Новости раздела

Отпадения от православия среди новокрещеных татар во второй половине XIX века

Из истории формирования кряшенского сообщества

Отпадения от православия среди новокрещеных татар во второй половине XIX века
Фото: предоставлено realnoevremya.ru пресс-службой rais.tatarstan.ru

Одну из субэтнических групп татарского народа — кряшен — называют уникальным народом, который продолжает жить по своим традициям и сохранять свою культуру в современном мире. Как шло формирование кряшенского сообщества, какие факторы повлияли на этот процесс, в монографии «Становление и генезис кряшенской идентичности» рассказывает авторский коллектив Института истории им. Марджани.

§ 2.3. Трансформация этноконфессиональной идентичности крещеных татар во второй половине XIX в.

Р.Р. Исхаков

Пореформенный период стал временем культурно-религиозной трансформации крещено-татарского общества. Те явления, которые копились и кристаллизовались внутри их общества на протяжении многих десятилетий дали зримые результаты и привели к кризису традиционных религиозных ценностей и усилению влияния мировых религий.

С середины 1860-х гг. отпадения от православия среди новокрещеных татар превращаются не только в массовый, а, по сути, необратимый, всеобщий процесс. В начале 1865 г. среди крещеных татар Казанской губернии начинают муссироваться слухи о якобы вышедшем царском указе, который разрешал крещеным перейти в мусульманство, что вскоре привело к сильному брожению среди них и началу открытого движения. В это же время были зафиксированы отпадения от православия в ислам среди крещеных мишарей Сергачского уезда Нижегородской губернии.

В 1866 г. движение охватывает Цивильский, Чебоксарский, Свияжский, Казанский, Мамадышский, Царевококшайский уезды Казанской губернии (125 населенных пунктов), Буинский и Симбирский уезды Симбирской губернии (35 населенных пункта, включая г. Буинск). Отпадения отмечаются также в соседних Нижегородской и Вятской и губерниях, где о своем желании причислиться к мусульманским приходам заявили жители 18 селений.

Фото: предоставлено realnoevremya.ru пресс-службой rais.tatarstan.ru

В Казанской губернии этот процесс приобрел наиболее массовый характер. В нем по официальным материалам приняло участие до 9 тыс. человек. В Казанском уезде, где до отпадений насчитывалось 2 500 старокрещеных и новокрещеных татар, лояльность церкви сохранил один Апазовский приход.

Отправив прошение о желании исповедовать мусульманство, официально заявив об этом губернским властям, крещеные татары переставали исполнять обряды православной церкви, называть имена, полученные при крещении, выплачивать сборы в пользу причта, снимали с себя нательные кресты и пр. Попытки местных светских и церковных органов вернуть их в прежнее состояние наталкивались на жесткое сопротивление, доходившее до акций массового неповиновения. Весьма красочной иллюстрацией их непримиримой позиции могут считаться ответы во время увещеваний. Так, старокрещеные татары д. Кибяк-Кози (Лаишевский уезд) на все требования станового пристава отвечали: «Если будут в нас из ружья стрелять, тогда мы умрем скоро и на нас никакого греха не будет. Если придет в нашу деревню обжорная команда, т. е. начальство с казаками, то поедят только нашу скотину и опять уберутся в свое место. Если нас переселят к русским, то и там все равно жить. Если посадят в каземат, также можно жить на готовом хлебе».

