Новости раздела

«Сказал: я ей передачки буду носить». Бухгалтер DOMO дала показания по делу Мусина

Свидетель пожаловалась, что руководство пыталось переложить на нее часть ответственности за махинации с номинальными юрлицами — заемщиками ТФБ

«Сказал: я ей передачки буду носить». Бухгалтер DOMO дала показания по делу Мусина
Фото: Виталий Ахмеров

В Вахитовском суде Казани продолжают допрос свидетелей по уголовному делу экс-главы «Татфондбанка» о многомиллиардных кредитах, выданных по фиктивным документам. Сегодня на заседание вызвали одного из бывших бухгалтеров ГК «DOMO» Ирину Васильеву. Экс-сотрудница подробно описала всю систему выдачи займов и призналась, что руководство компании пыталось переложить на нее часть уголовной ответственности за махинации с номинальными юрлицами — заемщиками ТФБ.

Часть товара существовала лишь на бумаге

Как рассказала в суде Васильева, на работу в «Глобал консалтинг» (одно из немногочисленных подразделений ГК «DOMO», которые вели реальную, а не фиктивную, деятельность) в качестве заместителя главного бухгалтера она попала в октябре 2011 года, однако вникать в цепочку многократного перекредитования через десятки подставных фирм стала лишь к 2013—2014 годам.

— Постоянно нужны были деньги: во-первых, на операционную деятельность ООО «Бытовая электроника» (основное юрлицо ГК «DOMO», занимавшееся куплей-продажей бытовой техники через сеть магазинов, — прим. ред.), которое было глубоко убыточно, — говорит свидетель. — Во-вторых, средства требовались на оплату ранее взятых кредитов и процентов по ним: только «Бытовая электроника» была закредитована на 2,5 миллиарда. Банк больше не мог кредитовать «Бытовую электронику» напрямую, поэтому нужны были новые фирмы.

При этом нужно было не просто зарегистрировать новое юрлицо, но и создать видимость, что оно живо и активно в течение как минимум шести отчетных периодов (полутора лет). Иногда такие фирмы покупались, иногда — создавались «впрок». Фиктивные сделки для создания видимости деятельности проводились между компаниями, входящими в группу. По оценке Васильевой, всего таких номинальных фирм было не менее 30. В создании некоторых из них непосредственное участие принимала и сама Васильева. Номинальными директорами и учредителями фирм были доверенные сотрудники группы и даже их близкие родственники. За это им полагалась ежемесячная выплата размером в 10 тысяч рублей.

Система работала по хитроумной схеме, в которой прописывалось движение денежных средств и товара (бытовой техники) между всеми организациями. При этом часть товара, как рассказала Васильева, была «нарисованной», то есть существовала лишь на бумаге. В случае проверок налоговой предъявляли технику, имеющуюся на складе «Бытовой электроники».

На вопрос о том, сколько «нарисованной» бытовой техники числилось на балансе предприятий ГК «DOMO», Васильева ответить затруднилась

— Не помню. Если бы помнила, то сказала бы: «Вы же видите, что я слишком на них обижена, чтобы молчать», — призналась Васильева.

Часть товара, как рассказала Васильева, была «нарисованной», то есть существовала лишь на бумаге. В случае проверок налоговой предъявляли технику, имеющуюся на складе «Бытовой электроники». Фото Максима Платонова

«В ТФБ обо всем знали»

Схема фиктивных товарно-денежных отношений между номинальными структурами ГК «DOMO» первое время прописывалась на бумаге, а затем сотрудники IT-отдела создали компьютерную программу на основе 1С. В ней автоматически формировались договоры, акты, счета и накладные: все, что нужно для создания иллюзии кипучей финансово-экономической деятельности.

Чтобы оставаться на плаву, ГК «DOMO» требовались все новые и новые кредиты, которые ТФБ регулярно предоставлял. По словам Васильевой, в банке прекрасно знали о том, что документы претендующих на кредиты компаний были фиктивными, однако деньги выдавали. Нужно было лишь обеспечить видимость финансовой чистоты и надежности юрлица.

