Новости раздела

«Мы как будто живем на разных планетах»: противники QR-кодов проиграли суд

В знак протеста истцы пришли на заседание в тюремных робах

«Мы как будто живем на разных планетах»: противники QR-кодов проиграли суд
Фото: Элеонора Рылова

Верховный суд Татарстана отказал в удовлетворении иска группы граждан о признании недействительным постановления Кабинета министров РТ за №208 от 19 марта 2020 года «О мерах по предотвращению распространения в РТ новой коронавирусной инфекции» и его последующих редакций. Этим документом власти республики были вынуждены ввести QR-коды в общественном транспорте и другие ограничения для сдерживания смертельно опасной инфекции. Непопулярная мера дала результат: по уровню вакцинации в стране Татарстан из аутсайдеров выбился в лидеры — поднялся с 64-го места на 8-е, на сегодня привиты более 2,1 млн человек. А самое главное — заболеваемость стала падать, врачи говорят о готовности свернуть лишние койки в ковидных госпиталях. Тем не менее противники «куаризации» не видят здесь связи и считают, что их права нарушили. «Решение было ожидаемым, но мы надеялись, что здравый смысл восторжествует», — прокомментировал адвокат одного из истцов Лаврентий Сичинава. Подробности — в репортаже «Реального времени».

В суд — в полосатых робах

В зал заседания несколько истцов, среди которых были председатель татарстанского отделения партии «Яблоко» Руслан Зинатуллин, активисты Елена Изотова и Евгений Хабибуллин, пришли в одинаковых бело-голубых полосатых рубашках, имитирующих тюремные робы. Таким образом они выражали протест против введения QR-кодов, которое, по их мнению, нарушает права граждан. Однако судья Эдуард Каминский попросил либо выйти всех «в полосатой одежде», либо снять ее. Истцы подчинились, убрав «униформу» подальше.

Рассмотрение коллективного иска об отмене системы QR-кодов в Татарстане стартовало в прошлом месяце. Первоначально претензии к Кабинету министров РТ имели 39 человек. Но поскольку более двух десятков из них, по-видимому, проживающие не в Казани, в суд не явились, они утратили статус истцов. А остальные иски, поданные группами и поодиночке, были объединены в одно дело.

Елена Изотова. Фото: Ринат Назметдинов

Из 10 оставшихся истцов на заседании присутствовали семь человек, двое, как выяснилось позже, отказались от своих заявлений. От отсутствовавшего (или опоздавшего и не допущенного в зал) Нияза Губайдуллина поступило ходатайство о приглашении в суд специалистов — главного внештатного инфекциониста Минздрава Татарстана Халита Хаертынова, главного внештатного специалиста по эпидемиологии и иммунопрофилактике Дмитрия Лопушова, главного внештатного аллерголога-иммунолога Олеси Скороходкиной. Однако судья посчитал это излишним.

Поскольку ни один из оспаривающих «куариацию» не имеет высшего юридического образования, то выступал за всех адвокат истца Евгения Хабибуллина Лаврентий Сичинава.

«При режиме ЧС граждане имеют право на возмещение ущерба»

Сичинава напирал на то, что постановление правительства Татарстана противоречит не только нормам российского законодательства, но и целому ряду международных договоров, одной из сторон которых является РФ. Адвокат перечислил несколько из них — Конвенция Овьедо, Нюрнбергский кодекс, Хельсинская декларация всемирной медицинской ассоциации, согласно которым вакцинация является делом добровольным, и за отказ от нее никто не может быть подвергнут дискриминации. Также защитник апеллировал к ч. 2 статьи 55 Конституции РФ, в которой говорится, что «в Российской Федерации не должны издаваться законы, отменяющие или умаляющие права и свободы человека и гражданина».

Нияза Губайдуллина не допустили в зал. Фото: Ринат Назметдинов

Правда, он отметил, что в той же Конституции есть исключение, позволяющее ограничивать ряд гражданских прав и свобод, но только в случае «чрезвычайного положения».

— Ни в Российской Федерации в целом, ни в отдельно взятом субъекте, конкретно — Республике Татарстан, режим чрезвычайной ситуации не вводился. В связи с чем издание оспариваемого постановления, ограничивающего граждан в своих конституционных правах, носит незаконный характер, а само постановление противоречит вышеуказанным нормам российского законодательства и международного права. Если сложившаяся эпидемиологическая ситуация не расценивается органами власти как достаточно серьезная для того, чтобы вводить режим ЧС, то, исходя из логики права, очевидно, что меры, предпринимаемые в настоящее время, не могут выходить за рамки мер, максимально допустимых при чрезвычайной ситуации, — заявил представитель истцов.

