и средних банков по учету доходов заемщика при условии их подтверждения из официальных источников:
— После этого события на одном из совещаний я попал в очень неудобную ситуацию. Речь шла о том, что основная дискуссия в Банке России с точки зрения борьбы с инфляцией идет вокруг ключевой ставки, но ключевая ставка — это такое «оружие массового поражения», которое бьет по всей экономике. Я сказал: «Знаю, что в федеральных банках до сих пор можно взять кредит по справке банка, не подтверждая официальный доход, а нас заставляют обязательно этот доход подтверждать». На что коллеги из федеральных банков снисходительно ответили: «Ты в каком веке живешь? Мы вообще никаких справок о доходах не берем».
На вопрос Волкова: как же тогда рассчитать ПДН, был получен ответ, что за основу берут цифры, которые называет сам заемщик. В таких условиях, по его мнению, грамотно регулировать дополнительные требования к банкам и наращивать объемы потребительского кредитования просто невозможно. «Мы понимаем, о чем говорят реальный сектор экономики и наши заемщики: высокая ключевая ставка убивает инвестиции, поскольку бьет по всем и порождает завтрашнее замедление темпов развития экономики и стагнацию. С другой стороны, тонкая настройка экономики, когда кредиты выдают только тем, кто участвует в наполнении государственного бюджета, — наверное, более разумный подход?», — спросил он зампреда ЦБ.
— Позволю себе не согласиться с определением, что «ключевая ставка — оружие массового поражения». Все‑таки ключевая ставка — это инструмент управления экономическим циклом. Негативная коннотация здесь неуместна, я бы так сказал, — ответил Гузнов, а в части расчетов ПДН напомнил о поручении президента и разработке законопроекта, который обязывает всех кредиторов в области потребительского кредитования ориентироваться на официальные источники, связанные с доходом граждан.
Документ, по его словам, будет внесен в Госдуму в эту или следующую сессию. Не согласился он и с тем, что при кредитном скоринге ориентируются только на данные заемщика, в них используют статистические сведения о том, что собой представляет регион, соответствующие отрасли, профессии и так далее. «Они, конечно, рабочие, но для более тонких настроек действительно нужно получать официальные цифры. И это соответствует, в том числе, плану по обелению экономики», заявил Гузнов.
«Доверие разъедается лукавством тех, кто пытается обманом завлечь клиентов»
Президент АРБ Гарегин Тосянун остановился на другом важном аспекте развития экономики — количестве региональных банков. По его словам, в России наметилась тревожная тенденция по их сокращению. В 22 регионах осталось по одному банку, еще в 22 — по два‑три, в 29 — такие банки отсутствуют, то есть в 86% субъектов региональные банки представлены минимально либо их вовсе нет. Сегодня на них приходится 3,8% активов и 4,1% прибыли.
— Любые банки, которые пренебрегают интересами клиентов, имеют весьма сомнительные перспективы, даже если в настоящий момент их кто‑то усиленно поддерживает. Поэтому региональный аспект особо важен для нас. Мы считаем, что для развития экономики, чтобы слова не расходились с делом, важно учитывать пространственное развитие, — заявил Тосунян.
По его словам, только доверие участников рынка и граждан друг к другу и к регуляторам обеспечивает устойчивое развитие экономики. В ассоциации сейчас работают над программой развития общества доверия, которую планируют представить правительству в рамках борьбы с мисселингом. Для большей наглядности он привел слайд с изображением крысы и лиса, чтобы «доходчиво донести, что доверие разъедается, с одной стороны, лукавством тех, кто пытается обманом завлечь клиентов, а с другой — в виде крыс мы показываем тех мошенников, кто занимается преступным видом бизнеса».
Уровень доверия к банковской системе, по мнению Гузнова, можно оценить на примере данных опроса о том, какую инфляцию ощущают граждане, по данным ЦБ, — это 13,8%. «Для нас это очень важный сигнал: пока мы не убедим граждан в том, что инфляция устойчиво снижается, говорить о каких‑то стремительных шагах в этом направлении не приходится», — заявил он.
«Экономика находится в состоянии летаргии»
Большая работа, по его словам, проводится по противодействию кибермошенничеству. Свыше 29 млрд рублей украли у россиян в минувшем году, но в то же время было предотвращено очень много переводов денег злоумышленникам — на общую сумму 13,9 трлн. Спикер напомнил про законопроект «Антифрод 2.0», которым предполагается обязать операторов связи принимать меры при получении подозрительного звонка:
— Думаю, каждый выступал в роли потенциальной жертвы, когда звонил непонятно кто, прикрываясь громкими именами и фамилиями — порой даже от моего имени. Банк России считает это проблемой, должна быть выстроена цепочка, которая позволит блокировать такого рода звонки. Для нас очень важно, чтобы операторы связи имели рычаги воздействия и несли ответственность за предотвращение соответствующих звонков в адрес граждан.
Разгоревшийся еще в прошлом году спор банков с маркетплейсами также оказался на повестке дня. В октябре 2026 года вступит в силу закон, связанный с развитием платформенной экономики. В Банке России сейчас готовят дополнительные предложения. В планах — создать инструментарий, который позволит поддерживать конкуренцию между участниками рынка и внедрять инновации как банкам, так и платформам.
— Понятно, что платформенная экономика меняет традиционный взгляд на торговую отрасль. Мы видим, что развитие многих классических ретейлеров и торговых домов замедляется, и мы можем получить несколько иную картину мира с точки зрения кредитования через несколько лет. Значит, мы должны по‑другому оценивать те активы и кредиты, которые были выданы этой отрасли. Традиционный ретейл активно кредитуется, в том числе небольшими банками, и им потребуется дополнительная оценка с точки зрения резервов и воздействия на капитал, — заключил Гузнов.
Экономист, управляющий директор АО «Эксперт РА» Антон Табах в своем докладе отметил несколько трендов. По его словам, несмотря на снижение ставок, денежно-кредитная политика в России остается жесткой: «Кредитный рынок держится в ежовых рукавицах не только процентной ставкой, но и макропруденциальными мерами. При таком уровне процентной ставки способность банковской системы генерить кредитный импульс сейчас существенно меньше, чем была 2-3 года назад и это достаточно важный фактор». Прогнозируя ситуацию с бюджетом, эксперт заявил, что в этом вопросе больше неопределенности, чем в ситуации с ключевой ставкой.
— С одной стороны, дефицит за первые три месяца близок к годовым цифрам. С другой стороны, с бюджетом действует известный принцип — дуракам полработы не показывают, соответственно, в силу сезонности, в силу того, как устроены бюджетные потоки и особенно в этом году из-за геополитики у нас ожидаются внушительные поступления во втором и третьем кварталах от экспорта, — сообщил Табах.
По его мнению, стоит ожидать большей жесткости в вопросах собираемости налогов. «У всего есть цена и сейчас цену платят через бюджет. Наконец, экономика находится в состоянии летаргии и это объективный факт», — убежден он.