Новости раздела

«Младшее поколение становилось проводником христианских идей в семье»

Из истории формирования кряшенского сообщества

«Младшее поколение становилось проводником христианских идей в семье»
Фото: realnoevremya.ru

Одну из субэтнических групп татарского народа — кряшен — называют уникальным народом, который продолжает жить по своим традициям и сохранять свою культуру в современном мире. Как шло формирование кряшенского сообщества, какие факторы повлияли на этот процесс, в монографии «Становление и генезис кряшенской идентичности» рассказывает авторский коллектив Института истории им. Марджани.

Вокруг Н.И. Ильминского постепенно консолидируется группа единомышленников, организовавших неофициальную комиссию переводчиков, построившую свою деятельность на основе новой методики. В нее, наряду с Ильминским и Тимофеевым, вошли профессор КазДА Г.С. Саблуков — хороший знаток татарского, греческого и арабского языков, переводчик Корана с первоисточника на русский язык, сменивший его на кафедре профессор Е.А. Малов, который, наряду с татарским, владел арабским, еврейским и греческим языками. Благодаря их совместной работе в 1866 г. свет увидел татарский перевод одной из центральных книг православного вероучения — «Евангелие от Матфея».

Период 1860-х гг. стал переходным в разработке методики переводов на татарский язык. Переводчики, с одной стороны, начинают активно внедрять новые подходы, разработанные Ильминским, с другой, еще сохраняются заметные следы академической школы, связанной с деятельности Переводческого комитета КазДА. В текстах 1860-х гг. встречаются «реликты» арабской и татаро-мусульманской литературной традиции. Например, отмечается использование вместо буквы «е» буквы «и» в окончаниях слов, что было традиционно для классической турецко-османской и татарской литературы, но не для татарской фонетики и народного языка. Кроме того, при фиксации некоторых слов, в соответствии с правилами татарской письменности того времени, игнорировались гласные звуки. Постепенно с выработкой четких правил и норм переводческой деятельности, накопления опыта и более глубокого знакомства переводчиков с татарской фонетикой, эти недочеты были устранены. Язык переводов в морфологическом и фонетическом отношении приближается к современному татарскому литературному языку, становится действительно языком понятным и близким простому народу.

В 1867 г., когда в Казани открывается Братство св. Гурия, происходит дальнейшее расширение деятельности по переводам на татарский язык. Одним из приоритетных направлений братства с самого своего основания становиться перевод православных богослужебных текстов на нерусские языки. На базе братства организуется особая комиссия, которая берет на себя перевод православных книг на языки нерусских народностей Волго-Уралья, их цензуру и издание. В начале 1868 г. архиепископ Антоний, обратился в Св. Синод с ходатайством об официальной организации комиссии, и 18 марта 1868 г. данное предложение было высочайше утверждено. У Переводческой комиссии первоначально не было ни четкого плана деятельности, ни определенного штата сотрудников. Составление переводов и их корректура осуществлялась энтузиастами-востоковедами из числа профессоров КазДА и православного духовенства. В 1869 г. председатель Братства св. Гурия, попечитель КУО П.Д. Шестаков добился официального признания за комиссией особых прав и назначении ее руководителем Н.И. Ильминского. С 1867 по 1875 г. комиссией на татарский язык были переведены и напечатаны 12 изданий.

Фото realnoevremya.ru

С 1875 г. у Переводческой комиссии был повышен официальный статус. С этого времени комиссия стала курировать переводы, цензуру и печать книг по христианской тематике на языках всех нерусских народностей Волго-Уралья и Сибири. Основными переводческими центрами являлись «инородческие» учебные заведения. На татарский язык переводы осуществлялись на базе КЦКТШ и КУС, на марийский — в Унжинской центральной черемисской школе, на удмуртский — в Карлыганской миссионерской школе, на чувашский — в Симбирской чувашской учительской школе. Первыми переводчиками из нерусских народов становятся руководители и учителя этих школ: В. Тимофеев, И. Яковлев, Т. Егоров, Г. Яковлев, Д. Филимонов, Б. Гаврилов, С. Тимрясов, М. Дмитриев, А. Ракеев, А. Юртов, И. Кедров и др. В качестве координирующего центра выступала КУС.

