Рабыня-мать и дух ребенка: роман, который стал памятником

«Хорошие редакторы меняют все»

Тони Моррисон родилась под именем Хлоя Арделия Уоффорд 18 февраля 1931 года в Лорейне, штат Огайо, в рабочей афроамериканской семье. Писательница вспоминала, что ее отец, переживший расистское насилие на Юге, «никогда не рассказывал нам, что видел тела. Но он их видел. И это было слишком травматично для него». Семья рано столкнулась и с бытовым насилием. Однажды домовладелец поджег дом из-за неуплаты аренды, когда Моррисоны были внутри. Позже писательница говорила, что близкие ответили на эту «странную форму зла» смехом, сохранив достоинство.

В 12 лет она приняла католичество и получила имя Энтони — отсюда возникло «Тони». В 1949 году Моррисон поступила в Говардский университет, окончила его в 1953 году, а в 1955-м получила степень магистра в Корнеллском университете с диссертацией по теме отчуждения у Вирджинии Вулф и Уильяма Фолкнера.

В 1958 году Тони вышла замуж за ямайского архитектора Гарольда Моррисона, у них родилось двое детей. Но брак не продлился долго. После развода в 1964 году Моррисон переехала в Сиракьюс и начала работать редактором учебной литературы в подразделении издательства Random House. Спустя два года перешла в нью-йоркский офис и стала старшим редактором художественного отдела — первой афроамериканкой, которая занимала эту должность. В этой роли она системно продвигала «черную» литературу в мейнстрим. Среди ее проектов — антология «Современная африканская литература» (1972) с текстами нигерийского драматурга Воле Шойинки, прозаика Чинуа Ачебе и южноафриканского романиста Атола Фугарда; а также автобиография Мухаммеда Али «Величайший: моя собственная история» (1975), посмертные публикации Генри Дюма, застреленного полицейским в метро Нью-Йорка в 1968 году.

Моррисон курировала и развивала «Черную книгу» (1974) — сборник фотографий, документов и эссе о жизни чернокожих в США от рабства до 1920-х. Критик Элвин Бим из Cleveland Plain Dealer писал: «Редакторы, как и романисты, имеют «детей разума» — книги, которые они придумывают и приводят к жизни, не ставя свое имя на титульной странице. У миссис Моррисон сейчас в магазинах есть один из таких».

Опыт двух десятилетий в издательстве Моррисон оценивала трезво. «Это уменьшило мой благоговейный страх перед издательской индустрией… я поняла, насколько важен редактор — насколько он критически важен», — говорила Тони Моррисон в 1993 году о своей работе в Random House. И добавляла: «Хорошие [редакторы] меняют все… если попался неправильный, лучше быть одному. Но есть такие редкие и важные редакторы, которых стоит искать, и ты всегда знаешь, когда он у тебя есть».

«Я написала первую книгу только потому, что ее не было, а я хотела ее прочитать»

Писать прозу Тони Моррисон начала в неформальном кружке Говардского университета: на одно из обсуждений она принесла рассказ о чернокожей девочке, мечтающей о голубых глазах. Этот текст стал основой дебютного романа «Самые голубые глаза» (1970). Книгу опубликовало издательство Holt, Rinehart and Winston, когда писательнице было 39 лет. Джон Леонард из The New York Times назвал ее стиль «прозой столь точной, столь верной речи и столь насыщенной болью и изумлением, что роман становится поэзией… но «Самые голубые глаза» — это также история, социология, фольклор, кошмар и музыка».

Продажи поначалу были скромными, однако включение романа в учебные программы, в том числе в Городском университете Нью-Йорка, увеличило тираж. В интервью журналу The Paris Review Моррисон объяснила, почему решила променять работу редактора на писательство: «Я написала первую книгу только потому, что ее не было, а я хотела ее прочитать».

Дальнейшие публикации закрепили статус писательницы. Роман «Сула» (1973) был номинирован на Национальную книжную премию США. «Песнь Соломона» (1977) принесла национальное признание и стала основной книгой «Клуба книги месяца», впервые был выбран роман чернокожего автора. В 1996 году выбор «Песни Соломона» в книжном клубе Опры Уинфри и последующее включение «Самых голубых глаз» дали резкий рост продаж. Сама Моррисон назвала это «революцией чтения».

