Новости раздела

«Рубин» в девяностые годы: слава богу, что живой

А вот бывший «хозяин» команды застрелился от безысходности

Единственным периодом в истории «Рубина», когда футбольный клуб менял свое название, были 1992—1993 годы. Тогда команда превратилась в «Рубин-Тан» — как дань памяти республиканскому олигарху Сергею Шашурину. Спортивная редакция «Реального времени» рассматривает детали жизни казанского футбола в девяностые годы.

Годы девяностые, кому «святые», кому «лихие»

Девяностые годы разделяют россиян на два принципиально противоположных лагеря, характеризующих их «святыми» либо «лихими». Для «Рубина» эти годы точно стали «лихими». Хотя перед развалом СССР команда была на подъеме, в последний свой сезон в чемпионате СССР она даже повысила статус, выиграв зону во второй лиге и перейдя в буферную, находившуюся между первым и вторым дивизионами. Это позволило казанскому клубу стартовать в чемпионате России на уровне первой лиги, на тот момент огромной, состоявшей из трех различных зон.

Перестройка, объявленная в СССР, первым делом ударила по предприятиям оборонной промышленности, отразившись и на финансовом благосостоянии местных спортивных клубов. В этом плане спортивная Казань получила сразу два удара. Первый по хоккейному СК им. Урицкого, спонсором которого выступало КМПО (моторостроительное объединение), команда была переименована в «Итиль» и ушла под крыло муниципального бюджета. Второй по «Рубину», по которому пришелся рикошет от удара по КАПО. «Младореформаторы» делали все, чтобы избавить страну от «проклятого прошлого», включая производственные объединения. Те, кто сейчас проливает слезы по убиенному «оппозиционеру» Борису Немцову, почему-то максимально быстро забыли, что именно его правительство буквально «убивало» российский авиапром. Как итог, бывший генеральный директор КАПО Виталий Копылов вышел на пенсию в мае 1994-го, а в феврале 1995-го застрелился, будучи не в силах пережить то, что делают с заводом, которому он отдал 21 год жизни.

Это тоже самое время, когда едва не ликвидировался «Рубин», едва не потерявший статус профессиональной команды. Если сезон 1992 года она еще пережила, то в 1993 вылетела из первой лиги, будучи конкурентом нижнекамского «Нефтехимика», где играла большая часть воспитанников казанского футбола и ярославского «Шинника», который тренировал будущий наставник команды Игорь Волчок. «Нефтехимик», будучи командой нефтехимического комплекса и «КАМАЗ» — клуб, спонсируемый автогигантом, чувствовали себя в те годы значительно увереннее, Нижнекамску хватало средств и для того, чтобы успешно развивать хоккей. «КАМАЗ» представлял Россию на всемирных Универсиадах 1993 и 1995 годов в Японии и США, благо в команде хватало футболистов-студентов, обучающихся в местном спортивном институте, будущем Поволжском университете спорта. «КАМАЗ» даже дошел до участия в «Интертото», причем один из его международных матчей — с польской командой ЛКС — обслуживал в качестве линейного судьи Игорь Терехов, который с ноября прошлого года избран мэром города Харькова.

Как «КАМАЗ» невольно помог с «Рубином»

Парадокс, но именно «КАМАЗ» косвенно помог ожить и «Рубину», когда в 1995 году провел в Набережных Челнах международный турнир с участием команд Белоруссии, Болгарии, сборной Иордании и пригласил на него в качестве почетных гостей президента Татарстана Минтимера Шаймиева, знаменитого телекомментатора Николая Озерова и других. Минтимер Шарипович посмотрел матч, по окончании которого задался вопросом а в каком состоянии находится «Рубин». Адресатом его любопытства выступал тогдашний мэр Казани Камиль Исхаков, и на его счастье команда еще продолжала существовать, готовясь встретить очередной сезон в полуразобранном состоянии. Начались спешные мероприятия по «излечению» клуба, больше напоминающие реанимацию. В Казань был приглашен уже упомянутый Игорь Волчок, вернулась большая группа футболистов из Нижнекамска, и несколько игроков из ближнего зарубежья.

