Новости раздела

Алексей Попов: «Дети начинают интересоваться — а сколько мы будем зарабатывать?»

Известный гандболист — о своем любимом виде спорта

Алексей Попов: «Дети начинают интересоваться — а сколько мы будем зарабатывать?»
Фото: vk.com/handballrt

В Египте завершился чемпионат мира по гандболу среди мужских команд, на котором россияне в итоге финишировали на 14-м месте. Своими впечатлениями в эксклюзивном интервью с «Реальным временем» поделился известный в прошлом гандболист, а ныне тренер Алексей Попов.

«У нас перестали действовать школы олимпийского резерва»

— Алексей, сборная России участвовала в прошедшем чемпионате мира по приглашению, за «былые заслуги». Как вы считаете, почему этим заслугам исполнилось уже 20 лет — с последней победы нашей мужской сборной на Олимпиаде-2020 в Сиднее?

— Ну, я бы не говорил о 20 годах без побед, поскольку затем у нас было третье место в Афинах-2004.

Кстати, я перед Сиднеем был лучшим бомбардиром чемпионата России, и главному тренеру Владимиру Максимову задавали вопрос: «Почему Попов не играет в сборной?» Он ответил, что «Попов слишком старый». Мне было 25 лет.

Но так как сборная тогда победила, то никаких претензий быть не может. После чего произошла смена поколений, и мы достаточно давно не попадаем в призеры. Почему?

Первым ответом на этот вопрос я вижу то, что у нас перестали действовать школы олимпийского резерва, есть нехватка тренерского состава, и финансирование оставляет желать лучшего.

Я сейчас работаю тренером-преподавателем и на своем опыте вижу, как трудно вывозить ребят на соревнования, и эти затраты ложатся на плечи родителей. Мало спортивных баз, не хватает стандартных гандбольных площадок, поскольку на начальном этапе у нас занимаются в школьных спортзалах, а это стандарты баскетбольной площадки (24 на 12), куда меньшей, чем гандбольная (40 на 20). Тем более еще и без ворот, без необходимой разметки.

— Но, если это проблема, то российского масштаба, поскольку у нас в Казани много стандартных площадок для мини-футбола, а значит, и для гандбола так много, что можно в каждом районе города организовать по команде.

— От теории я перейду к практике. Я работаю тренером-преподавателем в Поволжской академии спорта и детским тренером в «Ак Буре». Если говорить о последнем, то там много детей, желающих заниматься, но они все тренируются на одной площадке, которую делят между двумя-тремя командами разных возрастов. Помимо этого, у меня есть секции в трех школах, и мы снова вынуждены говорить о том, что там размер площадок не отвечает требованиям гандбола. Переходя с такой площадки на стандартную, ребенок теряет ориентацию, ему элементарно не хватает дыхалки. У нас секция бесплатная, в том числе и поэтому, родители ведут к нам детей, а арендовать зал в любом спорткомплексе стоит денег. И это общая проблема для России, у кого-то может быть получше только за счет того, что у спортшколы есть стандартная площадка, но, в целом, проблемы общие.

Фото: ihf.info
У нас перестали действовать школы олимпийского резерва, нехватка тренерского состава, и финансирование оставляет желать лучшего

«Погода в Волгограде позволяла тренироваться на улице»

— Ветераны могли бы вам возразить, что во времена СССР условия были куда хуже. Но Миронович в Минске (СКА), Турчин в Киеве (женский «Спартак»), Гладченко в Астрахани («Динамо»), Панов в Невинномыске (женский «Азот») создавали команды практически с нуля, зачастую будучи детскими тренерами, на основе своих воспитанников. Да в Волгограде вы играли у такого же энтузиаста Леонида Коросташевича.

— Это так. Поправлю только, что в Астрахани Владимир Гладченко не создавал команду с нуля, поначалу поработав в областном Ахтубинске, затем переехал в районный центр, где уже была создана команда, но к этому были предпосылки. Да, и нам сейчас отвечают на претензии, что раньше тоже площадок не было, а игроки и команды сильные были. Вспоминая свою карьеру, могу сказать, что были команды, где стандартные площадки существовали изначально, например, у одной из ведущих команд Союза — московского МАИ, поскольку эту команду составляли студенты местного авиационного института, и я там поиграл изначально. В Москве были площадки у ЦСКА, «Кунцево», а в Волгограде, куда я переехал, всегда была проблема с залом, хотя уже была сформирована сильная команда «Каустик». Но в Волгограде было преимущество климатического характера, когда погода позволяла много тренироваться на открытом воздухе, и это нас серьезное выручало. Как и в Краснодаре, кстати, куда мы часто ездили на сборы, там было сразу четыре открытых площадки, и на всех хватало.