Именно во время написания романа «Песнь Соломона» Моррисон осознала, что писательство — это то, чему она хочет посвятить себя. «Именно тогда я начала думать, что это — центральная часть моей жизни», — говорила Тони Моррисон. Но чтобы «включить» эту часть в свою жизнь, пришлось выстроить жесткий режим. «Писать до рассвета пришлось по необходимости… я вставала в четыре-пять утра», — вспоминала она. Позже Моррисон осознанно выбрала такой ритм, потому что утром она «яснее мыслит».

Больше всего времени в написании текстов она уделяла работе с языком. «Трудность… написать язык, который работает тихо на странице… Нужно очень тщательно работать с тем, что между словами. С тем, что не сказано», — говорила Моррисон. Абзацы она переписывала «шесть, семь, тринадцать раз», проводя грань «между правкой и излишним терзанием текста». При этом все тексты Моррисон — исключительно о темнокожих, она принципиально отказалась делать белых героями своих произведений. «Мой мир не сузился от того, что я чернокожая писательница. Он стал больше», — сказала Моррисон в интервью The New York Times.

Особенности ее поэтики и исторического проекта были обозначены и критиками, и самой Моррисон. В эссе о работе над романом «Возлюбленная» (1987) она писала о «стертостях, отсутствиях и молчаниях» и о долге перед миллионами погибших в Срединном переходе. Это вторая, самая смертоносная часть «треугольной торговли» XVI—XIX веков, во время которой миллионы порабощенных африканцев перевозили через Атлантический океан в Америку. В тесных, антисанитарных условиях кораблей погибало от 15 до 25% пленников. В результате это стало крупнейшей депортацией населения. «Никто не знает их имен, и никто о них не думает», — говорила писательница. Размышляя о рабских повествованиях, Моррисон отмечала, что авторы нередко «опускали завесу над событиями слишком ужасными, чтобы их описывать». А задачей современного писателя она считала «сорвать эту завесу».

На нобелевской церемонии 1993 года Стур Аллен говорил, что Тони Моррисон «вернула афроамериканскому народу его историю, по частям», а ее романы отличает «выдающаяся повествовательная техника». Саму установку писательница сформулировала так: «Мой проект исходит из радости, а не из разочарования».

Рабыня-мать, убившая своего ребенка

Роман «Возлюбленная» вышел в 1987 году. Его действие разворачивается после Гражданской войны в США и опирается на реальную историю беглой рабыни Маргарет Гарнер. Ключевым источником для Моррисон стала газетная публикация 1856 года под заголовком «Визит к рабыне-матери, убившей своего ребенка», первоначально напечатанная в American Baptist и перепечатанная позднее. Именно этот текст был воспроизведен в антологии «Черная книга», которую Моррисон редактировала в 1974 году.

Обращаясь к истории Гарнер, Моррисон подчеркивала, что знала о ней немного: «Если я пишу о такой исторической фигуре, как Маргарет Гарнер, я на самом деле ничего о ней не знаю. Все, что я знала, — это два интервью с ней». Моррисон поразило, что женщина, убившая ребенка, «не была безумна… Она была очень спокойна; она сказала: «Я бы сделала это снова». Моррисон также добавила: «Этого было более чем достаточно, чтобы разжечь мое воображение».

В эссе о «Возлюбленной» Моррисон описала принцип работы с материалом: «Историческая Маргарет Гарнер — фигура захватывающая, но для романиста — ограничивающая. Слишком мало воображаемого пространства для моих задач. Поэтому я изобрету ее мысли… исторически верные по сути, но не строго фактические». И далее добавила: «Героиня будет представлять безоговорочное принятие стыда и ужаса; примет последствия выбора детоубийства; заявит о собственной свободе. Почва — рабство — была грозной и бездорожной».

Сама история Гарнер была подробно задокументирована. В статье «Визит к рабыне-матери, убившей своего ребенка» приводятся слова женщины: «Я была так же спокойна, как сейчас; и я предпочла бы убить их сразу… чем позволить вернуть их в рабство и быть убиваемыми по частям». Леви Коффин в книге «Воспоминания» (1876) описывал побег группы из семнадцати рабов зимой 1856 года по замерзшей реке Огайо и штурм дома в Цинциннати, где Маргарет «одним ударом перерезала горло своей маленькой дочери», прежде чем была схвачена.

