Новости

05:20 МСК
Все новости

Ильшат Аминов: «Каждый татарин должен помочь национальной школе, где бы он ни проживал»

«7 дней»: от проблем изучения татарского в истинно татарских районах до трудностей вхождения местного продукта в федеральные сети

Ильшат Аминов: «Каждый татарин должен помочь национальной школе, где бы он ни проживал» Фото: tnv.ru

Пример Европы открыто демонстрирует, как не слишком грамотная миграционная политика Старого Света ведет к все более полному пониманию, что мигранты — это не только дешевая рабочая сила, но и потенциальные риски, рост этнической преступности, опасность нарастания социальных волнений. Как им избежать большой беды, с кого взять пример? Почему история с газовым котлом вызвала негодование Рустама Минниханова? Как Брюгге уронил Марийскую республику в рейтинге социально-политической устойчивости? И почему крупные торговые сети отказываются от местного продукта? Об этом и не только шла речь в очередном выпуске еженедельной итоговой программы «7 дней» телеканала «ТНВ».

«Татар булсан мэктэбкэ булыш»

Как считает ведущий программы Ильшат Аминов, поучиться в деле работы с мигрантами стоит у Татарстана. Республика исторически является общим домом для многих народов, и за последние десятилетия наблюдается постоянное увеличение нашей многонациональной семьи.

Как сохранить эту привлекательность, национальное многообразие, мир и спокойствие, обсуждали в начале недели в Казани на совместном заседании Совета при президенте Республики Татарстан по межнациональным и межконфессиональным отношениям, антитеррористической комиссии и Совета муниципальных образований республики. Как отметил Рустам Минниханов, обстановка в республике спокойная, и дается это ежедневным, кропотливым трудом, однако расслабляться и снижать бдительность нельзя, поскольку миграционные риски в России в целом и в Татарстане в частности нарастают.

Только с начала года в Татарстане на миграционный учет поставлено свыше 181 тыс. иностранных граждан, что на 8,5% больше аналогичного периода 2015 года. В 2011 году число граждан, поставленных на миграционный учет по месту пребывания, было около 134 тыс. человек, в 2015 году эта цифра составила уже 225 тыс.

Какие города и районы больше всего подвержены миграционным рискам, в число которых входят и опасность межэтнических конфликтов, и риски формирования закрытых анклавов? Прежде всего это крупные населенные пункты — Казань, Набережные Челны, Зеленодольск, Альметьевск, Нижнекамск, Лениногорск. При этом многое зависит от усилий и действий местной власти, профилактической работы органов местного самоуправления. И мелочей в этой работе быть не может, а задача сохранения и развития языков, культуры, обычаев и традиций народов вообще является первоочередной. Но как можно говорить о сохранении и развитии других традиций и языков, если свой родной, татарский язык, свои обычаи мы не всегда чтим и храним, как следовало бы?

Как сохранить национальное многообразие, мир и спокойствие, обсуждали на совместном заседании Совета при президенте РТ по межнациональным и межконфессиональным отношениям, антитеррористической комиссии и Совета муниципальных образований республики. Фото prav.tatar.ru

На том же заседании в зону критики попали отдельные «татарские районы» республики, которые в этом отношении отличились со знаком «минус». Азнакаевский район во все времена был настоящей кузницей татарских национальных кадров — отсюда вышли знаменитые писатели, поэты, люди культуры и искусства. Актеры Камаловского театра Нэжибэ Ихсанова, Асгар Шакиров, поэты Марсель Галиев, Рустам Закуанов, певцы Зайнап Фэхретдинова и Салават Минниханов и многие-многие другие. Можно даже не сомневаться, что известные люди из Азнакаево, их национальное самосознание во многом сформировались под влиянием окружения, среды, родины. Возможно, многие из них и не стали бы известными, если бы не родились в татароязычном Азнакаево. Кстати, в Азнакаевском районе и сегодня жители на улице говорят исключительно на татарском.

