Новости раздела

Как менялся спортивный мир после Олимпиад

Олимпиада в Пекине закончилась, и мир начал меняться. Журналист «Реального времени» Джаудат Абдуллин вспоминает об Олимпиадах прошлого, которые пришлись на время крупнейших политических событий того времени и изменили спортивную карту мира.

Предвоенная Олимпиада

Первой была шахматная Олимпиада 1939 года в Аргентине в момент, когда Германия напала на Польшу 1 сентября. Десятку участников игр эти соревнования сохранили жизни. Знаменитый Савелий Тартаковер, польский еврей, эмигрировал во Францию, а в Аргентине остались Мигель (Мендель) Найдорф и Паулино Фридман. Олимпийских мигрантов было так много, что не всем даже нашлось место в местной сборной, поскольку возвращаться на родину не захотел никто из сборной Германии. Пабло Михель и Гейнрих Рейнгардт остались в Аргентине, а Людвиг Энгельс отправился в Бразилию. Еще один немец Курт Дрейер перебрался в ЮАР.

Кроме них за Германию играли этнические австрийцы Альберт Беккер и Эрих Элисказес, которые пережили аншлюс, но начало войны круто поменяло его дальнейшую судьбу. С 1939 года они стали аргентинцами, а вот австрийский еврей Рудольф Шпильман бежал в Швецию и умер там от нищеты. Его соотечественник Ганс Кмох уехал в Америку, Давид Подхорцер в Англию, Эдуард Гласс — в Китай, то есть события тех лет практически уничтожили элиту австрийских шахмат.

Любопытно складывались судьбы палестинских шахматистов еврейской национальности. В Палестину перебрались из Австрии и Германии Зигфрид Вольф и Давид Энох. Энох пережил все тяготы войны и умер в 1949-м. А вот Хайнц Фердер со временем стал легендой шахмат Израиля, правда, сменив имя и фамилию на Иосифа Пората.

Участники Олимпиады Виктор Винц, Зельман Клейнштейн, Меир Раух на родину не вернулись, при том что их страна на тот момент имела статус Подмандатной Палестины, под протекторатом Великобритании. На их родине только что закончилась трехлетняя война, которую вели арабы, не согласные с политикой британского правительства о переселении евреев в Палестину. Ее окончание пришлось на сентябрь 1939-го. Но три местных гроссмейстера, проанализировав последствия Мюнхенского сговора, предпочли остаться в Аргентине.

Последствия пакта Молотова — Риббентропа

Не вернулись на родину эстонцы, узнавшие о подписании пакта Молотова — Риббентропа и вхождении своей страны в СССР. Ильмар Рауд стал аргентинцем, а двое отправились в Германию. Дело в том, что граждане Эстонии Пауль Шмидт и Гуннар Фридеман были немцами по национальности, и Фридеман даже стал солдатом Вермахта.

Литовцы Повилас Вайтонис и Маркас Луцкис, латвиец Мовша Фейгин также решили не возвращаться в свои страны, которые вошли в состав СССР. Как и чехословаки Йиржи Пеликан и Карел Скаличка, француз Аристид Громер, голландец Крис де Ронде, югослав Имре Кениг, все они пешки, попавшие в бурный водоворот конца 30-х — начала 40-х годов, который лишил этих шахматистов родины.

Сборная Австралии в один момент могла бы превратиться в одну из сильнейших шахматных сборных, поскольку туда бежали поляки Лазарь Суховольский и Франтишек Сулик, венгр Лайош Штейнер, латыш Луцийс Эндзелинс, а уже после окончания второй мировой еще и Карлис Озолс. Альфреда Флатова родители увезли в младенческом возрасте. Только вот на Зеленом континенте слабо интересовались шахматами, и австралийцы дебютировали на Олимпиадах только в 1966 году, когда поколение эмигрантов уже сошло со спортивной арены.

Война разделяла людей, а спорт сводил их снова

Война разделяла людей на разные лагеря, но спорт подчас сводил их снова. Так, на Олимпиаде 1954 года за шахматной доской сошлись сборные Израиля и земли Саар. В составе израильтян был Ицхак Алони, бывший ранее Ицхаком Шехтером, солдатом польской армии Андерса (в ней же, кстати, воевал будущий премьер-министр Израиля Менахем Бегин), а за Саар играл однорукий немец Отто Бенкнер, потерявший руку на Восточном фронте.

Поляк Исаак Аппель бежал от войны во Львов, но и там его настигли нацисты, как и его соотечественников Леона Кремера, Шая Козловского и Хенрика Погорелого, который погиб в гетто. Кароль Пильц погиб, воюя против немцев.

Станислав Кон, Мойше Ловцкий, Давид Пшеперка, Ахиллес и Хенрик Фридманы попали в заключение, где провели чемпионат Даниловичской тюрьмы. В итоге все они погибли. Кто-то в заключении, а Ловцкий и Ахиллес Фридман были убиты во время известной резни в Пальмире.