— Я иногда присутствовала на совещаниях. Операционный директор DOMO (Алексей Ваничков) «стучал кулаком по столу», говорил директору, мол, давайте деньги, а то бизнес встанет. Директор потом трепал банк: давайте деньги, — рассказала Васильева. — ТФБ был в курсе, он был неофициальным бенефициаром, «главнокомандующим».

— А кто конкретно командовал, был воплотителем? — спросил прокурор.

— Мне сказать сложно, я техникой занималась. В ТФБ над Ионовой, с которой я взаимодействовала, была Якушкина, над Якушкиной — Насыров, над Насыровым — Мусин, — ответила свидетельница.

Схема фиктивных товарно-денежных отношений между номинальными структурами ГК «DOMO» первое время прописывалась на бумаге, а затем сотрудники IT-отдела создали компьютерную программу на основе 1С. Фото Максима Платонова

Совокупный кредитный портфель — 26 миллиардов

Когда прокурор попросил Васильеву оценить общий объем кредитного портфеля группы, та ответила: «Вроде 26». Речь, разумеется, о миллиардах рублей.

Гособвинитель задался вопросом, не настораживала ли сложившаяся ситуация Васильеву и других сотрудниц, работавших в бухгалтерии, а также номинально возглавлявших фирмы-прокладки. Они как-никак грамотные экономисты. По словам свидетельницы, настороженность была, а в 2016 году люди и вовсе начали паниковать, требуя вывести их из учредителей и директоров.

— Люди возмущались, уходили, но выйти было трудно, если зашел. Невозможно получить документы. Я сама возглавляла фирму «ТрансТехно» (Уфа) и никаких кредитов не подписывала. В 2016 году с трудом вывелась из учредителей. Однако, как потом выяснилось, мою подпись подделали, а теперь пытаются привлечь к субсидиарной ответственности по долгам компании, я полтора года в судах. Арбитражный кодекс пришлось изучить.

Деньги выводили налево

Окончательно покинуть ГК «DOMO» Васильева решила после того, как стала замечать признаки вывода денег со счетов левым поставщикам, за непоставленные товары и неоказанные услуги.

— Как главный бухгалтер, при сведении баланса «Глобал Консалтинга» я увидела странные платежи. Например, на ремонт помещения, который, как я знала, в реальности не проводился, — рассказала Васильева. — Я Хабибрахманову написала об этом докладную, сказала, что такой баланс подписывать не буду, и уволилась.

По приблизительной оценке Васильевой, сумма выведенных таким образом средств составляла десятки, если не сотни миллионов рублей.

Главный фигурант уголовного дела Роберт Мусин, сидя на скамье подсудимых, невозмутимо слушал и лишь изредка о чем-то перешептывался с адвокатом. Фото Максима Платонова

«Передачки ей поношу»

А еще свидетельница рассказала, что чудом избежала уголовной ответственности по делу ТФБ.

— Когда меня вызывали на допросы, со мной был адвокат, которого предоставили Сабитов и Хабибрахманов. После второго допроса стало понятно, что защитник работает не в моих интересах, а в интересах руководства. От его услуг я отказалась. Мне это следователь посоветовал, — говорит Васильева. — Также оказалось, что некоторые сотрудники, которых тоже вызывали на допросы, меня оговаривают. Я их спросила почему. Они ответили, что по просьбе Хабибрахманова. Как он сказал: «Семь бед — один ответ, пусть будет Васильева. Передачки ей поношу».

Допрос Ирины Васильевой длился почти два часа. Все это время главный фигурант уголовного дела Роберт Мусин, сидя на скамье подсудимых, невозмутимо слушал и лишь изредка о чем-то перешептывался с адвокатом. Очередное заседание назначено на завтрашнее утро.

Виталий Ахмеров
ОбществоЭкономикаФинансыБанки Татарстан
комментарии 0

комментарии

Пока никто не оставил комментарий, будьте первым

Войти через соцсети
Свернуть комментарии

Новости партнеров