Пожалуй, нигде в республике, как в Азнакаево, нет такого обилия татарского языка: магазинные вывески, названия улиц, парков, скверов — здесь не возникает трудностей перевода. Для жителей Азнакаево татарский язык не просто язык государственной важности — это, в первую очередь, язык общения.

По словам, замглавы администрации Дамира Газизова, цель руководства района — это создание татарского окружения, татарской среды и в этом вопросе учитываются все детали. Но вот с преподаванием родного языка в районе — серьезные пробелы.

Еще пару лет тому назад дети, проживающие в деревнях и селах Азнакаевского района, обучались у себя в родной деревне, причем исключительно на татарском языке. Одна из таких школ в деревне Эсэй, что находится в 10 километрах от Азнакаево. Когда-то здесь была большая полноценная общеобразовательная школа, теперь осталось только три первых класса. Все предметы в начальной школе преподаются исключительно на татарском языке.

Дальше за образованием дети едут в город. Сегодня 700 человек из татарских деревень учатся в обычных школах, но с одной оговоркой: в специальных, якобы созданных для них татарских классах. Как выяснила съемочная группа «7 дней», все учебники, по которым учатся школьники, — на русском языке, но…

Татарская гимназия в Азнакаево только одна и укомплектована на 100%. Так что выбор у родителей остается небольшой, они отводят детей в хоть и русскую школу, но детей можно отдать в так называемые татарские классы, где обучение ведется на родном языке. Из 12 общеобразовательных школ в 7, согласно отчету отдела районного образования, такие национальные классы есть. Доказательства того, что в школах Азнакаевского района существуют татарские классы, как и доказательства их отсутствия журналисты программы нашли.

Согласно официальной статистике министерства образования, в Азнакаево из более чем 5 тыс. детей-татар лишь четверть обучается родному языку. В том числе и в пресловутых татарских классах — татарских в понимании местных властей.

Азнакаевский район в поле зрения попал лишь по одной причине — негоже такому татарскому району иметь такие низкие показатели по преподаванию родного языка. Этому району, учитывая сходство в весовых категориях, в пример можно было бы привести Актанышский, где 95% населения — татары и 96% детей изучают татарский язык. В безусловных лидерах — Атнинский район: татар здесь проживает 96% и стопроцентное национальное обучение. Весьма низкие показатели в таких районах как Агрызский — 35% школьников обучаются на татарском языке, в Буинском — 37%, в Бавлинском — 34%, в Нижнекамском – 31%, в Альметьевском — 25%. Но эти сведения из смешанных районов, где татары составляют всего лишь половину населения.

Как можно говорить о сохранении и развитии других традиций и языков, если свой родной, татарский язык, свои обычаи мы не всегда чтим и храним?

Родители из татарских деревень осознанно отдают своих детей не в татарские школы чаще всего потому, что опасаются единого госэкзамена, вернее, того, что чадо попросту не сможет его сдать, учась в чисто национальной школе. Однако, по мнению экспертов, лучше ЕГЭ сдают учащиеся именно татарских школ.

Сохранение татарского языка — это основной вопрос, стоящий сегодня не только в отдельном районе, но перед всей татарской нацией. Как считает Ильшат Аминов, в этом вопросе существуют четыре точки опоры: национальное образование, национальная культура, религия с национальным уклоном и национальные средства массовой информации, действия которых должны быть направлены, прежде всего, на семью, где в основном и происходит освоение и закрепление родного языка. Основа выживания любой нации — прежде всего национальное образование. «А у нас, — говорит Аминов, — богатые татары продолжают строить только мечети. Уже хватит. Пора строить национальные школы и университеты. Не можете построить школу — поддержите учителя татарского языка или купите оборудование для татарского класса, дайте стипендию одаренному ребенку. Татарские школы должны стать лучшими, престижными учебными заведениями».

Причем в такие школы, считает ведущий программы, должны стремиться представители всех национальностей. Нужна широкая общественная инициатива и массовая благотворительность по поддержке татарских школ от Владивостока до Калининграда и дальше: «Хотел бы даже провозгласить новый лозунг: «Татар булсан мэктэбкэ булыш», или, говоря иначе, «Каждый татарин должен помочь национальной школе, где бы он ни проживал», — с экрана обращается к общественности Татарстана глава республиканского телеканала.