Главным направлением в деятельности Переводческой комиссии в пореформенный период становятся издания православных текстов на тюркских языках. Привлечение в комиссию таких известных ученых-тюркологов, как Н.И. Ильминский, М.А. Машанов, Г.С. Саблуков позволило поставить переводческую деятельность на татарском языке на очень высокий уровень. Детальная точность татарских текстов достигалась использованием оригинальных греческих текстов и комментариев авторитетных богословов. Татарские переводы, по словам М.А. Машанова, служили «в некотором роде подлинниками для переводов на другие инородческие языки». Это можно объяснить несколькими причинами. В Казани к этому времени сложилась серьезная научная школа татарского языкознания, имевшая глубокие традиции, связанные с кафедрами татарского языка Казанской гимназии, Казанского университета и КазДА. Переводчики при первоначальной работе должны были использовать первоисточники и в совершенстве знать языки, на которых они были написаны. Такой научной подготовкой обладал ограниченный круг специалистов, которые в большинстве своем были преподавателями и воспитанниками татарского («противомусульманского») отделения КазДА, специализировавшимися на изучении татарского языка. Поэтому татарские переводы, вплоть до начала ХХ в., являлись образцом для православных текстов на языках других тюркских и финно-угорских народов Волго-Уралья. Благодаря близости данных языков, относившихся к алтайской языковой семье, использование татарских текстов значительно облегчало работу переводчиков.

Основная часть изданий комиссии распространялась бесплатно среди православного духовенства «инородческих» приходов, а также учителей миссионерских школ. Кроме конфессиональных учебных заведений, в качестве учебных пособий они использовались в министерских и земских училищах. Для широкого и оперативного распространения переводов создаются книжные склады, вводятся должности книгонош. К 1893 г. в Казанской, Вятской, Самарской, Уфимской, Пермской, Симбирской губерниях было создано 27 книжных складов, реализовывавших книжную продукцию комиссии на местах. Татарские переводы распространялись через книжные склады КЦКТШ, в с. Нырьи (Мамадышский уезд), в г. Уфе и Чистополе.

С 1877 по 1905 г. по неполным данным Переводческой комиссией издано на татарском языке было 88 названий книг общим тиражом 559 050 экземпляров.

Фото realnoevremya.ru

Внедрение новых методов переводческой деятельности имело тесную связь с другими важными идеями в области религиозного просветительства. Миссионеры-реформаторы осознали, что донести истины христианского вероучения невозможно без развития грамотности сельских жителей, создания системы двуязычного начального конфессионального образования.

В 1864 г. Н.И. Ильминский отмечал, что среди крещеных нерусских народов проявилось стремление к образованию молодого поколения. Он предложил воспользоваться этим желанием. Справедливо полагая, что начальное образование влияет на «образ мысли» человека, он настаивал на организации новой школы, «понятной и притягательной» для крещеных татар.

Составление алфавита и издание первых книг позволило Ильминскому расширить свою деятельность и официально открыть в Казани в 1864 г. первую школу, работавшую по новой методике. Основную роль в ее возникновении сыграл В.Т. Тимофеев. Осенью 1863 г. в своей квартире на Арском поле он поселил трех мальчиков из своей деревни и стал обучать их основам православного вероучения и грамоте. В августе 1864 г. Н.И. Ильминский обращается с ходатайством в МНП о разрешении открытия частной школы, для обучения детей крещеных татар в Казани. Эту просьбу поддержал попечитель КУО П.Д. Шестаков и в 1864—1865 учебном году школа начала работать на следующих основаниях: 1) школьники должны были жить в пансионе, нанятом на частные средства; 2) плата за обучение не предусматривается; 3) ученики должны изучать русский язык и грамоту; 4) основные предметы обучения: православные молитвы, Закон Божий, краткий катехизис, священная история по книгам, переведенным на татарский язык. Наблюдение и руководство за школой поручалось Н.И. Ильминскому и Е.А. Малову.

Появившаяся как небольшой частный пансион вскоре школа становится довольно крупным учебным заведением. На второй год здесь обучались уже 20 детей, а в 1866 г. общая численность учеников достигло 40 человек. Быстрый рост школьников поставил вопрос об улучшении ее учебной и материальной базы. В связи с тем, что КЦКТШ считалась частным заведением, ее финансирование осуществлялось за счет пожертвований благотворителей и средств родителей учеников.

