Новости

05:56 МСК
Все новости

Путинские соколы: как «два товарища», Чемезов и Мантуров, поставили оборонную семью России под ружье

Топ-100 оборонных компаний России — зачем власти РФ создавали вертикально-интегрированные оружейные холдинги и что из этого вышло?

Путинские соколы: как «два товарища», Чемезов и Мантуров, поставили оборонную семью России под ружье Фото: rostec.ru

Аналитическая служба «Реального времени» завершает цикл исследований предприятий российского ВПК, публикуя итоговый материал ко Дню Победы. Проанализировав топ-100 оборонных компаний РФ, мы узнали, как пережили они послевоенные годы, эпоху приватизации в 1990-х и создание холдингов в «нулевые». Из нашего материала вы узнаете, как бывший глава Марий Эл семь раз спасал оборонный завод от банкротства. За что убивали и увольняли директоров «Алмаз-Антея». Как башкирский и казанский заводы подверглись «рейдерскому захвату» со стороны Москвы, попав в руки Дениса Мантурова и Сергея Чемезова. И почему созданные в «нулевые» оружейные холдинги иногда не в состоянии существовать без гособоронзаказа, а экспорт тем временем может пострадать из-за западных санкций.

При росте оборота «российской оборонки» на 23% отрицательную динамику продемонстрировали 15 компаний

Завершая исследование оборонной промышленности РФ, мы составили рейтинг 100 крупнейших компаний и корпораций. Совокупный оборот компаний, вошедших в рейтинг, составил в 2015 году 2,1 трлн рублей. Таким образом, с 2014 года он вырос на 23%, тогда он составлял 1,7 трлн рублей. Доля оборота 10 крупнейших компаний в общем обороте составила 33,3% — в 2014 году она составляла 32,5%.

В десятку гигантов вошли: АО «Концерн ВКО «Алмаз-Антей», Авиационная холдинговая компания «Сухой», Научно-производственная корпорация „Иркут», «Уфимское моторостроительное производственное объединение», Производственное объединение «Северное машиностроительное предприятие», «Ростовский вертолетный производственный комплекс ОАО «Роствертол», «Научно-производственная корпорация «Уралвагонзавод» имени Ф.Э. Дзержинского», «Улан-Удэнский авиационный завод», «Объединенная авиастроительная корпорация» и «Казанский вертолетный завод». Общий объем выручки этих компаний в 2015 году составил 710 млрд рублей (в 2014 — 562,4 млрд).

В наш рейтинг также вошли три татарстанских компании. Помимо уже упомянутого КВЗ, это «Зеленодольский завод имени А.М. Горького» (о нем мы подробно писали в нашем исследовании судостроительной отрасли РФ) и производственное объединение «Завод имени Серго».

Впрочем, хотя эти компании и вошли в рейтинг, стоит отметить, что КВЗ — одна из двух компаний топ-10, показавшая в 2015 году снижение объема выручки (на 9%), а Зеленодольский завод с лишь на 1% (а с учетом инфляции — его оборот даже снизился).

В рейтинг вошло и производственное объединение «Завод имени Серго». Фото Максима Платонова

Всего отрицательную динамику продемонстрировали 15 компаний. Среди них такие ключевые для оборонных отраслей компании, как питерский «Атомпроект» (-43%), «Уралвагонзавод» (-26%), «Туполев» (-21%), «Центр им. Хруничева» (-10%), КБ концерна «Алмаз-Антей» (-9%), московский и казанский вертолетные заводы (-4% и -9% соответственно), концерн «Созвездие» (-3%), «Объединенная судостроительная корпорация» (-2%).

Напомним, об «Атомпроекте» мы писали в исследовании атомной промышленности. О «Центре им. Хруничева» — в исследовании космической промышленности. О Концерне «Созвездие» — в исследовании отрасли систем связи. Об «Объединенной судостроительной корпорации» — в исследовании судостроительной отрасли. Стоит также отметить любопытный факт отрицательной динамики в конструкторском бюро «Алмаз-Антей», существующем при самой крупной оборонной одноименной компании и показавшем, в отличие от своего «спутника», один из лучших результатов: +86%.

Лидерами по росту оборота стали 13 компаний. Наиболее впечатляющий рост — в три раза — продемонстрировал концерн «Морское подводное оружие — Гидроприбор». В 2 раза вырос оборот у судостроительного завода «Вымпел». На 189% вырос объем выручки у «Объединенной промышленной корпорации «Оборонпром», на 180% — у НПК «Космические системы» им. Иосифьяна, на 179% — у концерна «Калашников», на 170% — у Тульского оружейного завода.

«Алмаз-Антей»: от ядерного щита СССР до скандала с Украиной, продажи С-300 Сирии и семикратном спасении Леонидом Маркеловым завода от банкротства

Тем не менее, несмотря на такие резкие рывки, до китов оборонки России им еще далеко. Так, у обладателя первого места нашего рейтинга, АО «Концерн ВКО «Алмаз-Антей», оборот в 2015 году составил 136,5 млрд рублей, увеличившись за год на 86% (в 2014 году он составлял всего 73,3 млрд рублей). Впрочем, все это при кредиторской задолженности в 223 млрд рублей. Отметим, что доля всего одной корпорации от оборота всех 100 крупнейших оборонных компании составила в 2015 году уже 6,4% — в 2014 году она составляла всего 4,23%.

Вообще, оборот «Алмаз-Антея» сравним с оборотом отдельных оборонных отраслей. Так, в рамках одной корпорации уместилось бы 10 отраслей электронной промышленности (ее оборот, напомним, всего 37,6 млрд рублей). Объем выручки «Алмаз-Антея» почти равен совокупному объему выручки всех компаний отрасли систем связи (134,2 млрд рублей) и атомной промышленности (141,7 млрд рублей) и составляет треть судостроительной (470 млрд рублей) и космической (413,7 млрд рублей) отраслей.

По величине такого оборонного гиганта можно судить о самой генеральной политике и военной стратегии РФ последних лет: в «Алмаз-Антее» собраны предприятия, разрабатывающие, производящие и модернизирующие зенитно-ракетное и радиолокационное оборудование. Грубо говоря, корпорация представляет собой оборонный щит: чтобы ракеты потенциального противника «случайно» не упали на Москву или Казань.

Оборот «Алмаз-Антея» сравним с оборотом отдельных оборонных отраслей. Фото nationaldefense.ru

Собственно, занимаясь разработками оружия (в том числе ядерного) в целях возможного уничтожения противника, в СССР в первую очередь создавали оборонный комплекс для ядерного паритета с США. В случае возможной войны главным сдерживающим фактором могло быть не столько число и мощность ракет, которые поразят цели противника, сколько возможность отразить нападение самого противника. Впрочем, это не означает вероятности использования оружия ПВО в целях атаки. Именно комплексы, производимые на заводах корпорации «Алмаз-Антей», являют собой весомую часть экспортного потенциала оборонной промышленности РФ и то и дело становятся разменной картой во внешнеполитических играх.

Так, комплексы большой дальности С-300, разработанные в советское время в НПО «Алмаз» — изначально ПВО наземного базирования, семейство зенитно-ракетных комплексов (ЗРК), предназначенная для обороны крупных промышленных и административных объектов — поставлялись в Сирию и Иран, что в свете известных событий вызвало озабоченность Израиля. Комплекс средней дальности „БУК“ поставляется не только в страны бывшего СССР, но и в Сирию, Египет и Венесуэлу — и именно с использованием этого комплекса был сбит Boeing 777, что вызвало очередной виток напряженности между Украиной и Россией. Про вечную борьбу систем ПВО-ПРО между Россией и НАТО (США) можно и не говорить.

