Как цифровизовался татарстанский бизнес в 2025 году и чего ждет от 2026-го

К «Честному знаку» бизнес оказался не готов

Вложения предприятий в цифровые сервисы и связь в 2025 году были обусловлены в основном двумя факторами: требованиями законодательства и необходимостью развития бизнеса.

В первой группе, например, ввод обязательной маркировки «Честный знак» для ряда групп товаров. Как говорит руководитель проектного офиса «Транзит-Ойл» Юлия Зубайдуллина, это стало самым большим цифровым событием года для компании и ее клиентов. Гладкий ввод не получился:

— Это очень сложно, очень дорого. Мы как дистрибьютор готовились заранее, всех предупредили, закупили оборудование. Провели обучающие мероприятия, пригласили к себе клиентов, чтобы все объяснить — но все равно наши клиенты оказались технологически совсем не подготовленными в этом вопросе. Мы видим, что ряд небольших предприятий был вынужден закрыться, для них нововведения оказались неподъемными, — констатирует Юлия Зубайдуллина.

Однако глобально для бизнеса ввод маркировки, по мнению нашей гостьи, благо. Особенно для такого бизнеса, в котором традиционно много контрафакта. Те игроки рынка, которые следят за своей репутацией и работают только с официальными партнерами, готовы в это вкладываться.

Наши клиенты оказались технологически совсем не подготовленными в этом вопросе. Мы видим, что ряд небольших предприятий был вынужден закрыться, для них нововведения оказались неподъемными

Метрополитен провел пен-тесты, а мобильные операторы запасаются биометрическими терминалами

Требования к защитному контуру предприятий, являющихся объектами критической инфраструктуры, ужесточаются на глазах, что логично. Директор ДИТИС МУП «Метроэлектротранс» Адель Мухамадияров, к примеру, рассказывает, что в этом году пришлось серьезно вложиться в пен-тесты. Дело в том, что Казанский метрополитен — первое полностью цифровое метро в России.

— Система движения в метро жестко регламентируется. Остальные метрополитены в Казани по большей части аналоговые, в основе их работы релейная система центральной блокировки. Полностью цифровой метрополитен на микропроцессорной централизации — только Казанский. Соответственно, ФСТЭК за нас очень сильно взялся. Мы потратились из собственного бюджета, заказали пен-тесты — и закрыли все вопросы, критических уязвимостей не было обнаружено, — рассказывает Адель Мухамадияров.

Мы потратились из собственного бюджета, заказали пен-тесты — и закрыли все вопросы, критических уязвимостей не было обнаружено

Насыщенный год в плане изменения законодательства выдался у операторов мобильной связи. Директор казанского филиала Т2 Константин Гагаринов объясняет, что ужесточение закона о защите персональных данных и изменения в требованиях к продажам сим-карт повлекли за собой определенные затраты:

— Если раньше сим-карты продавались так же легко, как канцтовары, то сейчас все строже. Данные о новых абонентах вносятся в реестр в течение двух дней. Сложнее всего иностранцам — почти год назад для них ввели оформление сим-карт только по биометрии. В этом плане основной удар на себя взяли МФЦ, но мы как мобильный оператор смогли быстро адаптироваться к новой реальности и также начали внедрение биометрических решений для верификации иностранцев. Они составляют значительную часть нашей абонентской базы, поэтому нам было важно обеспечить все условия для быстрой регистрации сим-карт. Мы понимаем, что законодательные изменения направлены на нашу общую безопасность, и сейчас это очень актуально. То же самое можно сказать про общие усилия в рамках защиты от мошенников — над этим сейчас думают почти все компании на рынке. Например, вместе с нашим партнером «Солар» мы запустили готовое универсальное решение для малого и среднего бизнеса, которое помогает защитить интернет-магазины и сайты от DDoS-атак, ботов и утечки данных. Если во время телефонного разговора абоненту будет отправлена SMS с «Госуслуг», то прочитать его он сможет только после того, как положит трубку.

Кроме того, следуя национальному закону об обязательной маркировке звонков, оператор внедрил сервис «этикетка», который предупредит о массовом обзвоне и поможет определить, кто звонит. Для бизнеса эта законодательная инициатива означает повышение прозрачности коммуникаций, а для оператора как поставщика услуги — необходимость адаптировать инфраструктуру, донести эту информацию до B2B-клиентов и помочь найти оптимальные варианты маркировки.