Наряду с новокрещеными в отпадениях 1860—1870-х гг. приняли участие и старокрещеные татары. В 1866 г. уклоняются в ислам жители д. Кибяк-Кози (Лаишевский уезд), Никифорово (два семейства), Елышево (Мамадышский уезд), Сорока-Сайдак, Утеево, Нижний Чепкас, Большие Аксы, Ишмурзино (Буинский уезд). Еще более массовые отпадения старокрещен фиксируются в 1870—1872 гг. В это время движение охватило Казанский, Лаишевский, Мамадышский уезды Казанской губернии, Малмыжский и Елабужский уезды Вятской, Симбирский и Буинский уезды Симбирской губерний, Самарский и Бугульминский уезды Самарской губернии. По неполным данным в Казанской губернии уклонилось от православия до 3 тыс. человек, а общая численность отпавших достигла 12—15 тыс. человек. В Симбирской губернии отпавшими числилось до 2 тыс. человек, в Малмыжском и Елабужском уездах Вятской губернии — 404 человек. Прошения о причислении их к мусульманским общинам подали старокрещены д. Яныли, Верхние Билятли, Янасала, Отары, Живут себе Усадом, Шеморданы, Три Сосны, Сосновый Ключ, Малые Савруши, Сатлыган Ключ, Нижний и Верхний Азяк Казанской губернии, Новый Салаван Самарской губернии. Случаи перехода в ислам отмечались и среди старокрещеных татар в Елабужском уезде Вятской губернии.

В 1881–1882 гг. отпадают от православия старокрещеные татары с. Апазово (Казанский уезд), д. Кушкетбаш, Сардыбаш, Бикташ (Малмыжский уезд), починок Борисовский (Елабужский уезд). В 1882 г. уфимский губернатор писал в своем всеподданнейшем отчете: «в Мензелинском уезде до 17 селений так называемых старокрещеных татар обнаружили полное отпадение от православной церкви, в которой числились по документам местного духовенства более столетия». Схожие процессы имели место среди нагайбаков Оренбургского и Верхнеуральского уездов Оренбургской губернии, переросшие в 1891 г. в открытые отпадения. Массовый характер движение приобрело среди жителей поселка Требий.

Фото: предоставлено realnoevremya.ru пресс-службой rais.tatarstan.ru

Рост отпадений старокрещеных татар и массовый исход из христианства новокрещеных татар наряду с внешними причинами, которые были связанны с осуществлением Великих реформ и либерализацией внутриполитического курса, были тесно связаны с консолидационными процессами среди татар. Создание общетатарского культурно-информационного пространства и формирование гражданской (буржуазной) нации способствовали разрушению прежних культурных, сословно-социальных, а также, частично, конфессиональных границ между отдельными группами татар. У крещеных татар данный процесс привел к усилению конфессиональной дифференциации. Часть представителей этой конфессиональной группы пожелали интегрироваться в татарское национальное и культурное поле, что в условиях, когда конфессиональный фактор оставался одним из важных маркеров этнической идентичности, было возможно только при переходе их в ислам. Эта тенденция наиболее сильно ощущалась в районах, где старокрещеные татары составляли меньшинство и жили вместе с татарами-мусульманами и отпавшими, в меньшей степени — в районах, где они проживали многочисленными компактными группами. Например, старокрещеные татары д. Новый Салаван (Самарский уезд) свое желание перейти в мусульманство аргументировали тем, что «они крещеные», поэтому «их избегают» татары-мусульмане, а представители других народов не хотят с ними вступать в тесные контакты, потому, что они хотя и крещеные, но все же татары. Поэтому лишь став мусульманами, они могут породниться с соплеменниками.

В пореформенный период отхожие промыслы, приобретают все большее значение в жизни старокрещеных татар. Это привело к усилению их культурного взаимодействия с татарами-мусульманами, и как следствие, к росту влияния у них мусульманства. Основная часть «новых» мусульман селений Кибяк-Кози, Елышево, Нижний и Верхний Азяк, Апазово, Отары после окончания аграрного сезона занимались пошивом одежды в татарских населенных пунктах. Проживая подолгу среди мусульман, они подпадали под их религиозное и культурное влияние, начинали одеваться «по-татарски», посещать мечети, брить бороду, отдавать детей на обучение в татарские конфессиональные школы. В отличие от новокрещен, которые переходили в ислам всем сельским обществом, у старокрещен отпадало от православия в основном молодое поколение, занимавшееся отхожими промыслами. Старшее поколение предпочитало официально оставаться в христианстве. В отличие от новокрещен, старокрещены при отходе от христианства не отрицали своей принадлежности к православной конфессии, но при этом отмечали, что «они татары, а у татар должна быть вера татарская, то есть мусульманская, а не русская православная». Показательно, что старокрещеные при обозначении своего отпадения применяли такие понятия, как ставший «настоящим татарином», «ушедший», «вышедший в татары».