Сама корпорация должна была образоваться еще в ельцинские времена, но старт по ее сборке был дан лишь в 2002 году, в 2004 году корпорация вошла в список стратегических предприятий РФ. Изначально корпорация создавалась на базе НПО «Антей» и НПО «Алмаз». Сам «Антей» также многосоставная компания, образованная в 1983 году из трех предприятий — НИИ электромеханический институт, НИИ «Стрела» и тульский завод «Арсенал».

Непосредственно базой стал НИИ электромеханический институт, созданный еще в годы войны для разработки и производства систем наведения огня, в 1950-е годы от него отпочковалось КБ, ставшее впоследствии второй составной частью корпорации под именем НПО «Алмаз» (потом здесь выпускали такие системы ПВО, как С-25, С-75, С-125, С-300, С-400). Именно в этом НИИ занимались работой по созданию С-300 и ЗРК «Тор». К концу существования СССР «Антей» включал в себя девять предприятий, в том числе Ижевский электромеханический завод «Купол» (создано в 1957 году, впоследствии выпускало ЗРК «Тор») и Марийский машиностроительный завод (создан в 1939 году, впоследствии выпускал ЗРК «Круг», С-300).

«Купол» — одна из самых успешных составляющих корпорации, в 2009 году выручка его составляла 3,3 млрд рублей (прибыль 453 млн), в 2015 году выручка уже составила 6,8 млрд рублей (прибыль — 2,6 млрд). Отчетность Марийского завода в открытых источниках можно найти лишь за 2012 год, тогда она составила 3,1 млрд рублей, но компания год закрыла с убытком в 91 млн рублей (в 2009 году убыток составлял 123 млн рублей). Является ли завод сегодня прибыльным, неизвестно, но сам директор ММР Борис Ефремов в 2014 оговорился, что глава Марий Эл Леонид Маркелов «спасал завод от банкротства как минимум 7 раз»! Тогда же стали известны плановые цифры по отгрузке продукции в 2014 году — 11,6 млрд рублей.

В концерн вошли 60 предприятий и НИИ. Фото nationaldefense.ru

Открытие трех заводов на 120 млрд рублей, убийства директоров и скандальное увольнение «алмазного главы»

Акционировался «Антей» в 1994 году, поглотив уже 15 предприятий. В 2000-е он стал превращаться в вертикально-интегрированную компанию. Всего в концерн вошли 60 предприятий и НИИ. С самого начала собственником концерна было государство. В прошлом году концерн открыл новый завод в Кирове на 20 млрд рублей (13 млрд — собственные средства) и новый завод в Нижнем Новгороде. Точная цифра инвестиций в последнее производство неизвестна, но в 2015 году сообщалось, что в кировский и новгородский заводы вложат 54 млрд рублей, таким образом, новгородский обошелся «Алмаз-Антею» в 34 млрд рублей. Здесь будут производить С-500 — в первую очередь, по линии госзаказа. На оба завода и создание Северо-Западного регионального центра в Санкт-Петербурге должны были пойти средства в объеме 120 млрд рублей, в питерский проект, таким образом, инвестируют почти 70 млрд рублей.

К слову, ранее ведущей компанией РФ в отрасли разработки и производства систем ПВО было ОАО «Оборонительные системы» (входит в «Оборонпром» «чемезовского» «Ростеха»), но в настоящее время «Оборонительным системам» принадлежит лишь часть пакета двух входящих в концерн «Алмаз-Антей» компаний — «Московского радиотехнического завода» и КБ «Кунцево». В состав концерна должен был войти и кусок активов АФК «Система» Владимира Евтушенкова — «РТИ Системы», но пока они формально принадлежат структурам олигарха.

Вообще уследить за изменениями в управлении активами «Алмаза» нелегко потому, что его формирование, кажется, даже еще не завершилось. Судите сами, первым гендиректором концерна (не председателем совета директоров!) был Владислав Меньщиков (ставший в 2015 году начальником контрразведки ФСБ), который и занимался созданием первого крупного вертикально-интегрированного холдинга оборонки, стараясь не конфликтовать с тогдашним главой «Рособоронэкспорта» Сергеем Чемезовым (хотя мог добиться для концерна самостоятельной лицензии на экспорт продукции военного назначения).

Когда процесс завершился, в 2014 году концерн возглавил сам Чемезов, который порулил им до 2016 года, создав по поручению Путина из концерна ПВО Концерн воздушно-космической обороны (в концерн вошли в 2015 году несколько космических предприятий).

В 2016 году концерн возглавил бывший премьер-министр Михаил Фрадков (его пролоббировал сам Чемезов — Фрадков мог возглавить тогда РЖД).

В прошлом же году, еще при Чемезове, произошло одно из самых скандальных увольнений: свое место потерял руководитель НПО «Алмаз», причем «за упущения в работе и утрату доверия» (первый такой случай в оборонке за всю историю), фактически — за срыв гособоронзаказа. По мнению наблюдателей, руководство «Алмаза» затянуло работы по ключевым проектам: морскому зенитно-ракетному комплексу «Полимент-Редут» и комплексу ПВО ближней зоны «Морфей».

В 2016 году концерн возглавил Михаил Фрадков. Фото tvc.ru

Однако более скандальными кажутся убийства руководителей предприятий, входящих в концерн в нулевые годы: правда, считается, что расстаться с жизнью руководителям ряда оборонных предприятий (в том числе и гендиректору концерна Игорю Климову — его застрелили) пришлось из-за конфликта во время реализации недвижимости оборонных компаний, переходивших в состав концерна через процедуру банкротства. Конфликт, кстати, с ОПГ.

Неудивительно, что компания в итоге стала жертвой геополитики: в 2014—2015 годах она вошла в санкционный список США, часть ее западных активов была заморожена. Несмотря на это, по итогам 2014 года концерн занял 11-е место в рейтинге крупнейших оборонных корпораций мира. Точные цифры экспортных контрактов концерна неизвестны, но в 2015 году «Алмаз-Антей» выполнил задания на 185% при общем объеме военного экспорта РФ в 14,5 млрд долларов (второе место в мире).

«Сухой»: от гнева Сталина до убытков гражданского «крыла» компании и продаж истребителей в Китай, Алжир и Индию

На втором месте по величине оборота — Авиационная холдинговая компания «Сухой», увеличившая свою выручку на 17% до 100,6 млрд рублей (чистая прибыль 2,6 млрд рублей). Создана компания была в 1934 году в форме ОКБ, которое возглавил авиаконструктор Павел Сухой — в войну летало уже почти 900 самолетов Су-2. Во время и после войны появились бронированные штурмовики (Су-6), истребители (от пушечного Су-3 до экспериментального Су-7), и, наконец, реактивные истребители и бомбардировщики (от Су-9 до Су-17).

В 1949 году ОКБ ликвидировали после аварии самолета Су-15, но почти сразу же после смерти Сталина бюро было восстановлено, дав рождение советской сверхзвуковой реактивной авиации. Последним периодом советской истории ОКБ стала разработка 4-го поколения истребителей (от Су-27 до Су-33).

В 90-е пришлось заняться конверсией, переводя часть производства на гражданские рельсы (только в 2001 году, впрочем, прошли первые полеты грузопассажирского самолета Су-80ГП и сельскохозяйственного Су-37Л). Было создано отдельное предприятие «Гражданские самолеты Сухого», но, видимо, получилось не очень успешно. 2015 год «гражданское крыло» «Сухого», несмотря (а, возможно, «благодаря») на создание самолета «Сухой Суперджет», закрыло с убытком в 23,5 млрд рублей! При этом чистый убыток по МСФО с 2008 года только растет: тогда он составлял 114,713 млн долларов, в 2015 — 383,242 млн долларов.

В 2016 году в кресло главы «гражданского «Сухого», кстати, сел выходец из татарстанской авиакомпании «Тулпар Эйр» — отвечавший в ней за бизнес-планирование и маркетинг Камиль Гайнутдинов.