История одного города

Как показал недавний рейтинг социально-политической устойчивости от фонда «Петербургская политика», Татарстан вновь на первом месте. Кроме него в пятерку лидеров рейтинга, в число так называемых «Регионов с максимальной устойчивостью» вошли Тюменская, Калужская и Пензенская области, а также Ямало-Ненецкий АО. Авторы-составители рейтинга указали, в том числе, и на те недавние события, которые повлияли на распределение мест. Для Татарстана это начало строительства в ОЭЗ «Алабуга» двух новых заводов и утверждение ее наблюдательным советом проектов четырех новых резидентов с общим объемом инвестиций в размере 1 млрд руб. Помимо этого, на попадание в самый верх рейтинга повлияло и заключение между правительством Татарстана и компанией «Уралхим» долгосрочного соглашения о поставках минеральных удобрений, и, безусловно, множество деловых поездок президента Рустама Минниханова, в частности, в США.

Тем временем некоторые соседи республики по Приволжскому федеральному округу, увы, упали в рейтинге. К примеру, Марий Эл оказалась аж на 64-м месте — на снижении позиций сказалось невыполнение правительством региона ряда социальных обязательств перед населением. Так, негативный эффект оказало постановление правительства Марийской республики о приостановке в 2017 году ряда социальных программ, в том числе субсидирования строительства и приобретения жилья сельчанами, многодетными и бюджетниками.

На попадание Татарстана в самый верх рейтинга повлияло строительство в ОЭЗ «Алабуга» двух новых заводов и утверждение ее наблюдательным советом проектов четырех новых резидентов. Фото Олега Тихонова

Съемочная группа «7 дней» решила посетить соседнюю республику, чтобы изучить не самый позитивный опыт, что иногда тоже полезно. На встрече с журналистом программы заслуженная артистка Марий Эл рассуждает: «Кто такой Брюгге? Я его не знаю». Она, конечно, знает, что Брюгге — это такой город в Бельгии, но сарказм ее объясним: в столице республики Йошкар-Оле, похоже, слишком увлеклись известными архитектурными копиями — на Москву, в частности, да и на Европу в целом. Тут есть набережная Амстердам и та самая Брюгге, обустраиваемая в стиле европейских старинных городов.

В петиции, отправленной на этой неделе президенту Путину, жители столицы, общественники пишут: «Нас убеждают, что в республике нет средств для исполнения своих обязательств. Но мы видим совсем иное. В городе Йошкар-Ола на глазах отстраивается богатая набережная с гранитными парапетами, мостами и памятниками. А на реальную поддержку семей с детьми денег в бюджете нет?».

Автор текста Екатерина Виктоняк всего за две недели вместе со своими многочисленными единомышленниками собрала около 3 тысяч подписей под документом. Говорит, это было несложно — в Марий Эл нынче каждая многодетная семья несчастна одинаково.

А вот глава республики Леонид Маркелов на днях сделал вид, что не знает о существовании документа от 14 ноября, отменяющем действие ряда соцпрограмм, где, в том числе, черным по белому написано: «приостановить возмещение процентной ставки по кредитам многодетным семьям на строительство или приобретение жилья».

И как после этого не возмутиться общественности и тем, кого данное постановление затронет лично: в среднем для семьи отмена возмещения процентной ставки — это лишние траты в 10 тыс. рублей. Впрочем, Маркелов тут же уверяет, что документа этого не читал, но с сутью его не согласен.

В 5 километрах от столицы республики несколько лет назад по федеральной программе выделили землю многодетным семьям. Власти призывали: стройтесь, а мы коммуникации все подведем. Но подвели — не подвели. Даже школу обещали свою —школы нет тоже, причем она даже не в ближайшей деревне. Есть школьный автобус, да не здесь. Он забирает и высаживает детей в соседней деревне, от которой до дома еще 7 километров. И вся эта несуразица от того, что школа и поселок — в разных районах, а чиновники все никак не разберутся, кто в ответе за тех, кого…

Наверное, когда-нибудь этих мальчишек и девчонок, шагающих в 25-градусный мороз 7 километров до своего дома, а также их родителей, пожалеют. Наверное, даже отменят пресловутое постановление правительства. Письмо, говорят, до российского президента дошло и реакция есть. Но осадок, как говорится, останется. Так что удивляться скромным местам Марий Эл во всех общероссийских «соцсоревнованиях» никто, конечно, не будет.