Важным каналом исламизации старокрещен было сохранение родовых и семейных связей с отпавшими. Заключая брак с жителями населенных пунктов, в которых были сильны позиции мусульманства, жена (или муж) подпадал под исламское влияние. В этих семьях устанавливаются исламские традиции, дети воспитываются по нормам мусульманского вероучения. Исламизация старокрещен напрямую была слабо связана с усиление мусульманского прозелитизма.

Фото: предоставлено realnoevremya.ru пресс-службой rais.tatarstan.ru

К смене конфессионального статуса старокрещен толкали не только религиозные предпочтения. Многие отпавшие относились индифферентно как к исламу, так и к православию. Для них главными были те «преимущества», которые предоставлял им «статус» мусульманина в татарском обществе, например, поддержка, в том числе финансовая, которую оказывали татары-мусульмане своим новым единоверцам, налаживание бытовых и культурных связей с соплеменниками.

Во второй половине XIX в. по нашим подсчетам процесс конфессиональной дифференциации затронул до 11% старокрещеных татар и 87% новокрещеных татар. В случае старокрещеных татар отпадения сопровождались усилением социальной напряженности между представителями двух конфессиональных групп. Примеры отчужденности и недоверия между «новыми» мусульманами, традиционалистами и православными кряшенами, а порой и открытых конфликтов на религиозной почве внутри общины и отдельных семей фиксируются в многочисленных документах той эпохи. В частности, в одной из записок В.Т. Тимофеева указывается случай, наблюдавшийся в 1872 г. в д. Живут себе Усадом (Мамадышский уезд). В этом селении одним из немногих оставшихся в православии был старик Филипп, за это «дети его и вся семья его.. притесняют его, чтобы склонить к принятию магометанства». В д. Янасала (Лаишевский уезд), по рассказу местных жителей, оставшихся в православии, «отступницы при встрече с крещенками на речке говорят им «не поганьте нашу речку», плещут на них водой и бросают в них камнями».

Необходимо отметить, что причиной таких острых конфликтов был далеко не один «религиозный фанатизм» неофитов, как это пытались представить православные миссионеры. Положение было намного сложнее. Наличие внутри одной такой общины двух конфессиональных групп приводило к значительным сложностям для мира в целом. Сохранение, хотя и немногочисленной, группы православных для мусульманского большинства создавало постоянные проблемы с администрацией и церковью, стремившимися обезопасить и сохранить данную конфессиональную группу. Это давало православным миссионерам и полиции повод вмешательства в культурно-религиозную жизнь этой общины, приводило к возбуждению административных и уголовных дел против наиболее активных членов движения. В связи с этим желание сделать общину «единой» в конфессиональном плане было в определенной степени формой защиты от конфликтов с государством в будущем и фактором закрепления за ними нового, хотя и неофициального конфессионального статуса. Крайнюю нетерпимость по отношению к религиозному меньшинству внутри общины проявляло и православное большинство. «Таза» и «кара» кряшены оказывали сильное давление на своих односельчан, отпавших или тайно придерживавшихся мусульманства: лишали их земли, вынуждали покидать родные селения. В случае если отпавших было много, православное большинство стремилось разделить общину по конфессиональному признаку на две отдельные части.

Продолжение следует...

Авторский коллектив: А.Е. Денисов, Р.Р. Исхаков, Э.И. Шарафиев
ОбществоИсторияКультура Татарстан Институт истории им. Ш.Марджани АН Татарстана

Новости партнеров