В 2016 году в кресло главы «гражданского «Сухого» сел выходец из татарстанской авиакомпании «Тулпар Эйр» Камиль Гайнутдинов. Фото aviation21.ru

Но вернемся к оборонному «крылу» «Сухого». В исследовании ядерной промышленности мы уже писали об амбициозном и дорогом проекте космического летательного аппарата РКК «Энергия», так вот для него в КБ «Сухого» разрабатывали «Клипер» — многоцелевой пилотируемый многоразовый космический корабль, Европейское космическое агентство думало вкладывать в проект ежегодно по 100 млн. фунтов стерлингов. Но в итоге проект «не взлетел» и был закрыт.

К настоящему моменту АО «Компания «Сухой» завершила все этапы реорганизации «в форме присоединения трех дочерних обществ — ОАО «ОКБ Сухого», ОАО «КнААПО им. Ю.А. Гагарина» и ОАО «НАПО им. В.П. Чкалова» и получила уведомление о прекращении с 1 января 2013 г. деятельности перечисленных обществ в качестве самостоятельных юридических лиц». В итоге «Сухой» стал крупнейшим российским авиационным холдингом, еще в 2006 году заняв третье место в мире по объемам производства современных истребителей. В 2006 году сам «Сухой» вошел в «Объединенную авиастроительную корпорацию» («ОАК», владелец — государство в лице Росимущества), основанную Путиным и тогдашним министром обороны Сергеем Ивановым, а ныне управляемую министром промышленности и торговли Денисом Мантуровым. О корпорации, занявшей 9-е место в нашем рейтинге, расскажем дальше.

В 2008 году перспективными «Сухой» признал проекты по производству истребителей 4-го поколения Су-35БМ, фронтового бомбардировщика Су-34, истребителя 5-го поколения ПАК ФА (не считая гражданского ближнемагистрального авиалайнера «Сухой Суперджет»).

Пробежимся по итоговым цифрам. Су-35БМ — стоимость каждого самолета 2 млрд рублей, произведено уже 64 штуки. 50 штук закупило минобороны РФ на сумму свыше 60 млрд рублей. 24 истребителя отправятся в Китай (четыре уже улетели в декабре 2016 года), стоимость контракта — около 2 млрд долларов.

Су-34 — стоимость «более миллиарда рублей» (в 2010 году в долларах называлась цифра в 35 млн), на экспорт продают каждый за 30—50 млн долларов. В 2008 году был подписан первый 5-летний контракт стоимостью 33,6 млрд рублей на поставку 32 самолетов (серийное производство на Новосибирском авиационном заводе). Второй госконтракт был заключен в 2012 году — на поставку до 2020 года 92 бомбардировщиков (стало быть, ориентировочно, на 100 млрд рублей). Экспорт пока в планах, вероятный покупатель — Алжир, цена контракта на 12 машин 500—600 млн долларов.

И, наконец, истребитель ПАК ФА — стоимость программы его разработки 60 млрд рублей (2,8 млрд долларов по курсу 2010 года). Изначально, впрочем, потратили 30 млрд рублей, но потребовалось еще столько же. Серийного производства пока нет, но говорят, что Индия намеревалась покупать эти самолеты по 100 млн долларов за штуку.

Стоимость программы разработки истребитель ПАК ФА — 60 млрд рублей. Фото militaryrussia.ru

По всем поставкам на мировой рынок с 2008 по 2015 год «Сухой» на третьем месте (12,73 млрд долларов), уступая двум американским корпорациям «Локхид Мартин» (15,6 млрд долларов) и «Боинг» (13,3 млрд долларов). Компания периодически становится заложником геополитики: в 2006 году Госдеп США ввел санкции против нее (и «чемезовского» «Рособоронэкспорта») за поставки самолетов в Иран.

«Иркут»: от самого массового бомбардировщика войны до шоковой терапии «перестройки», экспорта на 80 млрд долларов и убытков от самолета-амфибии

Третье место занимает еще одно авиастроительное предприятие — Научно-производственная корпорация «Иркут», чей оборот вырос в 2015 году на 40% до 82,7 млрд рублей. Как и «Сухой», «Иркут» также принадлежит «ОАК» (85,4%), почти 10% владеет «Внешэкономбанк» (ранее 9,45% владел «Сухой»). Основой корпорации послужил Иркутский авиазавод, созданный в 1932 году. Первым его самолетом стал истребитель-моноплан И-14.

В 1941 году в Иркутск был эвакуирован Московский авиазавод №39, на базе обоих заводов был создан завод №39 им. И.В.Сталина. На заводе во время войны производили самый массовый пикирующий бомбардировщик Пе-2 (с 1941 по 1945 произвели 11247 таких самолетов — финны его назвали «Пекка-Емеля»), самолет можно увидеть в фильме «Хроника пикирующего бомбардировщика». Во время войны также с конвейера сходили дальние бомбардировщики Ил-4 и Ил-6. После войны — торпедоносец Ту-14, бомбардировщик Ил-28 (носитель ядерного оружия), сверхзвуковой Як-28, транспортные самолеты Ан-12 и Ан-24, истребитель 3-поколения Миг-27.

В 1992 году завод приватизировали, в тот же год в серию вошел истребитель 4-го поколения Су-30. Однако с началом перестройки все пошло под откос. Как вспоминал бывший директор авиазавода, прибывший из московской командировки первый секретарь иркутского обкома заявил, что большинство обкомов будут закрыты: «В Москве творится что-то невероятное. То, что мы до сих пор делали, все, чем мы жили, оказалось в корне неверным и неправильным. Я — в шоке». Фактически, Москва самоустранялась от управления авиапромышленностью в том числе.

Завод успел выпустить пару Су-30, как последовало «обвальное сокращение гособоронзаказа», и большинство предприятий, выпускавших продукцию военного назначения, лишились финансирования и были поставлены перед необходимостью «самим решать свою судьбу». Объемы выпуска авиапрома упали в шесть раз, руководители заводов принялись за перепрофилирование конвейеров. На том же Иркутском авиазаводе принялись производить самолеты-амфибии нового поколения Бе-200, а произведя экспортный вариант Су-30МК, завод умудрился в 1996 году заключить «беспрецедентный международный контракт» с Индией, обеспечив себя работой на годы вперед.

В структуру корпорации «Иркут», помимо завода, входят еще два филиала и «ОКБ им. А.С. Яковлева». Фото irkut.com

В 2000 было организовано лицензированное производство Су-30 в Индии, появились экспортные контракты с Малайзией и Алжиром. В 2016 году представили «магистральный самолет 21-го века» — МС-21 (в разработку вложили почти 5 млрд долларов). Стоимость каждого самолета 72—85 млн долларов. Первые контракты были заключены в 2016 году — на 175 лайнеров («Ильюшинс Финанс», «Аэрофлот», «Nordwind Airlines» и проч.). Всего за 20 лет компания намерена реализовать до 1000 самолетов. Нехитрый подсчет показывает, что завод рассчитывает на 80 млрд долларов.

Сам «Иркут» продолжает производить самолеты КБ «Сухой». В структуру корпорации «Иркут», помимо завода, входят еще два филиала и «ОКБ им. А.С. Яковлева» — последнее «Иркут» поглотил в 2006 году. Хотя официально 81,4% нынешних активов ОКБ принадлежит ЗАО «ДКК» (действует ликвидационная комиссия), 75,46% находятся под управлением «Иркут». В самом ОКБ после поглощения сократили персонал (в 4,5 раза), ликвидировали производственную базу, распродали недвижимость (что объясняет появление ликвидационной комиссии). Так фактически закончилась самостоятельная история легендарного КБ, который разработал самолеты Як-1, Як-3, Як-7, Як-9 — основу истребительной авиации СССР в годы войны.