Лекарство от импортных таблеток

Правительство России на этой неделе расширило список запрещенного для импорта медицинского оборудования. Под запрет попали: диагностические наборы, хирургические и стоматологические инструменты, рентгеновские аппараты, технические средства реабилитации, ватно-марлевые медицинские изделия, физиотерапевтическое оборудование и инкубаторы интенсивной терапии для новорожденных. Запрет госзакупок касается всех изделий из утвержденного списка, если в стране имеется не менее двух российских компаний, выпускающих данное оборудование. А вот частные медицинские центры могут закупать все, что угодно у любого производителя.

Из-за невыгодного производства на «Татхимфармпрепаратах» сняли с производства 4 препарата, в ближайшее время такая судьба ждет еще почти 7 наименований медикаментов. Фото tatpharm.r

Расширение запретного списка, по мнению членов правительства, будет способствовать развитию отечественного производства, по аналогии с продуктовым эмбарго. Но почему средний чек на медикаменты часто оказывается выше продуктового и возможно ли экономить на таблетках и микстурах, не отказываясь от лечения, решили разобраться журналисты итоговой программы телеканала «ТНВ». И первым делом отправились туда, где производят таблетки и прочие медикаменты, — в компанию «Татхимфармпрепараты».

Производственный цикл в фармации один из самых длинных: на разработку нового препарата, его испытания и регистрацию уходят годы, иногда десятилетия, да и вывод его на рынок тоже оказывается не коротким. Чтобы сформировать спрос на новый медикамент, нужно его хорошенько разрекламировать, ознакомить профильных врачей, аптеки и заинтересовать в нем дистрибьюторов.

Работать с дешевыми медикаментами аптечным сетям невыгодно. Продавая препарат за 10—15 рублей, они зарабатывают 2—3 рубля, а вот реализуя таблетки за 100 рублей, сеть имеет доход в 20—30 рублей при той же наценке. Поэтому на рынке реализуется много «новых» препаратов в красивых упаковках, но с тем же действующем веществом. К примеру, всем известный парацетамол на упаковке назвали модным «Панадолом», а его цена на полке поднялась в 11 раз, а главное действующее вещество осталось все то же — парацетамол. И таких примеров уже сотни. Причем чаще всего сотрудники аптек предлагают покупателю в первую очередь дорогие лекарства.

До работы в аптеке фармацевт Серов продвигал препараты нескольких крупнейших иностранных фармацевтических компаний. Формируя к ним лояльность врачей, организовывали научные школы, конференции и даже устраивали праздничные елки и дорогостоящие экскурсии на заводы-производители в Европу.

Российским производителям в этом плане сложнее. Маржинальность их дешевых препаратов намного ниже, а получать кредиты под развитие и модернизацию тяжелее и дороже. Если все же медикамент попал в список жизненно необходимых важнейших лекарственных препаратов и его цена регулируется государством, то производить его порой становится убыточно.

По словам гендиректора «Татхимфармпрепаратов» Тимура Ханнанова, из-за невыгодного производства в компании сняли с производства 4 препарата, в ближайшее время такая судьба ждет еще почти 7 наименований медикаментов. Все зависит от стоимости валюты и рыночной конъюнктуры.

Завоевывая российский рынок, западные фармацевтические компании начали открывать здесь свои заводы, больше похожие на упаковочные цеха. Для снижения издержек располагают их в свободных экономических зонах, избегая тем самым оплаты ряда налогов, которые, в свою очередь, обязаны платить местные компании, тем самым изначально проигрывая конкуренцию. Как ни странно, но российское законодательство к импортным медикаментам тоже оказывается лояльнее. Поэтому и рынок на 60% принадлежит зарубежным лекарственным препаратам.