В 1868—1870-х гг. известный алтайский миссионер, архимандрит Макарий (Невский), обучая учеников хоровому исполнению православных молитв, поставил церковное пение в КЦКТШ на весьма высокий уровень. Церковное пение в стенах домовой церкви школы поражало и оказывало большое эмоциональное воздействие на присутствующих. В частности, чувашский просветитель И.Я. Яковлев вспоминал, что первое посещение православной службы на татарском языке в КЦКТШ произвело на него неизгладимое впечатление.

Фото realnoevremya.ru

Упор на конфессиональное образование, наряду с практическими задачами, преследовал и педагогические цели. Любое образование, по мнению Ильминского, без серьезного нравственного воспитания в религиозном духе должно было привести к негативным последствиям для ученика. Вестернизировавшись и приобщившись к секулярной культуре «инородцы» приобретали худшие черты европейской цивилизации, становились маргиналами в среде своих соплеменников. Избежать этого можно было путем развития в ребенке глубокой религиозности, а также сохранением привычного для него патриархального быта в школе. Основная цель школьного образования и воспитания, по Ильминскому — «религиозное перерождение» ребенка, при сохранении его тесной связи с сельским миром. Это было необходимо еще и для того, чтобы в будущем, став сельским учителем, он вновь полноценно влился в крестьянскую среду. Ставя на первый план духовность и простоту, Ильминский отдавал предпочтение народным ценностям и религиозным дисциплинам перед культурными идеалами русской интеллигенции и светскими науками.

Воспитывая детей в православном духе, Ильминский предполагал оказать воздействие и на старшее поколение. Школа брала на себя ряд семейных функций, ибо семья не могла дать православного воспитания ребенку, поэтому система Ильминского противопоставляла христианское воспитание в школе традиционалистскому воспитанию в семье. Таким образом, младшее поколение, получив православное воспитание в школе, становилось проводником христианских идей в семье. Талантливый педагог и хороший психолог, Н.И. Ильминский осознавал, что молодое поколение, в отличие от взрослых, легко воспринимает новые религиозные идеи, который предлагает учитель-миссионер. Понимая, что вера является для «инородца», живущего в несекурилизованном, патриархальном обществе, основой мировосприятия, просветитель предлагал акцентировать внимание не на обучении, а на воспитании ребенка, формирование у него глубоко религиозного мировоззрения, основанного на христианстве. Постепенно с развитием сети конфессиональных школ новое молодое поколение должно было быть оторвано от традиционного культурно-религиозного образа жизни старшего поколения и воспитано в христианском духе.

Благодаря постепенному распространению конфессиональных школ, построивших свою деятельность на принципах, заложенных в Казанской центральной крещено-татарской школе и функционировавших в рамках системы Н.И. Ильминского, к концу XIX в. начальное образование стало общедоступным для молодежи старокрещеных татар. По официальным данным, в 1885—1886 учебном году по Мамадышскому уезду Казанской губернии 7% детей об. п. школьного возраста из числа кряшен обучалась в начальных учебных заведениях, в тоже время доля детей других этноконфессиональных групп, представленных в этом регионе, посещавших школы не превышала 1,6%. Схожая ситуация складывается в Восточном Закамье, где проживала наиболее многочисленная группа старокрещеных татар. О масштабах работы православных просветителей, может свидетельствовать тот факт, что в большинстве их крупных населенных пунктов Казанской губернии, численность жителей, обучавшихся в школах, к концу XIX в. достигла 50—60% от общего количества населения муж. п. Отмечаются примеры и более высокой грамотности. Так, в селе Никифорово (Мамадышский уезд, в 1897 г. здесь проживали 779 чел.) 80% жителей муж. п. и 30% жен. п. имели начальное образование; около 30 его уроженцев в разное время учились в КУС, КЦКТШ, на Миссионерских курсах в Казани.

Авторский коллектив: А.Е. Денисов, Р.Р. Исхаков, Э.И. Шарафиев
ОбществоИсторияКультура Татарстан

Новости партнеров