Несмотря на огромные обороты, в 2015 году корпорация получила убыток в 2 млрд рублей. Наибольшую долю в выручке занимают продажи Су-30 (42,9%), легкого штурмовика Як-130 (17,7%), МС-21 (16,7%). С чем связан убыток — неизвестно. Возможно, с финишем программы МС-21 (его представляют как конкурента Boeing 737 и A320), так как с Су-30 вроде бы все замечательно. Производство одного самолета Су-30 стоит 83 млн долларов (на индийской земле) и 50 млн долларов в РФ. На вооружение ВС РФ в строю 91 такой самолет (разных модификаций). Поставки также идут в Индию (всего поставлено 225 штук, еще более 80 заказано), Индонезию (11 штук), КНР (97 штуки) и Казахстан (6 штук). Су-30 также стоит на вооружение Алжира (52 штуки), Вьетнама (29 штук) и т.д.

Не исключено, что убытки были связаны с ликвидацией совместного с Airbus предприятия (создано в 2005 году — ликвидировано в декабре 2016 года), в рамках которого и продвигали за рубежом самолет-амфибию Бе-200 (оказалось, «слишком дорогой самолет»). Причем проект был заморожен еще до санкций. Напомним, они ударили по «материнской компании» «ОАК». Неудача по Бе-200 принесла «Иркуту» убытков на 50 млн долларов.


В 2016 году представили «магистральный самолет 21-го века» — МС-21 (в разработку вложили почти 5 млрд долларов). Фото absoluttv.ru

УМПО: от советского танка «Рено» и башкирской приватизации до «рейдерского захвата» Москвой и статуса «лучшего экспортера»

Четвертая по величине компания — «Уфимское моторостроительное производственное объединение», принадлежащее АО «Объединенная двигателестроительная корпорация», которое, в свою очередь, принадлежит «Оборонпрому», подконтрольное «Ростеху» Сергея Чемезова. В 2015 году уфимская компания увеличила выручку на 38% — до 67,5 млрд рублей. Основано предприятие в 1925 году на базе бывшего АО «Русский Рено» в Рыбинске (здесь производили первый советский танк — копию французского Renault FT-17).

В военные годы его дублером стал уфимский завод, где изначально производили комбайновые моторы, постепенно сюда же эвакуировали с европейской части СССР и ряд других моторных заводов. В послевоенные годы на заводе создавали центрифуги для обогащения урана в рамках атомного проекта СССР.

В 1993 году предприятие приватизировали, госпакет Уфа преспокойно взяла себе и передала в ОАО «Управляющая компания «Уфимские моторы». Уфа отнесла ПО к объектам совместного ведения РФ и РБ по законодательству самой РБ, а Москва считала, что объект относится к федеральной собственности и может приватизироваться только по решению правительства РФ как «крупнейший производитель авиадвигателей для военных самолетов». Не мудрено, что ПО в «нулевые» стало предметом борьбы между башкирскими властями и Москвой!

В 2007 году суды встали на сторону РБ, отказав Росимуществу в удовлетворении иска. Впоследствии, как раз во время активного пиар-разоблачения президента РБ Муртазы Рахимова, передачу оборонного актива «за бесценок» в результате сложной схемы фактически в «частные руки» называли «аферой». Башкирских чиновников обвиняли в «рейдерском захвате», называя имя Раиля Сарбаева, правую руку и «кошелек» семьи Рахимовых.

В 2008 году РБ начала терять контроль над активом, ПО вошло в состав «дочки» «Оборонпрома», в 2010 году госкорпорация получила полный контроль над объектом путем допэмиссии, несмотря на то, что в судах точку в споре так никто никогда и не поставил. Атака Москвы на УМПО была связана с намерением производить в Уфе вертолетные двигатели (по поручению Владимира Путина) — проект оценивался в 7 млрд рублей, в серию двигатели должны были пойти в 2014 году. В 2011 году УМПО назначили головным предприятием по выпуску двигателей для боевой авиации.

Уфа отнесла ПО к объектам совместного ведения РФ и РБ по законодательству самой РБ, а Москва считала, что объект относится к федеральной собственности. Фото bashinform.ru

К настоящему моменту УМПО считается основным разработчиком двигателей для «Сухого» и «Иркута». Здесь производят двигатели для истребителей поколения 4++ Су-35/Су-35С и «перспективного двигателя» для истребителя пятого поколения Т-50 (ПАК ФА). УМПО также участвует в проекте создания двигателя ПД-14 для гражданского самолета МС-21 и по производству вертолетных двигателей типа ВК-2500. В объединении также серийно выпускают турбореактивные двигатели для самолетов семейства Су-35С (АЛ-41Ф-1С), Су-27 (АЛ-31Ф), семейства Су-30 (АЛ-31Ф и АЛ-31ФП), отдельные узлы для вертолетов «Ка» и «Ми».

Основной экспортный партнер ПО — все та же Индия, компании которой Hindustan Aeronauticus Limited УМПО помогало наладить производство двигателей для Су-30. Контракты заключаются с Китаем, Венесуэлой и Алжиром. Так, в 2011 году объем экспорта в УМПО составил 14,39 млрд рублей. При тогдашнем обороте в 21 млрд рублей ясно, что зарубежные контракты стали основным источником выручки компании. Лучшим экспортером «Ростех» назвал УМПО в 2014 году — по итогам 2013 года объем экспорта составил 631 млн долларов. В 2015 году экспортные поставки превысили 60% в обороте компании — они составили почти 40 млрд рублей. Внутренние контракты — 27,8 млрд рублей.

В основном прибыль в плане экспорта выросла от продажи двигателей в Китай (в 1,5 раза — до 16,8 млрд рублей), в Индию (на 25% — до 19,7 млрд рублей), алжирские контракты выросли в 23 раза, составив объем выручки в 5,2 млрд рублей. Очевидно, что западные санкции никак не могут затронуть бизнес УМПО — среди его покупателей нет западных стран.

Об обладателе пятого места нашего рейтинга — с выручкой в 2015 году в размере 62,5 млрд рублей (рост на 21%) и прибылью в 2 млрд рублей — компании ПО «Северное машиностроительное предприятие» в Северодвинске мы подробно писали в исследовании судостроительной отрасли. В том рейтинге «Севмаш» занял первое место. «Севмаш» также контролируется через «Объединенную судостроительную корпорацию» министром промышленности и торговли Денисом Мантуровым. Создавалась ОСК еще при Сергее Нарышкине, затем с 2008 по 2011 год ее возглавлял Игорь Сечин.

Основной экспортный партнер ПО — Индия. Фото umpo.ru

«Роствертол»: рождение казанской «дочки» в войну, вертолеты для Афгана и «товарищество» Чемезова с Мантуровым

На шестом месте еще один авиастроитель России — «Ростовский вертолетный производственный комплекс Открытое акционерное общество «Роствертол», нарастивший оборот в 2015 году на 54% до 56,8 млрд рублей. «Роствертол» также не «сирота» и входит в «оборонную семью» Сергея Чемезова «Ростех» — через холдинг «Вертолеты России» (принадлежит 73,9% акций «Роствертола») и «Оборонпром» (еще 21,98%).

Создано предприятие было аккурат за два месяца до начала Второй мировой войны в 1939 году, в 1944 году здесь стартовал выпуск самолетов УТ-2М и По-2 (У-2). Биплан У-2 был одним из самых массовых самолетов в мире, всего было выпущено 33 тысяч этих «сталинских соколов», его производили и в Казани, на эвакуированном заводе №387 (впоследствии ставшим базой Казанского вертолетного завода). Он был известен и как ночной бомбардировщик, и как самолет-разведчик, и самолет связи. На У-2 летали советские летчики и в Корейскую войну.

После войны с конвейера завода сходили десантные планеры Як-14 и самолеты-штурмовики Ил-40 (последний выпускался недолго, в 1956 году выпуск был прекращен). Наконец, ростовский завод первым стали серийно выпускать вертолет Ми-1 (его также выпускал Казанский авиазавод №387 в 1952—1953 годах). В СССР также на этом заводе были выпущены Ми-6 (тяжелый десантный вертолет, использовался также для промышленности), которые, кстати, участвовали в ликвидации последствий аварии на Чернобыльской АЭС, и, конечно, Ми-26.