Лицом к предпринимателям

На прошедшей неделе в Казани прошло заседание расширенного Совета по предпринимательству при президенте Татарстана с участием Рустама Минниханова. Как малому бизнесу попасть в госпрограмму ОМС, как избежать повальных экологических штрафов или как привлечь в Великий Болгар рестораторов и отельеров? На встрече звучали непростые, порой противоречивые вопросы.

На прошедшей неделе в Казани прошло заседание расширенного Совета по предпринимательству при президенте Татарстана. Фото prav.tatar.ru

Эксперт Совета по предпринимательству Венера Камалова рассказывает о случае из практики: «К нам обратился фермер, которого оштрафовали на 180 тыс. рублей за то, что он повесил обычный бытовой газовый котел в подсобном помещении».

Это случай из жизни, но реальность его не отменяет его же абсурдности. Если бы этот фермер повесил тот же газовый котел у себя дома, то об этом даже не узнали бы. Но к предпринимателю у надзорных органов, как известно, особый интерес.

Вопросов у Рустама Минниханова по этому поводу на заседании было немало: «Зачем для бытового газового котла оформлять какие-то документы? Каждый газовый котел имеет паспорт. Не сертифицированный газовый котел ни одна служба не подключит. Какую цель преследуют проверяющие?».

— Они хотят определить уровень воздействия газового котла на атмосферную среду.

— Пожалуйста, пусть берут паспорт и смотрят, какой выхлоп. А что, для этого нужно экспертизу делать? Этот котел сертифицирован, там прописаны все факторы воздействия на атмосферу. Кто такую глупость придумал?

Глава управления Федеральной службы по надзору в сфере природопользования по РТ Фарид Хайрутдинов отвечает: «Я считаю, что с котлами не совсем удачный пример взят. На бытовой котел никто не требует разрешительную документацию».

Но как оказалось, еще как требуют. Предприниматели Лениногорска предоставили подтверждающее сей факт видео: с проверкой пожаловали представители Юго-Восточного территориального управления Минэкологии, и один из чиновников заявляет, что поводом для проверки мог бы быть и анонимный сигнал, но в данном случае у него есть и более серьезные основания — предписание прокуратуры. В подтверждение предприниматель предоставил письмо, где значится жесткое указание: «провести подготовительную работу для отбора проб организованных выбросов». В конце письма суровая приписка: «Невыполнение предписания ведет за собой привлечение к административной ответственности в виде штрафа на должностных лиц».

Возмущенный этим фактом президент республики заявил: «Сделали так, что кто-то ваш прикормленный будет делать какие-то замеры. Ничего он делать не будет! И экология от этого у нас не улучшится. У нас коррупция увеличится и все. Сделайте добрый жест, помогите предпринимателю оформить документацию по техническому паспорту котла. Если вам нужны деньги, придите ко мне, я вам сам деньги дам. Не издевайтесь над людьми».

На Совете по предпринимательству не раз звучала мысль, что «взаимоотношения бизнеса и власти — это улица с двусторонним движением». Так, представители частного медицинского бизнеса выступают за более тесное сотрудничество с государством, в том числе за доступ к системе обязательного медицинского страхования. Минздрав не против, да и президент Минниханов только «за», но озвучил и встречное предложение: «Частному бизнесу надо переформатировать свои подходы, чтобы не было так, что оказывать только выгодные ему виды услуг, а остальные путь государство оказывает. Предприниматели должны оказывать весь комплекс услуг, тогда это будет интересно государству».