Гарнер была возвращена в рабство и умерла в 1858 году от тифа, тогда как в романе судьбы персонажей развиваются иначе. Эти расхождения Моррисон объясняла так: «Если бы я знала все, что можно знать о ней, я никогда бы не написала эту книгу… Это было бы как уже приготовленный рецепт».

Действие романа «Возлюбленная» начинается в 1873 году в Цинциннати, штат Огайо: «Неладно было в доме номер 124. Хозяйничало там зловредное маленькое привидение, дух ребенка». В этом доме на Блустоун-роуд живут бывшая рабыня Сэти и ее 18-летняя дочь Денвер. Сыновья Ховард и Баглер сбежали из дома в тринадцать лет, бабушка Бэби Сагз умерла. Мать и дочь остались одни. Их спокойствие нарушает приезд Поля Ди — одного из рабов кентуккской плантации Милый Дом, откуда Сэти бежала. Поль Ди изгоняет дух и впервые за годы выводит женщин из дома, но по возвращении они находят у крыльца девушку, которая назвала себя Возлюбленной.

У нее нежные руки, приличная одежда и ноги, на которых не видно следов дальнего пути. Сэти считает, что это ее убитая двухлетняя дочь, на чьем надгробии написано лишь одно слово — «Возлюбленная». Сэти и ее дочь обходит стороной вся община. Позже один из жителей раскрывает Полю Ди причину изгнания семьи: после побега за Сэти пришел хозяин, и она побежала в сарай, чтобы убить всех детей, но сумела убить только старшую дочь. Сэти объясняет, что пыталась отправить их туда, где они были бы в безопасности.

«Мне казалось важным, чтобы действие — факт детоубийства — было известно сразу, но отложено, невидимо», — говорила Тони Моррисон о структуре романа. Сцену перерезанного горла она написала «очень, очень поздно», многократно переписывая одно предложение и уходя из-за стола, потому что язык «не должен конкурировать с самим насилием, иначе это было бы непристойно или порнографично».

«Национальная амнезия»

Этот роман Тони Моррисон посвятила шестидесяти миллионам, погибшим в результате рабства. «Некоторые историки говорили мне — 200 миллионов. Самое маленькое число, которое я слышала, — 60 миллионов… Половина умирала на этих кораблях», — сказала писательница в интервью Time. Она подчеркивала, что писала не «об институте — Рабстве с большой буквы», а «об этих безымянных людях, называемых рабами. Что они делают, чтобы продолжать жить… на что готовы рискнуть… чтобы быть друг с другом».

Ключевой сюжетный узел — попытка Сэти убить детей при появлении бывшего хозяина с офицерами и убийство старшей дочери, которой она перерезала горло. Этот эпизод становится поворотным: Бэби Сагз после этого уже никогда не была прежней, Сэти изгнана общиной, Денвер растет в изоляции. Сама Моррисон возражала против трактовки Сэти как «статуарной» и «нечеловеческой»: «В конце книги она едва может повернуть голову… Это что, сила?». При этом Возлюбленная считала поступок матери «безумием» и, по сути, задавалась вопросом: «Откуда ты знаешь, что смерть лучше для меня?».

Тема материнства дана в романе и как сила, и как разрушение. Материнские обязательства Сэти подавляют ее индивидуальность и приводят к убийству собственного ребенка, тогда как Денвер в финале утверждает свое «я» при поддержке Возлюбленной. Сэти пыталась спасти свою фантазию о будущем детей от рабства. После «экзорцизма» она впервые принимает отношения, которые могут быть полностью для нее — отношения с Полем Ди.

Рабство разорвало связь матери и ребенка. Сэти не принадлежала себе, она была имуществом, которое можно украсть, избить, насиловать. После группового изнасилования у Сэти закончилось молоко. И именно потеря молока стала для нее большей травмой, чем факт изнасилования. Они отняли у нее молоко, лишив символической связи матери и ребенка во время кормления.