Ми-26 оказался впоследствии крупнейшим транспортным вертолетом в мире, производящимся серийно. Ми-26 участвовали в Афганской войне, в обеих Чеченских войнах. Именно во время второй чеченской войны произошла крупнейшая по числу жертв в истории военной авиации СССР и России катастрофа: Ми-26 был сбит боевиками ракетой из ЗРК «Игла» (созданном, увы, тоже советскими конструкторами из КБМ в Коломне, ныне тоже входит в «Ростех»), погибли 127 человек.

В 1990-е годы коллектив предприятия решил приватизировать компанию и «в период общего спада производства профком совместно с администрацией искал пути выхода из критической ситуации». Но нельзя сказать, что имущество завода перешло в руки коллектива. Так, 20% акций перешли под контроль Сергея Недорослева, создавшего еще в 1988 году легендарную группу компаний «Каскол», которая впоследствии скупила пакеты акций РКК «Энергия» (10%), «Энергомаша» (20%), авиастроительного завода «Сокол» (40%), корпорации «Иркут» (40%). Сам Недорослев вспоминал, что продукция завода была тогда недооценена. Новый Ми-8 можно было купить на заводе за 2—3 млн долларов, в хорошем состоянии такой вертолет стоил 500 тыс. долларов. А за рубежом подобные аналоги продавались на 15 млн долларов.

В 1990-х годах 20% акций перешли под контроль Сергея Недорослева, создавшего легендарную группу компаний «Каскол». Фото kremlin.ru

Идеи Недорослева по объединению вертолетных заводов в единый холдинг в 1990-х разделял и будущий министр Денис Мантуров (тогда работавший замдиректором Улан-Удэнского авиазавода — 8-е место в нашем рейтинге). В 2001 году Мантуров стал зампредседателя «Госинкора», куда и были переданы госпакеты вертолетных заводов. В 2002 году «Госинкор» вместе с «Рособоронэкспортом» создали УК «Оборонпром». По мнению «Форбс», Мантурову в консолидации вертолетных активов помогли близкое знакомство и дружба с Сергеем Чемезовым, начавшиеся еще в конце 1990-х годов. «Роствертол» был куплен «Оборонпромом» за 20 млн долларов. Со своими вертолетными активами пришлось расстаться не только Недорослеву, но и АФК «Система» (потеряла 49% КБ Камова). На развитие холдинга путинское правительство выделило 10 млрд рублей.

Ошибка с Саддамом Хусейном, «игла гособоронзаказа» и обида Джорджа Буша

Сегодня «Роствертол» серийно выпускает все те же Ми-26, Ми-24 (первый советский боевой вертолет, неофициально зовется «Крокодил»), Ми-28 («Ночной охотник», советский ударный вертолет). Пробежимся вновь по цифрам.

Стоимость одного Ми-28 24 млн долларов. Первый зарубежный контракт не осуществили из-за оккупации Кувейта Ираком — СССР собирался поставлять Ми-28 Саддаму Хусейну. Второй потенциальный контракт с Индией также умер, не родившись: выяснилось, что Ми-28 уступает американским «Апачам» (основной винт быстро перегревался, бортовые электронные системы были не отлажены). Наконец, собирались поставлять в Алжир — в 2014 году было заказано 42 машины. В 2012 году был заключен контракт с Ираком на поставку 15 машин Ми-28 (новой конструкции) на сумму 4,3 млрд долларов. Более 90 вертолетов поставлено по линии гособоронзаказа ВВС России. Простой подсчет дает цифру в 3,5 млрд долларов по состоянию на 2017 год.

Впрочем, в мае 2017 года появилась информация о росте гособоронзаказа на Ми-28 до 300 машин — это почти 7,2 млрд долларов. Стоимость Ми-26 — 20—25 млн долларов, в 2011 году предполагалось, что экспортные продажи составят до 2015 года 5,6 млрд долларов. Если подсчитать число военных вертолетов в странах, куда они были проданы (плюс те, что еще не поставлены, но контракты заключены твердые), получится, что на экспорт пошли 50 вертолетов (большая часть в тот же Алжир). По госборонзаказу поставили по меньшей мере 42 вертолета. Получается, что компания должна была выручить к 2016 году 1,8 млрд долларов. Это, увы, меньше цифры в 5,6 млрд рублей в три раза.

Наконец, Ми-24 — один из самых массовых вертолетов завода (активно использовался в Афганскую войну и во время Чеченских войн), к настоящему моменту произведено уже 3500 штук. До 2000 года на экспорт было продано 23 вертолета, сколько продано после — неизвестно. Но, учитывая относительно устаревшую модель, вряд ли они должны поразить воображение.

В настоящее время доля «Роствертола» на мировом рынке вертолетов оценивается в 2,5%, однако на самом заводе признаются, что если раньше соотношение между машинами, поставленными в рамках гособоронзаказа и на экспорт, было 50% на 50%, то сейчас — 65 на 35%. Говорит ли это о снижении экспортной выручки или об увеличении гособоронзаказа, впрочем, судить трудно.

В настоящее время доля «Роствертола» на мировом рынке вертолетов оценивается в 2,5%. Фото rostec.ru

В 2016 году из-за санкций завод полностью заменил двигатели украинского производства на отечественные. В последние годы сами США в отношении «Роствертола» никаких санкций не вводили. Но в начале афганской войны в 2002 году, после атаки на башни Всемирного торгового центра, США на ростовский завод обиделись, обнаружив российские вертолеты на вооружении Сирии, Ливии и Судана, стран, как считал Госдеп, поддерживающих терроризм. При этом сами американские войска использовали в афганской войне том числе «роствертоловские» вертолеты Ми-26!

«Уралвагонзавод»: от легендарного Т-34 до «романа с Путиным», атаки «Альфа-банка», миллиардных убытков и «бронетанкового холдинга»

Седьмая по величине оборонная компания РФ — Научно-производственная корпорация «Уралвагонзавод» (тоже из «чемезовской семьи» «Ростех»). Завод был основан в сталинские 30-е годы, и поначалу на нем работали заключенные. В 1936 году завод стартовал с производства тяжелых железнодорожных вагонов, в военные годы на него эвакуировали множество военных заводов, и постепенно уральский завод освобождал гражданские площадки для производства военной продукции. В первую очередь, танков — до конца Второй мировой войны «Уралвагонзавод» выпустил 25,2 тыс. легендарных Т-34, основных танков РККА.

После войны завод вновь перешел на гражданские рельсы, но о танках не забывал: были выпущены Т-54, Т-55 (первый танк с противоатомной защитой), Т-62. С 1974 года в серию пошел Т-72 — самый массовый боевой танк 2-го поколения, до сих пор стоящий на вооружении стран бывшего СССР и Варшавского договора, а также Индии, Ирана, Ирака, Сирии.

В 2009-м завод приступил к разработке Т-14, известного как «Армата», но серийное производство началось лишь в этом году. Стоимость танка — 250 млн рублей. В 2016 году государство заказало предприятию партию танков до 2020 года в объеме 2300 штук (пока заказали партию в 100 штук). На экспорт танк отправят лишь после снятия грифа секретности и только после удовлетворения нужд гособоронзаказа. Предприятие, таким образом, до 2020 года обеспечило себя заказами по «Армате» на 575 млрд рублей.