Государству сегодня очень интересно развивать и внутренний туризм. Малый бизнес здесь опять же серьезный партнер и помощник. Музеи-заповедники Болгар и Свияжск приняли в 2015 году более 600т тысяч туристов. Потоки эти будут только расти, а вот индустрия гостеприимства в том же Болгаре серьезно запаздывает, говорили на Совете: не хватает гостиниц и точек общепита, ремесленных мастерских, нет детского игрового пространства, аренды велосипедов и лодок. На что Рустам Минниханов тут же предложил ряд решений: «Надо бесплатно давать участки, пусть предприниматель приезжает и обслуживает гостей. Если в Болгаре кто-то хочет торговые точки открыть, это нужно поощрять, а не разводить бюрократию. Если есть ограничения, которые связаны с некими вопросами, то найдите площадки, куда мы можем привлечь бизнес. Давайте покажем, как образцово можно построить бизнес в Болгаре и Свияжске».

Чтобы на прилавках торговых сетей стало больше местных продуктов

За 9 месяцев этого года в Роспотребнадзор Татарстана поступило 856 звонков от жителей республики, кроме устных обращений, было и 1100 письменных. Такие данные 6 декабря обнародовала руководитель управления Марина Патяшина. Больше всего людей волнует качество и безопасность продуктов питания. Чаще всего татарстанцы жалуются на нарушение условий торговли и несоблюдение товарного соседства; на втором месте претензий — отсутствие книги жалоб и предложений и несоответствие цены на ценнике и кассовом чеке; третье — реализация продуктов с истекшим сроком годности.

Больше всего людей волнует качество и безопасность продуктов питания, говорит Марина Патяшина. Фото Максима Платонова

За 9 месяцев специалисты Роспортебнадзора проверили почти 1,5 тысячи объектов общественного питания и торговли, а также занятых производством пищевых продуктов, где выявили более 7 тысяч нарушений. Сумма наложенных штрафов — около 26 млн рублей, с реализации сняты более 2,3 тысячи партий некачественной и опасной продукции объемом 68,5 тонны. Это почти в 7 раз больше, чем за аналогичный период прошлого года.

Как отметили в Роспортебнадзоре, качество и безопасность продуктов питания, реализуемых на территории Татарстана, в целом не ухудшились. Кстати, и на Совете по предпринимательству говорили о том, как сблизить интересы пищевой промышленности и торговли. Всегда ли местные производители могут попасть на полки сетевых магазинов? Пускают ли их туда? И при каких условиях? Ответы на вопросы прозвучали в репортаже Сергея Темлякова.

Съемочная группа отправилась на недавно открытый завод минеральной воды в селе Большие Тарханы. На месторождении, которое разрабатывали 9 лет, обнаружили сразу четыре вида воды. О ее качестве говорят золотые медали на международном конкурсе. В январе на заводе планируют запустить вторую линию по производству воды и в стеклянных бутылках, и в пластиковых. Сейчас стоит вопрос о расширении реализации. «Тарханская» уже поставляется в четыре крупные торговые сети.

Как говорит компании Тимур Бердников, войти федеральные сети с товаром не просто. Особенно это касается крупного ретейлера Х5, переговоры с которым ведутся уже с апреля. Что касается местных сетей, то аналогичная ситуация складывается с челнинской сетью «Челны Хлеб». «Порой принятие решения зависит от конкретного менеджера», — рассказывает Бердников.

Как признается известный в РТ фермер из Верхнеуслонского района, общественный советник министра сельского хозяйства и продовольствия РТ Мурат Сиразин, при магазине в Казани был создан отдел для фермеров. Правда, теперь туда торговать не ездит. Поскольку сети требуют, чтобы у каждого крестьянина была декларация Таможенного союза на свою продукцию. А чтобы была декларация, ее нужно купить. На каждый вид продукции она обойдется минимум в 10 тысяч рублей. «Если делает творог, сыр, катык, кефир, то это будет 100—200 тысяч рублей. Раз такая игра идет на ненужные сертификаты, я бы на их месте сказал: «Давайте тоже будем играть в это дело, просто будем выдавать, но не всем — суррогатчикам не будем», — рассуждает Сиразин.

Руководитель «Яшелек-Агро» Наиля Ахмадеева тоже столкнулась с проблемой реализации в магазинах РТ: «Есть объемы, которые мы могли бы реализовывать в Татарстане, но из-за того, что не можем реализовывать здесь, вынуждены в Ульяновск отправлять, в Киров. Особенно в летний период».