Нельзя не обойти тот факт, что с развалом СССР в Россию хлынул практически нескончаемый поток спортсменов из 14 бывших союзных республик. Да что там спортсменов, «мастеров культуры», тех же артистов, поскольку повсеместно закрывались киностудии в Грузии, Прибалтике, например. Оказывалось, что именно «оккупация» Советского Союза развивала кинематограф, помогая реализовываться многочисленной группе латвийских или литовских артистов, большинство из которых даже не потрудились, живя в СССР, выучить русский язык, и их приходилось озвучивать, затрачивая лишние средства при съемках. Избавившись от «тоталитаризма», цензуры, наши бывшие соотечественники потеряли, собственно, и кино, и опять таки хлынули в Россию, куда же еще. Спортсменам поначалу было проще, их готовы были принимать и за границей, но тут сказывалась другая проблема, психологическая. Воспитание было, как ни крути, советским, менталитет сказывался даже при переходе в команды бывшего соцлагеря, да и иностранным языком не владел практически никто, а за рубежом никто не заботился о переводчиках, это же не тоталитарный «совок», озвучивавший косноязычную элиту Прибалтики.

Так в «Рубине» 1996 года оказались «узбеки» Рифат Галиев и Рашид Забиров, «таджик» Владимир Сысенко, известные в СССР футболисты Александр Дозморов, Сергей Доронченко, Андрей Лебедев. Эти трое не смогли «найти» себя в Индонезии, Болгарии и Швеции, соответственно. Все они были приглашены Волчком или «под Волчка», затыкая дыры в составе, но надо отдать должное Игорю Семеновичу, через год он укомплектовал состав, преимущественно вернувшимися в Казань местными воспитанниками: Айрат Ахметгалиев, Рустем Булатов, Айрат Гайнуллин, Ильдар Гарифуллин, Сергей Харламов из Нижнекамска, Нияз Акбаров, Наиль Садыков из Челнов. Плюс Олег Нечаев и Рустем Хузин из Волгограда, Рашид Зайнутдинов из Миасса, и нынешний наставник команды Юрий Уткульбаев из Тобольска. Увы, смутные времена сказались и здесь, и за главную команду Казани так и не сыграли два самых лучших воспитанника местного футбола Евгений Варламов и Руслан Нигматуллин.

Ильдар-абы и дядя Леша

Две смерти января 2023 года, которые унесли жизни ветеранов казанского футбола Ильдара Гибадуллина и Алексея Семенова, это еще и возможность детальнее, что называется, пропустить через себя девяностые годы, переломные для страны в целом и для футбола в частности. Мне довелось немного знать Ильдара-абы, невероятного энтузиаста футбола, чье имя может быть отлито в граните, как первого и единственного наставника Руслана Нигматуллина. Или же просто остаться в человеческой памяти, что зачастую надежнее монументов. Ильдар-абы на примере Руслана воспитывал другие поколения, в частности 1987 год рождения, в котором воспитывался младший брат Нигматуллина, выбравший себе банковскую сферу. Руслан очень скромный в общении, даже в ранге основного вратаря «Локомотива», то есть после неудачной карьеры в «Спартаке», приезжал в Казань для того, чтобы дать мастер-класс ученикам Ильдара-абы, сыграть с ними товарищеский матч против ветеранов казанского футбола (как говорится, и я там был, в воротах Нигматуллин-младший, в защите Ильдар-абы, в поле, кажется, Николай Ульянцев, Николай Хлопов, другие ветераны, благо еще один ветеран Виктор Биканов давал возможность побегать в зале на безвозмездной основе). На следующий приезд Нигматуллина матч провести не удалось, ему вообще ничего не удалось, как сам признавался, что даже матери не видит толком. Все просто, по итогу 2001 года Нигматуллина признали «нашим всем»: «Лучшим спортсменом», «Лучшим футболистом», и «Лучшим вратарем» года, а потому, в прямом смысле слова, таскали по высоким кабинетам Минтимера Шаймиева, Камиля Исхакова, наверняка еще кого-то из сильных мира того времени. Гибадуллин сделал из пацана, который пришел к нему практически в подростковом возрасте, сильного голкипера и еще более сильного духом человека, а уже дальше он делал себя сам, правда, не в Казани, увы, не в «Рубине».