Акибу Рубинштейна спасло от смерти то, что во время немецкой оккупации его поместили в санаторий для душевнобольных. Ежи Ягельский попал в концлагерь, после подавления Варшавского восстания 1944 года. Но после освобождения он остался в ФРГ, не желая возвращаться на родину, которая на тот момент избрала социалистический путь развития.

Эмил Циннер из Чехословакии погиб в Майданеке, его соотечественника Карла Трейбала расстреляли. Война не пощадит и югославов Мирко Бредера и Мирко Шрайбера. Саломон Ландау родился в Польше, откуда уехал в Голландию во время первой мировой войны, защищал цвета этой сборной на шахматных Олимпиадах. В Голландии его нацисты и поймали, вернув на родину, в концлагерь Освенцима, где он погиб вместе с женой и шестилетней дочерью.

Гроссмейстер Бендер

Любопытна судьба Пабло (Пауля) Бендера, немецкого коммуниста, который жил в Веймарской республики, откуда бежал в Чехословакию с момента прихода к власти Гитлера. Уже оттуда гроссмейстер Бендер бежал в Боливию, где возглавил комитет свободных немцев. На родину он вернется, когда она станет ГДР, и судьба его будет не менее извилистой, чем у великого комбинатора. Он работал статс-секретарем в правительстве ГДР, сидел в тюрьме, был директором универмага на главной площади Берлина Александерплатц. В свою очередь в СССР переехали немец Эммануил Ласкер, а затем и Андор Лилиенталь из Венгрии, и Саломон (Сало) Флор из Чехословакии, ставшие советскими гражданами.

Одновременно с мужской Олимпиадой в Аргентине соревновались и женщины в рамках чемпионата мира. Среди ее участниц была австрийка Саломея Райшер, которая после аншлюса перебралась в Подмандатную Палестину. По итогу турнира домой решили не возвращаться немка Соня Граф, француженка Полетт Шварцман.

Сбежавшие во время Олимпиады-1956

Антикоммунистический мятеж в Будапеште 1956 года совпал с проведением Олимпиады в австралийском Мельбурне, где попросили политического убежища 11 членов сборной Венгрии, практически десятая часть всей спортивной делегации. Среди них были ватерполисты Антал Болвари, Арпад Дамьян и Эрвин Задор, каноист Тамаш Будаи, переехавший в Канаду, легкоатлеты Михали Иглои и Ласло Табори, ставшие американцами, и гимнастка Агнеш Келети, которая осела в Израиле.

Помимо перечисленных, за границей остались пять футболистов: Жено Калмар, Шандор Кочиш, Шандор Попович, Ференц Пушкаш и Золтан Цибор. Причем Ковач, Пушкаш и Цибор были игроками великой сборной Венгрии. Но в их случае нельзя говорить о протесте в чистом виде, поскольку футбольные контракты даже тех лет позволяли беженцам рассчитывать на безбедную жизнь в эмиграции.

Показательна история Каталин Секе, двукратной олимпийской чемпионки 1952 года, дочери бывшего ватерполиста сборной Венгрии Мартона Хаммонаи (тоже двукратного олимпийского чемпиона), ставшего нацистом и приговоренного к смертной казни. Каталин Хаммонаи вполне комфортно жила уже в социалистической Венгрии, взяв фамилию матери, дважды победила на Олимпиаде, дважды выиграла золото чемпионата Европы 1954 года. Но позднее успешная спортсменка эмигрировала в США. Ее супруг — ватерполист Кальман Маркович — решил остаться на родине и в 1960 году принял участие в третьей своей Олимпиаде (золото — 1952 и 1956 годов и бронза — 1960 года). Что касается Каталин Секе, она вышла замуж за другого ватерполиста Арпада Дамьяна, также эмигрировавшего.

Без связи с Олимпиадой из Венгрии эмигрировали три шахматиста Бела Бергер, ставший гражданином Австралии, Ласло Витт, в дальнейшем выступавший за Канаду, и член сборной Швейцарии Эрне Геребен. Всего из Венгрии эмигрировали порядка 200 тысяч человек, но именно перечисленные заслуживают особого внимания. Их спортивные дисциплины не позволяли рассчитывать на высокие контракты за границей, более того, надо было думать о конкуренции с местными звездами, тем не менее они решились на этот шаг, означавший реальный протест, ответ на политические действия, которые их категорически не устроили.

Судьбу эмигрантов выбрали и баскетболисты Тибор Ремай, братья Ласло и Янош Ходл, а также спринтерша Вера Несмелий, в ранге чемпионов Европы, сбежали в одной компании вначале в Австрию, затем и в Австралию. Там Ласло Ходл и Вера Несмелий поженились, Ласло вместе с братом Яношем взяли себе имена Лес и Джон и стали играть за баскетбольную команду Будапешта, созданную из венгерских эмигрантов.

После летней Олимпиады в Пекине-2008 Россия признала Абхазию и Южную Осетию, а после зимних Игр — 2022 — Донецкую и Луганскую народные республики.

Джаудат Абдуллин
Справка

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции «Реального времени».

Спорт Татарстан
комментарии 0

комментарии

Пока никто не оставил комментарий, будьте первым

Войти через соцсети
Свернуть комментарии

Новости партнеров