Он также напомнил, что по закону граждане имеют право на возмещение ущерба, причиненного их здоровью и имуществу, а также на медицинское обслуживание и компенсацию за проживание и работу в зоне ЧС. Однако по сути, приравнивая ситуацию к «чрезвычайному» режиму, правительство не собирается никому ничего компенсировать.

Кроме того, истцы упирали на то, что действующие в Татарстане ограничения могут вноситься только федеральным законом, которого на сегодняшний день нет. Значит, делают они вывод, речь идет о том, что регион превысил свои полномочия. Однако следует напомнить, что в условиях ухудшения эпидситуации регионы получили карт-бланш на введение ограничений.

Сичинава напирал на то, что постановление правительства Татарстана противоречит не только нормам российского законодательства, но и целому ряду международных договоров. Фото: Ринат Назметдинов

«QR-код не предусмотрен никаким нормативно-правовым актом»

Следующий пункт аргументов Сичинавы касался QR-кодов, введение которых, по его мнению, «является обязательством, не предусмотренным законом», как и сам код, являющийся по сути цифровой маркировкой товара. Это не документ, так как не содержит реквизитов и не заверен подписью.

— На сегодняшний день QR-код не предусмотрен никаким нормативно-правовым актом. В связи с чем возникает вопрос о том, чем руководствовался административный ответчик, вынося оспариваемое постановление и апеллируя понятиями, не имеющими никакого отношения к закону? — задал адвокат риторический вопрос.

Соответственно, у истцов вызывает сомнение и обязанность граждан предъявлять QR-код по требованию охранников и кондукторов, которые не являются уполномоченными лицами. Сичинава обратил также внимание на то, что сертификат о прохождении вакцинации, выданный медицинской организацией, содержит в себе врачебную тайну. Получается, что требование его предъявления противоречит ст. 13 закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации».

У истцов вызывает сомнение обязанность граждан предъявлять QR-код по требованию охранников и кондукторов, которые не являются уполномоченными лицами. Фото: Максим Платонов

Кроме того, отказ в обслуживании лиц, не имеющих заветного кода в кафе, ресторанах, других досуговых учреждениях, он приравнял к нарушению прав потребителей, а необходимость демонстрации QR-кода — к разглашению персональных данных.

— Возложив обязательства о наличии QR-кода, административный ответчик фактически разделил своим постановлением граждан, проживающих на территории Республики Татарстан, на две противоположные группы, лишив одну группу людей своих конституционных прав. И это при том, что ч. 2 ст. 19 Конституции Российской Федерации провозгласила равенство всех людей независимо от пола, расы, национальности, вероисповедания, места жительства и других обстоятельств, что является беззаконным.

В заключении своего спича Сичинава просил суд удовлетворить исковые требования заявителей и признать недействительными оспариваемые пункты постановления кабмина РТ №208 и последующие редакции этого нормативного акта.

«Введение ограничений — обязанность органов государственной власти»

Представители Кабинета министров РТ представили свою аргументацию. Они пояснили, что 30 января 2020 года ВОЗ присвоила эпидемиологической ситуации, вызванной вспышкой коронавируса, уровень международной опасности и объявила чрезвычайную ситуацию. А 11 марта того же года ситуация была признана пандемией. 31 января 2020 года правительство РФ внесло коронавирусную инфекцию в перечень болезней, представляющих опасность для окружающих.

Представитель ответчика отметила, что по российской Конституции осуществление мер по борьбе с катастрофами и эпидемиями находится в совместном ведении Российской Федерации и ее субъектов. Она перечислила ряд законов, которые дают регионам полномочия в предупреждении чрезвычайных ситуаций и реализации мероприятий, направленных на спасение жизни и сохранение здоровья людей.

— Введение органами государственной власти субъектов Российской Федерации в определенных законом случаях ограничительных мероприятий является не только правомочием, но и обязанностью таких органов, обусловленной необходимостью обеспечить безопасность и жизнедеятельность населения, — подчеркнула юрист.