Как, кстати, и воспитанники Александра Клобукова по «Волне» 1975 года рождения, включая главного, Евгения Варламова. Клобуков жив, и дай бог ему долгих лет, но не дожидаться же его кончины, чтобы повторить главное: Казань в девяностые годы оказалась экономически и ментально не готова к тому, чтобы содержать сильную футбольную команду и дать возможность расти огромному количеству сильных футболистов, выросших в те годы. Хорошо, что Варламов взобрался на самую вершину, в состав сборной России. Другой ученик Марсель Тухватуллин ярко проявил себя в мини-футболе, как и Артем Пожидаев, Андрей Сергеев, но они уже на республиканском уровне, что называется, широко известные в узких кругах.

И вот Алексей Семенов, приехав 25-летним в Казань в 1974 году, прожил здесь 49 лет, и все в «Рубине». Не уйдя из футбола даже в девяностые, как и его неизменный напарник по вратарскому ремеслу Александр Иванов, ушедший из футбола чуть ранее и нашедший себя в медицинской стезе. На них — Гибадуллине и Клобукове, Иванове и Семенове, Ульянцеве и капитане тех лет Наиле Садыкове, которому в эти дни исполнилось 55 лет, на многих других, ушедших из жизни, и тех, кто до сих пор в строю, на энтузиазме, призывавшем заниматься любимым делом, и пресловутом дошираке, которым зачастую питались профи тех лет, выстоял казанский футбол в девяностые, когда, может быть, и платили миллионы, да не нынешние, обесцененные, позволявшие едва сводить концы с концами. Хотя было и что-то положительное, например, красивая форма «Рубин-Тан», которую мы демонстрируем на главном фото.

Возвращение в первую лигу

1997 год завершился двумя радостными событиями — досрочным возвращением в первую лигу и выходом в четвертьфинал Кубка России. Но 1998-й начался двумя шокирующими событиями: разгромом в Кубке России — 0:3 от «Алании» из Владикавказа и одним очком, набранным в шести стартовых матчах чемпионата. Игорь Волчок был вынужден написать заявление об отставке, и началась очередная тренерская чехарда, замучившая футбольную Казань с 70-х по 90-е годы. Но, видимо, каждый руководитель футбольного хозяйства столицы Татарстана должен пройти через собственное понимание того факта, что частая смена рулевого, это слабость не тренера, а того, кто его назначал. Поскольку практически каждый тренер приходил в Казань, если не со своим подбором игроков, то хотя бы со своим тренерским штабом. Отказавшись от одного или другого, а зачастую от обоих вместе, очень сложно было выкарабкиваться из ямы, в том числе потому, что новый человек поступал точно по тем же лекалам. Таковы неписанные законы спорта зачастую еще со времен СССР.

Серба Миодрага Радановича, ставшего любопытной строчкой в истории клуба, но не не оставившего о себе какой-либо памяти, за исключением волнений в среде футболистов, сменил Александр Ирхин, переживший вместе с командой дефолт 1998 года. Его самого сменил Камиль Исхаков, не дождавшись даже окончания сезона. Был приглашен знаменитый наставник Павел Садырин, но работу в Казани точно нельзя назвать успешной, тем более что она наложилась на бунт в административном штабе клуба, после чего в нем заработал новый штаб. Новый штаб — новый тренер, экс-игрок «Рубина» Виктор Антихович, ранее достаточно успешно работавший в Нижнекамске. И, чтобы вы думали, новые проблемы, теперь уже внутри административного и тренерского штаба, после чего сгорела машина Антиховича, и недолго посидели в местах не столько отдаленных начальник и администратор «Рубина». А Антихович попросту сбежал и из команды, и из Казани, повысив градус накала у Исхакова, которому команда после радостей 1997 года приносила только огорчения. После чего в нее был приглашен малоизвестный на то время туркменский тренер и практически полузабытый казахстанский футболист Курбан Бердыев.

(Продолжение следует)

Джаудат Абдуллин
Справка

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции «Реального времени».

СпортФутбол Татарстан

Новости партнеров