Кроме того, на заводе производят и советский танк Т-90 («Владимир»), он стал самым продаваемым на мировом рынке в нулевые годы. Стоимость танка сначала составляла 70 млн рублей, в 2011 году выросла до 118 млн (это привело и к тяжелому финансовому положению завода), но уже с конца 2011 года закупку танков для ВС РФ прекратили. На экспорт Т-90 поставляли в Индию: в 2001 году подписали контракт на 1 млрд долларов, в 2006 — еще два на 3,3 млрд долларов и так далее. Всего с Индией было заключено контрактов более чем на 6 млрд долларов — до 2020 года на вооружение индийской армии должно встать 2000 танков Т-90. В 2008 году с Алжиром был подписан контракт на 8 млрд долларов. Остальные иностранные заказчики не называются (в этом году сообщили, что появился контракт с одной из стран Ближнего Востока).

Предприятие до 2020 года обеспечило себя заказами по «Армате» на 575 млрд рублей. Фото photo.rae2015.ru

Акционировано предприятие было лишь в 2007 году, из ФГУП став ОАО. В том же году завод подписал контракт с ОАО «РЖД» на поставку 40 тыс. вагонов стоимостью 68 млрд рублей (70% потребностей РЖД). Однако в 2009 году из-за отсутствия заказов РЖД «Уралвагонзавод» оказался на грани дефолта — долг составил 66 млрд рублей. Российские власти вынуждены были влить в завод 4,4 млрд рублей, а к концу 2009 году увеличить уставной капитал на 10 млрд рублей. Вернуть долг правительству РФ корпорации удалось уже в 2010 году.

Позднее «Уралвагонзавод» начал сотрудничать с «Транснефтью» в перевозке нефтепродуктов (поставка 8,5 тыс. цистерн). В 2011 году завод стал известен участием своих работников в прямой линии с Путиным: начальник сборочного цеха Игорь Холманских предложил Путину «выйти с мужиками и отстоять свою стабильность». 18 мая 2012 года Владимир Путин назначил Холманских полпредом в Уральском федеральном округе.

Увы, путинская рука не помогла. Так, в 2009 году убыток составлял 7 млрд рублей, в 2011 году на волне «путинской любви» завод показал прибыль в 8 млрд рублей, в 2012 — в 9,5 млрд рублей, но в 2013 году прибыль резко упала до 443 млн рублей. Черная полоса началась с 2014 года, когда завод показал убыток в 4,8 млрд рублей, в 2015 году убыток оказался астрономическим — 10 млрд рублей! На предприятии объяснили это американскими санкциями — США внесли в список «Уралвагонзавод» летом 2014 года.

В апреле 2015 года в вынужденных отпусках находилось более 5 тыс. сотрудников (из 30 тыс.). В мае 2015 года «Альфа-банк» намеревался обратиться в суд о банкротстве предприятия — «Уралвагонзавод» задолжал банку 6 млрд рублей. Но в 2016 году банк Михаила Фридмана и Петра Авена пошел на мировую. Очевидно, что обанкротить оборонное предприятие власти РФ не дали — правительство РФ выдало госгарантий на 7 млрд рублей. А в декабре 2016 года Путин, устав вытаскивать завод из банкротства, передал предприятие ГК «Ростех».

Чемезов намеревается создать на базе УВЗ «бронетанковый холдинг». Пока Чемезов начал переливать завод из трубы Росимущества в «Ростех», выяснилось, что УВЗ создала себе компанию «УВЗ-логистик», которая сама себе покупала вагоны, поскольку РЖД их не покупала в течение двух-трех лет подряд: «Это было сделано для того, чтобы не останавливать производство». В мае 2017 года стало известно, что завод вновь пытаются обанкротить — на этот раз из-за суммы в 12 млн рублей.

В 2011 году завод стал известен участием Игоря Холманских в прямой линии с Путиным. Фото gazeta.ru

УУАЗ: от истребителей для РККА и крылатых ракет до попытки вывода активов в «эпоху приватизации» и отъезде рабочих в Казань

Восьмое место занимает Улан-Удэнский авиационный завод, увеличивший свою выручку на треть — до 50 млрд рублей. Он также входит в состав холдинга «Вертолеты России» («дочка» «Оборонпрома», входящего в «Ростех»).

Завод начал свою деятельность с конца 1930-х годов, ремонтируя истребители И-16 и бомбардировщики СБ. В войну вместе с Иркутским авиазаводом производил детали Пе-2, затем приступил к производству самолетов главной ударной силы истребительной авиации РККА — одномоторных Ла-5 и Ла-7.

После войны завод стал одним из советских центров по выпуску вертолетов КБ Камова — Ка-15 и Ка-18, а с 1960-е — крылатых ракет. К середине 1970-х выпустил 250 противолодочных вертолетов корабельного базирования Ка-25 для ВМФ СССР. С 1970-х приступил к производству вертолетов Ми-8, до 1991 года было выпущено порядка 4 тыс. машин. Одновременно в 1980-х годах в Улан-Удэ выпускали истребители МиГ-27 (вместе с Иркутским авиазаводом). А в сотрудничестве с «ОКБ Сухого» — штурмовики Су-25, которые впоследствии базировались на крейсере «Адмирал Кузнецов».

С началом 1990-х, прекратив выпускать Су-25, завод производил Су-39, однако до настоящего момента в серию последние истребители так и не пошли (из-за отсутствия госзаказа). Вертолетное производство после краха СССР продолжилось благодаря разработанному казанским филиалом ОКБ им. Миля вертолету Ми-8АМТ (на базе самого массового двухдвигательного вертолета Ми-8МТ). До настоящего времени здесь производят различные модификации и модернизированные версии Ми-8.

Турбулентность 1990-х УУАЗ пережил, потеряв на время цех производства лопастей (считающийся самым доходным), перешедший под контроль ОАО «ВИК» или «Вертолетной инновационно-промышленной компании». «ВИК» был создан частью руководства самого авиазавода, в результате одобрившим сделку по продаже цеха на сторону. Сам цех продолжал работать, продавая продукцию заводу, но выручка в итоге уходила на сторону. В то время часть акций завода была выкуплена Недорослевым, на самом заводе замдиректором работал будущий министр промышленности Денис Мантуров, товарищ Сергея Чемезова, первым — в возрасте 29 лет — предложившим идею вертолетного холдинга.

В мае этого года в местных СМИ появилась информация о тяжелом финансовом положении завода. Фото ato.ru

Пока Мантуров ходил на работу на Московский вертолетный завод, в Улан-Удэ делили цеха. В 1998 году один из руководителей «ВИК», Леонид Белых, возглавил и сам УУАЗ. «ВИК» не вошел обратно в состав завода, а, по мнению местных наблюдателей, еще больше подмял под себя важные производственные площадки. В середине «нулевых», когда Чемезов с Мантуровым занялись консолидацией вертолетных активов РФ, «Оборонпромом» было выкуплено 49,18% акций УУАЗ. К настоящему моменту АО «Вертолеты России» владеет 100% авиазавода.

Однако завод достался Чемезову с Мантуровым по меньшей мере без одного ключевого цеха. Задумав выкупить активы у ОАО «ВИК», москвичи столкнулись с противодействиями местных управленцев, обвинивших их в «рейдерском захвате», поэтому стоимость активов «ВИКа» выросла с 16 млн рублей до 780 млн рублей. Выкупали цех при этом на деньги самого завода.

В мае этого года в местных СМИ появилась информация о тяжелом финансовом положении завода: якобы, отказавшись от производства перспективных самолетов, руководство «зациклилось на морально стареющих вертолетах Ми». При этом теряющие работу специалисты едут… в Казань: «Казанский авиазавод обеими руками берет инженеров и квалифицированных рабочих — никакого резюме не надо, если есть стаж работы. А вертолеты мы делаем одни и те же. Просто идет вызов, и семья переезжает в Татарстан», — говорят участники событий.

Как считают недовольные, в проблемах УУАЗ отчасти виновен и КВЗ, расположенный ближе к Москве и лучше лоббирующий свои заказы. Кроме того, казанцы «продвинулись в разработке вертолетов нового поколения» (Ми-38 и «Ансат»). Хотя в связи с сокращением заказов «и в Казани тоже непросто — там решили пока не увольнять людей, а перевести их временно на неполную рабочую неделю».