Представители Кабинета министров РТ пояснили, что 31 января 2020 года правительство РФ внесло коронавирусную инфекцию в перечень болезней, представляющих опасность для окружающих. Фото: Илья Репин

Она добавила, что распоряжением президента РТ №129 от 19 марта 2020 года был введен режим повышенной готовности к предупреждению ликвидации ЧС на территории республики, а кабинету министров предписано принять меры по предотвращению завоза и распространения COVID-19. Постановление главного санитарного врача РФ от 2 марта 2020 года предписывало главам субъектов своевременно вводить ограничительные мероприятия с учетом складывающейся эпидемиологической ситуации в регионе и прогнозом ее развития. Такие ограничения принимаются органом исполнительной власти на основании предписания главного санитарного врача субъекта. Соответственно, оспариваемое постановление кабмина было принято на основании предписания главного санитарного врача по РТ от 18 марта 2020 года.

Что касается QR-кодов, то юристы ответчика не считают, что их введение ограничивает свободу передвижения граждан, оно всего лишь ограничивает посещение ими отдельных объектов. А само ограничение проводимых мероприятий — это, по их мнению, адекватное реагирование на «меры чрезвычайного характера».

Представитель кабмина также обратила внимание на то, что подобный вопрос рассматривался Конституционным судом Российской Федерации, который признал, что в борьбе с эпидемией могут быть ограничены права и свободы граждан в той мере, насколько этого требует эпидемиологическая ситуация.

Юрист Управления Роспотребнадзора по РТ Эльвира Гараева подтвердила, что ограничительные меры устанавливаются субъектом России, и граждане обязаны выполнять эти требования. Она отметила, что с начала сентября 2020 года в Татарстане наблюдался еженедельный рост заболеваемости с увеличением темпа прироста с 1,2 до 13,3% к концу месяца. Ежедневный темп прироста увеличился в 2,2 раза, а доля внебольничных пневмоний, вызванных ковидом, выросла на 20,3%.

— В сентябре текущего года было зарегистрировано более 1,5 тыс. заболеваний, что в 2,2 раза выше уровня 2020 года на сентябрь. Также увеличилась заболеваемость среди преподавателей, служащих, пенсионеров, медицинских работников. 70—80% летальных случаев регистрировались среди лиц старше 60 лет. Летальность среди данной возрастной категории превышала общий уровень в три раза, — привела статистику, обосновывающую введение ограничений Гараева.

Юрист Управления Роспотребнадзора по РТ отметила, что доля внебольничных пневмоний, вызванных ковидом, выросла на 20,3%. Фото: Ринат Назметдинов

«Будем обжаловать»

Выслушав доводы сторон, судья Каминский удалился в совещательную комнату. В итоге Верховный суд Татарстана принял решение отказать в удовлетворении иска местных жителей об отмене QR-кодов в республике.

— Решение было ожидаемым, но мы надеялись, что здравый смысл восторжествует, — прокомментировал Лаврентий Сичинава.

Он рассказал, что заявители будут обжаловать это решение в Четвертом апелляционном суде общей юрисдикции, который находится в Нижнем Новгороде.

— Нарушены семь норм международного права, около семи статей Конституции, о федеральных законах я вообще не говорю. У меня было такое ощущение, что мы живем на разных планетах. Ответчики как будто первый раз слышат, что людей от работы отстраняют из-за отказа вакцинироваться, какие-то ограничения имеют место. В постановлении, говорят, ни слова не сказано о принудительной вакцинации, понятно, что слово «принудительная» там не фигурирует. Но по факту это так, — заключил Сичинава.

Лаврентий Сичинава сообщил, что заявители будут обжаловать это решение в Четвертом апелляционном суде общей юрисдикции, который находится в Нижнем Новгороде. Фото: Ринат Назметдинов

Выйдя в коридор, Руслан Зинатуллин и Елена Изотова вновь надели свои «тюремные робы». Но охрана велела им раздеться, сочтя это «агитацией».

Элеонора Рылова
ОбществоВластьМедицина Татарстан

Новости партнеров

комментарии 7

комментарии

  • Анонимно 08 дек
    нет, не дадут им выйграть. всеми силами, правдами и неправдами
    Ответить
    Анонимно 08 дек
    В Нижнем посмотрим.
    Ответить
  • Анонимно 08 дек
    спасибо, что есть такие люди, которые не просто идут в отказную, но и защищают свои права
    Ответить
  • Анонимно 08 дек
    цирк че))
    Ответить
  • Анонимно 08 дек
    Просто хайп
    Ответить
  • Анонимно 08 дек
    Я уверена, они знали чем дело кончится
    Ответить
  • Анонимно 09 дек
    молодцы!
    Ответить
Войти через соцсети
Свернуть комментарии