Вот, кстати, о чем я подзабыл, говоря о недостатках нынешней системы подготовки, поскольку исчезли спортклассы, а их существование позволяло ребятам тренироваться по два раза в день. А когда тренируешься раз в день, как сейчас, а то и по четыре-пять раз в неделю, это сразу сказывается на тренировочном процессе.

У нас есть возможность объединять детей на общую тренировку в Центре настольного тенниса и бокса, но тут уже вопросы возникают к родителям. Надо куда-то отвозить ребенка в воскресный день — не в школу рядом с домом, а, скажем так, заморачиваться, везти. Не все готовы.

Потом, не надо скрывать, родители, а сейчас даже и дети постарше, прекрасно ориентируются в гонорарах, контрактах и задаются вопросом, к примеру, «а что могут дать нам занятия гандболом?» Если совсем в маленьком возрасте их еще могут удовлетворить дипломы, потом медали, какие-то призы за победы, то в более старшем возрасте начинает возникать вопрос: «Сколько мы сможем зарабатывать?» Это приводит и к тому, что у нас в гандболе существует практика набора, а не отбора в секции, зачастую к нам приходят дети, которые уже были отчислены в разном возрасте из футбола, хоккея. Туда-то как был отбор, так и остался. А в Советском Союзе, вспоминая и ругая ту самую «уравниловку», тем не менее практически все виды спорта были на одном уровне зарплат, не существовало такой огромной разницы, как сейчас. Поэтому у нас в гандболе сейчас на первом месте стоит желание заниматься, а уже на втором месте находится талант.

Фото: twitter.com/handballfast
Владимир Гладченко (на фото — справа) не создавал команду с нуля, поначалу поработав в областном Ахтубинске, затем переехал в районный центр, где уже была создана команда, но к этому были предпосылки

«В Волгограде все было настолько неплохо, что мы могли слетать на сборы в Египет»

— Давайте тогда на примере вашей карьеры вспомним, как можно было создать сильную команду практически на ровном месте, я имею в виду волгоградский «Каустик»?

— В Волгограде существовала хорошая школа гандбола, условия развития нашего вида спорта, о чем я уже говорил, но Коросташевич пошел дальше, как и Гладченко в Астрахани, кстати, начав собирать к себе перспективных ребят со всей РСФСР. Таким образом, была возможность собрать сразу три команды — взрослую, молодежную, юниорскую. К примеру, я вырос в Ижевске, Кулешов и Мартыненко выросли еще севернее, в Омске, мы конкурировали еще на детских соревнованиях «Стремительный мяч». Гайно из Белгорода, Костыгов из Ярославля, Лавров из Ставрополя, Левшин вообще из Молдавии, из Тирасполя. Тренировались мы по три раза в день, выживал, что называется, сильнейший, но это и позволяло нам прогрессировать в конечном итоге. Плюс финансирование. У нас был очень пробивной начальник команды, с хорошими связями на заводе — основном спонсоре. Все было настолько неплохо, что мы могли позволить себе слетать на сборы и на проведение товарищеских игр, например, в тот же Египет. Можно сказать, что в итоге научили их играть на свою голову (смеется).

Там не просто платили зарплаты, но имели возможность даже квартиры давать ведущим игрокам, плюс город помогал с финансированием. В этом успех команды «Каустик» в девяностые-нулевые годы, пока игроки не начали разъезжаться по заграницам.

— В частности вы переехали сначала в Швейцарию, затем в Италию. Со Швейцарией понятно, это такой середнячок мирового гандбола, и на нынешний чемпионат мира сборная была приглашена, а Италия же именно в гандболе аутсайдер.

— Швейцария на чемпионат мира была приглашена, заменив одну из выбывших сборных, Чехию. Там, в принципе, чуть ли не полстраны иностранцев.

В том же гандболе много легионеров, причем люди не ограничиваются игрой в своей команде, но и ведут секцию для местных детишек. У нас в команде были хорват, два корейца, много представителей экс-Югославии, за счет них и вырос уровень местного гандбола.

А насчет Италии не соглашусь с вами. Я играл в «Мерано», и мы выступали в Лиге чемпионов, прежде всего опять же за счет легионеров. У нас были Валерий Гопин, Михаил Серегин, нынешний наставник женской команды «Звезда» из Звенигорода, плюс голкипер из Швеции. Потом россияне уехали, их сменили босниец, хорват, немец, и клубный гандбол там вполне на уровне.

В то время у меня еще был вариант со сборной Украины, куда приглашали для участия в чемпионате мира. У нас тогда была миграция игроков, в олимпийском победном составе выступали воспитанник Белоруссии Тучкин, уроженцы Молдавии Сукосян и Горпишин. Но с разрешением на переход за Украину возникли сложности, поскольку в Федерации ответили, что я заигран за сборную России, а переход составит 3 года. Получилась ситуация с собакой на сене, поскольку в сборную России меня так и не приглашали, задействовав только на одном коммерческом турнире.