Тем не менее при выручке в 50 млрд рублей прибыль компании в Улан-Удэ в 2015 году составила 17 млрд рублей (на КВЗ прибыль 12,4 млрд рублей, хотя в 2016 году она сократилась в 10 раз). Сам директор УУАЗ Леонид Белых сообщает, что до 2020 года инвестиции в предприятие превысят 12 млрд рублей (пойдут на 12 инвестиционных проектов), в 2015 году объем вложений составил 2,8 млрд рублей. В приоритетах завода — замена производства Ми-8/18 вертолетами Ми-171А2.

Директор УУАЗ Леонид Белых (справа) сообщает, что до 2020 года инвестиции в предприятие превысят 12 млрд рублей. Фото 03grb.ru

С другой стороны, Улан-Удэнский авиационный завод «в связи со сложностью в формировании портфеля заказов» в 2016 году мог, по прогнозам, снизить производство на 15—25% и, соответственно, сократить прибыли. Одна из сложностей УУАЗ (выпустившего в прошлом году 75 вертолетов) в снижении экспортных заказов. В 2016 планировалось произвести всего 53—55 машин (все — по гособоронзаказу) — объемы производства действительно не превысят показателей 2015 года. Вряд ли поможет и китайский контракт, заключенный в ноябре прошлого года (шесть машин).

ОАК: от путинского старта и критики антимонопольщиков до первых прибылей и вливания сотен миллиардов в «Суперджет»

Девятое место по объему выручки заняла в нашем рейтинге «Объединенная авиастроительная корпорация». Созданную в 2006 году по поручению Владимира Путина ОАК возглавил тогдашний министр обороны РФ Сергей Иванов. В нее вошли «Сухой», корпорация «МиГ» (12-е место в нашем рейтинге), «Ильюшин» (56-е место), «Туполев» (39-е место — падение выручки на 21%), «Иркут», КАПО Горбунова и т. д. Всего — 20 компаний. Идею объединения раскритиковал тогдашний глава ФАС Игорь Артемьев, заявивший, что «разработчики концепции ОАК решили устранить внутреннюю конкуренцию между российскими предприятиями ради совместного участия в соревновании с иностранными производителями».

Перед ОАК поставили цель — за 10 лет увеличить совокупную выручку предприятий с 2,5 млрд долларов (выручка на момент объединения в 2006 году) до 7—8 млрд долларов. Получилось или нет? Посчитаем. Выручка головной компании в 2015 году составила 49,3 млрд рублей, увеличившись с 2014 года на 24%. При этом компания год закрыла с убытком в 9,4 млрд рублей. Это, конечно, не идет ни в какое в сравнение с убытком 2011 года в 147 млрд рублей, но 2013 и 2014 год ОАК заканчивала с прибылью. Согласно же консолидированной отчетности ОАК за 2016 год, общая выручка составила 394,6 млрд рублей, выручка по МСФО — 416,9 млрд рублей (в 2015 году — 346,1 млрд рублей). Валовая прибыль по МСФО в 2016 году — 78,6 млрд рублей. При средневзвешенном курсе доллара за 2016 год в 67 рублей выручка ОАК в 2016 году составила всего 6,2 млрд долларов. С другой стороны, в пересчете на курс доллара за 2006 год оборот ОАК в 2006 году составлял 67,9 млрд рублей.

Экспортная выручка в 2016 г. выросла более чем в два раза до 203 млрд руб., таким образом, в 2015 от экспортных продаж ОАК получила, по меньшей мере, 100 млрд рублей. Доля экспорта в общем объеме выручки в 2015 году составила 28,9%, в 2016-м — уже 48,6%. В 2015 году ОАК продала 156 воздушных судов (в 2014-м — 159 штук). По линии гособоронзаказа в 2015 году 90 самолетов Су-30, Су-34, МиГ-29 и Як-130 ушло Минобороны РФ. На экспорт поставили 34 самолета.

В компании подтверждают, что основным фактором роста оборота стали поставки на экспорт, увеличилась выручка и гражданского сегмента (основной продукт — ближнемагистральный самолет SSJ100) до 69 млрд руб. По подсчетам компании, доля минобороны в 2016 году составила 43% выручки (47% — в 2015 году). Всех цифр по гособоронконтракту за 2016 нет, но можно предположить, что на экспорт поставили примерно в два раза больше самолетов. Основного результата достигли, уверяют в ОАК, за счет реализации за рубеж самолетов типов Су-35, Су-30 и поставок SSJ100 зарубежным заказчикам.

Основной продукт гражданского сегмента — ближнемагистральный самолет SSJ100. Фото superjet100.info

Одновременно в 2015 в корпорацию влили 100 млрд рублей на докапитализацию (что снизило кредитную нагрузку). В 2017—2019 году в ОАК вольют еще 400 млрд рублей — в основном на реализацию программ «Суперджета» и МС-21.

КВЗ: от поставок У-2 на фронт и выпуска легендарного Ми-8 до «чемезовской атаки» в «нулевые», увольнений людей и продажи вертолетных активов за рубеж

И, наконец, десятку крупнейших оборонных компаний России закрывает Казанский вертолетный завод, чей оборот упал в 2015 году на 9% до 49 млрд рублей. При том, что у «Адмиралтейских верфей» Петербурга оборот, напротив, вырос на 23% до 45,3 млрд рублей, есть вероятность, что по итогам 2016 года КВЗ из «оборонной десятки» выпадет: выручка в 2016 году составила всего 25 млрд рублей. Прибыль упала почти в 100 раз, с 12,3 млрд до 129,8 млн рублей.

Об истории КВЗ татарстанцам много говорить смысла не имеет, потому коротко. Создан он был на базе ленинградского завода №38, в годы войны поставил на фронт 11 тысяч У-2, увеличив объем производства в год победы в 3,5 раза (до 350 штук в месяц). После войны завод плавно переходил на гражданские рельсы, выпустив 9 тыс. комбайнов, и приступил к производству вертолетов Ми-1. С создания Ми-4 завод начал поставки на экспорт, в 1960-х начали выпускать легендарный Ми-8.

В 1990-е завод приватизировали и акционировали. В 1993 году образовали АО и провели эмиссию акций, а в 1998 году — допэмиссию (аккурат в этом же году из-за деноминации стоимость вертолетных ценных бумаг рухнула в 1000 раз). К концу 1990-х почти треть акций КВЗ принадлежала Госкомимуществу РТ (еще 6,3% через офшор), 17% — работникам предприятия. В реестр акционеров входили также банки «Банк Кредит Свисс Ферст Бостон», «Российский кредит», «ОНЭКСИМ».

Александр Лаврентьев отдал свою долю акций лишь в конце 2006 года. Фото Максима Платонова

В 1993 году завод приступил к разработке и производству вертолетов «Ансат» и «Актай». Как и в случае с Уфиским МПО, КВЗ также стал объектом дележа региона с Москвой. В середине «нулевых» Мантуров и Чемезовым, объединяя вертолетные активы, сделали казанцам предложение, от которого те не смогли отказаться. В итоге власти РТ в 2005 году обменяли свой пакет завода на 15% «Оборонпрома» (курирующего вертолетный холдинг), а владеющий к тому моменту третью акций глава завода Александр Лаврентьев отдал свою долю лишь в конце 2006 года. Сегодня АО «Вертолеты России» передано уже 99,6% акций казанского завода.

Нежелание расставаться с вертолетным активом объяснялось экспортными успехами завода: к 2001 году КВЗ умудрился заработать порядка 1 млрд долларов на экспортных продажах почти 600 машин. Показательно, что казанские акционеры объясняли решение отдать завод в «чемезовские руки» гособоронзаказом: завод держался за счет экспорта (90%), с «Рособоронэкспортом» отношения до той поры не складывались — в те годы «Рособоронэкспортом» руководил Сергей Чемезов, который поэтому знал, на какие нужные кнопки казанцев стоит нажимать.