Между тем местные производители согласны на все представляемые сетями условия — входные бонусы, 100% возврата брака, ежедневная поставка. «Но им с нами не интересно работать, — сетует Ахмадеева, — я не знаю, по каким причинам, может, у них свои поставщики, на которых они понадеялись, но у них все налажено. Я считаю, только это. Вот с «Магнитом» трудно заключить договор, они заключают более года».

Что делать, чтобы местных продуктов стало больше на прилавках торговых сетей и чтобы они появились в магазинах сети в других регионах? По мнению генерального директора агропромпарка «Казань» Олега Власова, в республике есть крестьянско-фермерские хозяйства, которые достаточно мощно и долго стоят на ногах и им несколько проще. Но когда это производство еще в начале своего пути, правильнее объединиться в кооперативы и, аккумулировав продукцию и объемы, с этим предложением можно будет стучаться в сети.

Генеральный директор ГУП «Национальная торговая марка», созданного по инициативе президента, Ильсур Сафиуллин тоже выступает за создание кооперативов: «Мы сейчас с Минсельхозом работаем над созданием проекта по передвижным ярмаркам, которые бы функционировали по большим городам России. Здесь решается сразу две задачи: во-первых, непосредственно производитель выходит на покупателя. Вот все говорят, что есть диктат со стороны торговых сетей, так вот мы создаем параллельную структуру. В то же время работа идет по созданию интернет-торговли. Сегодня у «Национальной торговой марки» есть интернет-магазин, он начал работать в Казани».

Что такое сельскохозяйственный кооператив? Председатель Ассоциации фермеров и крестьянских подворий Татарстана, фермер Камияр Байтемиров считает, что это три слагаемых: концентрация сырья, переработка и заключение договоров с сетями. В планах на следующий год в Татарстане создать порядка 70 новых потребительских кооперативов. Эти данные прозвучали на IV съезде кооперации в Москве, где обсуждали и проблемы.

Камияр Байтемиров считает, что сельскохозяйственный кооператив — это три слагаемых: концентрация сырья, переработка и заключение договоров с сетями. Фото Романа Хасаева

«Федеральные законы, которые действуют на сегодняшний день есть, они не позволяют полностью использовать возможности кооперативов, — утверждает председатель Ассоциации. — Закон необходимо дополнить. Второе — надо не только на законодательном уровне, но и на исполнительном поменять мышление».

В свою очередь, представитель «Х5 Ритейл Групп» Поволжского региона Тимур Баймуллин винит самих предпринимателей: «Вопросы у товаропроизводителей именно относительно захода в сеть — либо расширение ассортимента, либо вообще невозможности общения и выстраивания диалога, потому что сети такие плохие. Но на самом деле мы хотим развеять этот миф».

Тем временем на Совете по предпринимательству с инициативой выступила одна из мультиформатных продуктовых розничных компаний — создать Совет потребительского рынка: «Вопрос кооперации — это один из ключевых вопросов, который необходимо обсуждать, в том числе и на новой площадке, которою мы решили создать. Потому что выстраивать диалог и задавать вопросы в рамках других совещаний, не связанных напрямую, это достаточно сложно. Мы будем собираться и по другим важным вопросам».

Ангелина Панченко
комментарии 6

комментарии

  • Анонимно 12 дек
    если так активно продвигать "татарскую среду" ни к чему хорошему это не приведет по-моему
    Ответить
  • Анонимно 12 дек
    президент наш так четко всегда отвечает) вопросов нет
    Ответить
  • Анонимно 12 дек
    в аптеках за 2 рубля сейчас ничего не купишь, все подорожало
    Ответить
  • Анонимно 12 дек
    Татарин должен что-то только Аллаху
    Ответить
  • Анонимно 12 дек
    согласен с Аминовым
    Ответить
  • Анонимно 12 дек
    Богатые люди могли бы отдельно платить лингвистам, филологам или другим экспертам в области языкотворчества за конкретные работы по развитию языка.
    Ответить
Войти через соцсети
Свернуть комментарии