Фото: handballfast.com
Коросташевич начал собирать к себе перспективных ребят со всей РСФСР. Таким образом, была возможность собрать сразу три команды, взрослую, молодежную, юниорскую

«Раньше гандбол был студенческим видом спорта, но почему сейчас нет студенческих лиг»?

— Уточню про ваш родной город Ижевск. Все-таки в 80-е годы, когда вы начали заниматься спортом, в городе была знаменитая хоккейная команда «Ижсталь», что вас привлекло в гандболе?

— Я начинал не с хоккея, и не гандбола даже, а с плавания. Мы туда ходили с другом, потом ему надоела циклическая работа, монотонно плавать от бортика до бортика, и он ушел, а вслед за ним и я потерял мотивацию. А мама у меня волейболом занималась, у нее были знакомые тренеры из игровых видов спорта, и она отдала меня в гандбольную группу по знакомству. Уже в 14 лет играл за взрослую команду еще на уровне чемпионата СССР.

А в Ижевске моего детства, да, была «Ижсталь», оттуда вышли Ильназ Загитов, папа знаменитой фигуристки Алины, который работал здесь в Казани, другие достойные хоккеисты. Но в и гандболе были воспитанники, в частности Роберт Минабутдинов играл здесь за «КАИ-Зилант», когда он существовал, а еще ранее мы вместе ним поиграли за МАИ. Потом мы поехали в Волгоград на просмотр, оба прошли его, но только я решил остаться. Кстати, правильно сделали, потому, что вскоре МАИ развалился, поскольку институт перестал финансировать команду. Ребята оттуда перебрались поначалу в «Кунцево» или ЦСКА, но кончина гандбольных команд застала их уже там. В результате выжил только ЦСКА, и то переехав в Чехов, где были образованы «Чеховские медведи». А там еще и молодежная команда УОР была, откуда вышел впоследствии вратарь сборной страны Олег Грамс. Сами посчитайте, что на месте четырех умерших команд получилась одна. А в результате подобной убыли я сейчас не могу даже полноценный состав студентов на кафедру набрать.

У нас на специализации в Поволжской академии спорта должно обучаться 12 человек, и передо мной была поставлена задача — провести профориентационную работу в каком-либо из училищ олимпийского резерва в Приволжском районе. И передо мной встал вопрос: в каком? Не потому, что широк выбор, их попросту нет, нет УОР со специализацией гандбол. Для сравнения на баскетбол и волейбол на 25 мест претендовали до 70 человек, то мы своих 10—12 еле-еле набрали.

Фото: sportacadem.ru
Баскетбольная, волейбольная, футбольная, хоккейная студенческие лиги существуют, а гандбольной нет, хотя в СССР наш вид спорта был представлен в МАИ, краснодарском СКИФ, запорожском ЗИИ, свердловском УПИ, тбилисском «Буревестнике»

— Причин, на мой взгляд, две. Во-первых, в СССР на волейбол были ориентированы северные регионы, а это нефть, газ, ископаемые, плюс это было и остается мощное общество «Динамо». А гандбол развивали на Юге России, Астрахань, Волгоград, Краснодар, Ставрополь, по большей части дотационные районы. И это было студенческое общество «Буревестник», ныне бедное, как церковная мышь.

— В этом есть доля правды, но сейчас ведь и студенческий спорт проходит мимо гандбола. Баскетбольная, волейбольная, футбольная, хоккейная студенческие лиги существуют, а гандбольной нет, хотя в СССР, вы правы, наш вид спорта был представлен в МАИ, краснодарском СКИФ, запорожском ЗИИ, свердловском УПИ, тбилисском «Буревестнике».

У нас сейчас, к примеру, есть очень сильная школа в Тольятти. Город известен женской командой, была еще и мужская, но автозавод не смог содержать две команды, зато остался детско-юношеский спорт. И там в одном спорткомплексе шесть стандартных площадок для гандбола, поэтому и дети растут, те же наиболее востребованные юноши потом разъезжаются по России. Там есть база, а для существования хорошей школы нужны только финансирование, базы и тренеры.

Джаудат Абдуллин
Спорт

Новости партнеров

комментарии 3

комментарии

  • Анонимно 01 фев
    У всех сейчас одно на уме - это деньги.. Грустно
    Ответить
    Анонимно 01 фев
    Конечно, без них жизнь не идет
    Ответить
  • Анонимно 01 фев
    За идею работать и играть уже давно позади. Сейчас молодёжь с пелёнок знает что такое деньги и как они используются. Вот и хотят заработать
    Ответить
Войти через соцсети
Свернуть комментарии