Мы понимаем, что законодательные изменения направлены на нашу общую безопасность, и сейчас это очень актуально. То же самое можно сказать про общие усилия в рамках защиты от мошенников — над этим сейчас думают почти все компании на рынке

Особенности национального тренда на импортозамещение

Продолжается импортозамещение технологий, цифровых сервисов и «железа». Все справляются с этим по-разному. К примеру, производственные предприятия после 2022 года стали выращивать мощные цифровые и инженерные отделы внутри собственных компаний, потому что с промышленным импортозамещением в России все не так радужно, как хотелось бы. Начальник отдела автоматизации группы компаний «Эгида+» (производство мебельных материалов и комплектующих) Михаил Калинин рассказывает:

— Весна 2022 года застала нас на этапе строительства второго нашего завода в Липецке. Надо было срочно внедрять уже собранные станки своими силами, а в будущем — совсем уходить от немецкого оборудования, которое было для нас основным, в сторону импортозамещенного. Мы начали работать с поставщиками из Китая, Кореи, Беларуси. Но некоторые станки и системы импортозамещаем своими силами. Если нам нужно какую-то систему развить, улучшить, добавить новые линии и потоки, то мы сами дорабатываем, как силами нашего инженерного отдела, так и с привлечением подрядных инженерных организаций. Уже есть успешные проекты в этом ключе.

Некоторые станки и системы импортозамещаем своими силами. Если нам нужно какую-то систему развить, улучшить, добавить новые линии и потоки, то мы сами дорабатываем, как силами нашего инженерного отдела, так и с привлечением подрядных инженерных организаций

Адель Мухамадияров, в ведении которого объект критической инфраструктуры, сетует на недоработанность отечественных цифровых систем и на несовместимость продуктов между собой. Он возмущается: российские разработчики ухитрились создать отечественные операционные системы на базе Linux так, что под ними не запускаются продукты, сделанные другими российскими разработчиками.

— При этом все поголовно обязаны переходить на отечественные системы, которые друг с другом не коннектятся. Мы поставили отечественные операционки и не смогли под ними запустить ни одной программы из тех, которыми пользовались. Они все настолько сырые! Это что получается? Импортозамещение ради импортозамещения, для галочки!

Есть у Аделя Мухамадиярова и вопросы к импортозамещенному «железу». Отечественные продукты в условиях вынужденного отсутствия конкуренции в разы дороже.

— У меня вопрос: почему товар, на котором висит российский шильдик (а на деле он наполовину китайский), вполовину дороже аналога из Поднебесной? Есть лишь немного российских компаний, у которых адекватное по стоимости «железо», — одна работает в Казани, — говорит эксперт.

А вот техническое импортозамещение в сфере мобильной связи можно назвать состоявшимся. Константин Гагаринов рассказывает о том, что у Т2 в этом году была «большая стройка» базовых станций в районах Татарстана. При этом установлено 130 объектов отечественного производства «Булат».

— Главный вопрос к любым отечественным решениям сейчас — а точно ли оно сопоставимо с зарубежными аналогами? Могу сказать, что «Булат» показывает себя в работе не хуже импортного оборудования. Поэтому мы с уверенностью продолжаем интегрировать российские разработки на своей сети. Мы также используем оборудование отечественного производства «Протей», которое разработано так, чтобы обслуживать миллионы пользователей одновременно. Таким образом, T2 сейчас импортозамещает все составляющие мобильной сети: ядро сети, пакетную коммутацию, базовые станции. По всем перечисленным векторам либо заключены форвардные контракты, либо уже используются готовые продукты, — говорит директор казанского филиала Т2.

И еще один пример удачного импортозамещения в плане связи приводит Адель Мухамадияров — турникеты и терминалы для бесконтактной оплаты в метрополитене используются российского производства. Терминалы для бескондукторной оплаты в трамваях и троллейбусах — тоже. Мало того, их изготавливают казанские компании — так что перед нами ультраимпортозамещение, как шутили участники беседы.

«Стараемся перевести в цифру все внутренние процессы»

Но не только изменения законодательства заставляют бизнес вкладывать деньги в цифровые сервисы, технологии и связь. Автоматизация процессов, экономия фонда оплаты труда персонала, улучшение сервисов для потребителя — все это нужно, чтобы бизнес вообще существовал.

К примеру, коммерческий директор завода «Грузоподъем» Тимур Галимуллин рассказывает, что весь год компания вкладывалась в оцифровку бизнес-процессов. К примеру, на заводе ввели биометрию для учета рабочего времени: сотрудник проходит на предприятие по FaceID, и это событие сразу заносится в табель. В этом же году ввели адресное хранение комплектующих: построили логистический комплекс, в котором комплектующие и готовая продукция хранятся на стеллажах с нанесенными штрих-кодами, а кладовщик работает с электронным считывателем, который напрямую связан с внутренней информационной сетью. Это позволило и существенно сократить трудозатраты, и исключить потери комплектующих при перемещениях внутри предприятия, которые при прежней системе, к сожалению, случались.