Психологический механизм романа — подавление памяти и фрагментация «я». Исцеление героев возможно только через принятие прошлого и возвращение к более ранним формам идентичности. При этом «я» героев заключено в языке, в слове. И как только находятся подходящие слова — меняется и идентичность. Препятствием для этого становится желание легкого прошлого и страх памяти. Моррисон говорила о «национальной амнезии» вокруг рабства. В тексте это выражено буквально:

Но ее жадному уму на будущее было наплевать. Перегруженный прошлым и желающий получить побольше подробностей, он не оставлял ей возможности даже спланировать следующий день.

Моррисон использует сверхъестественное как рабочий инструмент, который двигает сюжет. В первой строке писательница сообщает, что «зловредное маленькое привидение, дух ребенка» хозяйничает в доме, моментально захватывая внимание читателя. Моррисон писала, что хотела, чтобы его «бросили безжалостно в чуждую среду». Призрак выходит на передний план, швыряет мебель, оставляет отпечатки на пирогах, а затем материализуется. Моррисон соединяет фольклор и реализм, а прошлое и настоящее постоянно модифицируют друг друга.

Даже мрачный юмор работает у Моррисон как способ связи. В диалоге Поля Ди и Штампа о Сэти, когда она каждый раз пытается кого-нибудь убить, видя на горизонте белого, — смех разряжает и углубляет их отношения.

«Мы создаем язык»

Роман «Возлюбленная» был встречен широкой критической реакцией и стал бестселлером на 25 недель. В рецензии для The New York Times Митико Какутани писала, что сцена, где мать убивает своего ребенка, «настолько жестока и тревожна, что, кажется, искривляет время до и после в единую неколебимую линию судьбы». Канадская писательница Маргарет Этвуд отмечала, что «многосторонность и технический и эмоциональный диапазон мисс Моррисон, кажется, не знают границ… «Возлюбленная» развеет любые сомнения» в ее статусе. Были и резкие отклики: Стэнли Крауч в The New Republic утверждал, что роман «читается в значительной степени как мелодрама».

Книга была номинирована на Национальную книжную премию США, но не получила ее. Сорок восемь чернокожих писателей и критиков, среди них Майя Анджелу и Анджела Дэвис, опубликовали в The New York Times Book Review письмо, назвав это «упущением и вредной прихотью».

Спустя два месяца роман получил Пулитцеровскую премию за художественную книгу. Узнав о награде, Моррисон сказала: «Я думаю, я знаю, что чувствую… У меня не было сомнений в ценности книги… Но у меня были темные мысли о том, позволят ли достоинствам книги быть единственным соображением комитета». Секретарь совета Пулитцера Роберт Кристофер заявил, что письмо «не повлияло на решение» и что было бы «прискорбно, если бы кто-то умалил ценность достижения Тони Моррисон, предполагая, что премия основана на чем-то, кроме заслуг».

Роман также получил премию имени Фредерика Г. Мелчера. Принимая ее 12 октября 1988 года, Моррисон сказала: «Нет подходящего памятника, мемориальной доски, венка, стены или парка. Нет даже маленькой скамейки у дороги. И поскольку такого места не существует, книга должна была сыграть эту роль». Впоследствии Общество Тони Моррисон установило скамейки у дороги в местах, связанных с историей рабства. Первая была открыта на острове Салливанс.

«Возлюбленная» стала первой частью трилогии о любви и афроамериканской истории. Моррисон объясняла: «Концептуальная связь — это поиск возлюбленного — той части себя, которая есть ты, и любит тебя, и всегда с тобой». Продолжением стал роман «Джаз» (1992), затем «Рай» (1997).

В 1993 году и до публикации третьего романа трилогии Тони Моррисон получила Нобелевскую премию по литературе. В формулировке говорилось об авторе, «который в романах, отмеченных визионерской силой и поэтической значимостью, оживляет существенный аспект американской реальности». В нобелевской речи Моррисон сказала: «Мы умираем. Возможно, это смысл жизни. Но мы создаем язык. Возможно, это мера нашей жизни».

Издательство: Inspiria
Перевод с английского: Ирина Тогоева
Количество страниц: 384
Год: 2021
Возрастное ограничение: 16+

Екатерина Петрова — литературная обозревательница интернет-газеты «Реальное время», ведущая телеграм-канала «Булочки с маком».