Сначала обещания по гособоронзаказу выполнялись. С 2007 по 2011 год выручка завода росла (с 6 до 30 млрд рублей). В 2011 году глава «Вертолетов России» Андрей Реус обещал в 2012 году в 1,5 раза увеличить гособоронзаказ. КВЗ, равняясь на это, в 2011 году вложил в производство 1,5 млрд рублей. Объем производства вертолетов к 2012 году почти достиг планки в 100 машин (при способности производить 120 вертолетов), но этой планки придерживался в результате до 2014 года. Пиковой точкой оказался 2013 год, когда КВЗ реализовал 107 вертолетов. В 2012 году доля гособоронзаказа в выручке составляла 2%, в 2013 — 3,4%, в 2014 — уже 24,7%, но в 2015 рухнула до 1%. В 2015 году завод откатился к 2005 году, последнему году самостоятельности — и продал лишь 70 вертолетов (как и в 2016 году).

Причина была не только в снижении гособоронзаказа (в 2014 — 13,3 млрд рублей, в 2015 – всего 971,5 млн рублей), но и в падении экспортной выручки. Эксперты рынка объяснили это полным выполнением предыдущих контрактов с Индией на 2,8 млрд долларов, и с США (63 вертолета для афганской армии были закуплены, несмотря на санкции Госдепа США). К тому же раскрутка гражданских версий «Ансат» к тому моменту только началась, а рынок вертолетами Ми-8/17 уже насытился. Штат завода в 2015 году пришлось сократить на 500 человек, а руководитель АО «Вертолетов России» написал письмо в «Ростех» о «критической ситуации с загрузкой производственных мощностей «УАЗ и Казанского вертолетного завода, основной номенклатурой которых являются вертолеты типа Ми-8/17/171».

В ноябре 2016 году руководство КВЗ заявило о намерении сменить направление с оборонного на гражданское (видимо, чтобы слезть с «иглы гособоронзаказа»). В том же 2016 году Чемезов с Мантуровым сделали ход конем, объявив о намерении продать консолидированный вертолетный холдинг — 49% акций планировали продать стратегическому инвестору. При стоимости пакета акций в 600 млн долларов, за 49% пришлось бы выложить более 1 млрд долларов. Объявление о поиске инвестора прозвучало на фоне общего падения продаж вертолетных заводов на 21,8%: поставлено было 212 вертолетов в 2015 году (меньше, чем в 2014 году, на 59 машин). Портфель заказов сократился на 9,5% до 494 вертолетов стоимостью в 396,1 млрд рублей. Летом 2016 года 25% акций продали за 600 млн долларов Российскому фонду прямых инвестиций. В феврале 2017 года стало известно, что еще 12% акций «Вертолетов России» было продано за 300 млн долларов «ближневосточным инвесторам», еще 13% предложат купить индийским или китайским инвесткомпаниям. Таким образом, «Оборонпром» избавится не от 49%, а от 50% вертолетных акций.

В ноябре 2016 году руководство КВЗ заявило о намерении сменить направление с оборонного на гражданское. Фото Максима Платонова

Будут ли Чемезов с Мантуровым продавать и другие оборонные активы, которые они долгие годы консолидировали и превращали в вертикально-интегрированный холдинг, пока неизвестно. Неизвестно также, было ли первоначальным желание консолидировать оборонные активы с целью продать инвестору. Тем более что обыкновенно на рынок выводят эффективно функционирующие консолидированные активы, а не компании, демонстрирующие миллиардные убытки — почему «Вертолеты России» не были проданы в 2012—2013 годах? Заметим также, что все 10 крупных холдингов российской оборонки так или иначе контролируются Денисом Мантуровым и/или Сергеем Чемезовым, за которыми со стопроцентной вероятностью можно разглядеть разве что единственного человека, который бы давал «добро» на продажу оборонных активов за рубеж или запрещал передачу стратегических компаний в руки иностранцев. И зовут этого человека — Владимир Владимирович Путин.

Рейтинг предприятий ВПК
Наименование предприятия 2015 2014 изменение
1 АО «Концерн ВКО „Алмаз-Антей“ 136.515.561 73.296.276 86%
2 Авиационная холдинговая компания „Сухой“, г. Москва 100.651.902 86.233.343 17%
3 Научно-производственная корпорация „Иркут“, г. Москва 82.786.503 59.380.219 39%
4 Уфимское моторостроительное производственное объединение, г. Уфа, Республика Башкортостан 67.510.963 48.903.137 38%
5 Производственное объединение „Северное машиностроительное предприятие“, г. Северодвинск, Архангельская область 62.529.509 51.491.685 21%
6 Ростовский вертолетный производственный комплекс Открытое акционерное общество „Роствертол“, г. Ростов-на-Дону 56.826.994 36.938.285 54%
7 Научно-производственная корпорация „Уралвагонзавод“ имени Ф.Э. Дзержинского, г. Нижний Тагил, Свердловская область 54.850.103 74.127.622 -26%
8 Улан-Удэнский авиационный завод, г. Улан-Удэ, Республика Бурятия 50.000.000 38.407.958 30%
9 Объединенная авиастроительная корпорация, г. Москва 49.289.236 39.902.486 24%
Сергей Афанасьев
комментарии 15

комментарии

  • Анонимно 09 мая
    Достойный цикл, спасибо вам, узнал много нового! Все понятно, развернуто, с подробностями, было очень интересно! Ждем ваших новых исследований!
    Ответить
    Анонимно 09 мая
    у меня к концу статьи мозг закипел,столько цифр и данных
    Ответить
  • Анонимно 09 мая
    Просто подарок к празднику Великой Победы, с коим Вас и поздравляю!
    Ответить
  • Анонимно 09 мая
    столько ссылок на ваши исследования. сегодня не успею все прочитать, но в ближайшие дни заполню свои пробелы)
    Ответить
  • Анонимно 09 мая
    Раньше, в детстве еще, мечтал работать на каком-нибудь оборонном предприятии) жутко интересно
    Ответить
    Анонимно 09 мая
    почему не воплотили мечту?
    Ответить
  • Анонимно 09 мая
    заголовок зашкаливает!)
    Ответить
  • Анонимно 09 мая
    С убийствами жесть
    Ответить
  • Анонимно 09 мая
    правильно, Путин все бережет, не продает, так и надо
    Ответить
  • Анонимно 09 мая
    С какой конкретно ОПГ был конфликт?
    Ответить
    Сергей Афанасьев 09 мая
    На самом деле до сих ясно, что ничего не ясно. Сначала сообщалось, что поймали киллеров, потом нашли организаторов. В числе ОПГ называлась в первую очередь питерская, но замешаны были также товарищи из казанской группировки (какой - не называлось) - гуглите имена Эдуарда (кое-где его зовут Иреком) Набиулина и Евгения Манько. Самих шестерых "бойцов", вроде бы, посадили. Но проблема в том, что организаторов (называются опять же разные имена) оправдали на двух судебных процессах 2007 и 2008 года. А уже через несколько лет - в 2009 году - был убит начальник отдела недвижимости управления маркетинга концерна ПВО «Алмаз-Антей» Андрей Барабенков. Кто его заказал - неизвестно, информации о виновниках убийства с тех пор нет.
    Ответить
  • Анонимно 09 мая
    название-то какое у вертолета)) "ночной охотник"
    Ответить
  • Анонимно 09 мая
    Зачем столько Ми-24 произвели, раз они так плохо идут на экспорт?
    Ответить
  • Анонимно 09 мая
    полный криминал 0_о
    Ответить
  • Анонимно 09 мая
    Спасибо, интересный труд
    Ответить
Войти через соцсети
Свернуть комментарии