— Для этого мы доработали под свое предприятие складской модуль 1С. Вообще, стараемся перевести в цифру все внутренние процессы, чтобы не было потерь информации между цехами, складами и сотрудниками. Делаем так, чтобы хранилась история всех внутренних коммуникаций, — описывает Тимур Галимуллин.

Михаил Калинин рассказывает, что и на заводах «Эгида+» вовсю автоматизируются процессы, растет штат IT-специалистов, внедряются системы современного учета.

Компания «Рокада Дент», поставляющая стоматологическое оборудование и расходники по всей России, цифровизует все свои процессы — здесь и вложения в «цифру» огромны. Директор IT-департамента «Рокада Дент» Ильдар Масягутов объясняет:

— Бизнес-подразделения — транспортная служба, склад, служба сервиса, учебный центр и другие поддерживающие процессы — нуждаются в собственных цифровых системах. К примеру, у нас сильно оцифрован склад, там большая история автоматизации. В маркировку вкладываемся уже на протяжении двух лет, а в следующем году планируем развивать транспортный электронный документооборот. Своих затрат требует доработка систем под изменения налогового законодательства — кассы, чеки. Но основные инвестиции у нас как у торговой компании идут во взаимодействие с клиентами. Это сайт, площадки, мобильные приложения для коммуникации с клиентами, с врачами.

А для МУП «Метроэлектротранс» 2025-й стал первым годом, когда работа идет без кондукторов. Ведь цифровизация, как справедливо замечает Адель Мухамадияров, — это не только ПО, но и вообще исключение человеческого фактора.

— Бескондукторная система пошла нам в плюс: мы серьезно сэкономили на ФОТ, это позволило нам поднять зарплату на предприятии. Собираемость, кстати, улучшилась, мы ушли в плюс — люди сознательные, платят за проезд. «Зайцы» есть, но мы усилили контрольно-ревизионный отдел, а АО «Транспортная карта» разработало для ревизоров программное обеспечение, — рассказывает специалист.

«Для ресторанной отрасли не хватает качественных инструментов BI-аналитики»

В «цифру» уходят даже те отрасли, которые традиционно связаны с совсем другими вещами. Известный казанский ресторатор Раис Валеев (сеть «Грузинские истории», «Дадиани», «Скрэмбл» и другие проекты) рассказывает, что ресторанные сети не могут себе позволить создавать ИТ-отделы, но если появляются готовые продукты — их используют с большим удовольствием. Например, в компании Раиса уже шесть лет используется программа учета рабочего времени, которая удешевляет процессы и уменьшает расходы.

— Если появляется крутой ИТ-продукт, который не требует найма новых людей, — мы его вводим. А если надо ввести в штат новую единицу для обслуживания этого продукта, мы отказываемся. Потому что для нас каждые 100 тысяч — весомая сумма. «Цифру» мы любим и ждем, когда на рынке появится что-то крутое. Например, для ресторанной отрасли не хватает качественных инструментов BI-аналитики, которые будут собирать реальные цифры, — объясняет ресторатор.

На протяжении 2025 года в ресторанном холдинге Раиса Валеева, во-первых, занимались BI-системами, учились собирать цифры, чтобы за счет правильной аналитики уменьшить расходы. Эта задача стоит и на 2026 год. Во-вторых, рестораторы решали задачу научиться работать с новой налоговой системой. В-третьих, год был посвящен безопасности. В штате появился санврач с командой, которая постоянно проводит аудиты и оцифровывает их, чтобы у руководителя всегда была информация: оперативная и в динамике.

Если появляется крутой ИТ-продукт, который не требует найма новых людей, — мы его вводим

Вице-президент Гильдии поваров РТ Ильдар Такиуллин рассказывает, что специализируется на разработке чат-ботов. Например, разрабатывает для ресторанов маркетинговые цифровые инструменты — воронки продаж. В одной из ресторанных сетей создана электронная база знаний, доступ к которой через чат-бота получают сотрудники — к примеру, повар через чат-бота может обратиться к технологическим картам для изготовления блюд. Таким образом из кухни уходят архаичные бумажные талмуды.

— В 2025 году мы создали электронный проект «Гастрономическая книга рекордов России», — рассказывает Ильдар Такиуллин. — Заявки в нее тоже собираются автоматизированно, через бота в Telegram. Ведется реестр рекордов, а пул судей в каждом регионе России верифицируют рекорды.

ИИ: удачные кейсы и «пробные шары»

Искусственный интеллект стал едва ли не главным трендом прошедшего года. Для бизнеса это уже не модная игрушка: компании поняли его потенциал. К примеру, на заводе «Грузоподъем» его уже активно использует отдел маркетинга.

Предприятия «Эгида +» используют ИИ в паре с машинным обучением для контроля качества продукции: определяют дефекты продукта автоматическим путем, снижая вероятность человеческой ошибки. А еще оснастили казанский завод системой ИИ-диспетчеризации оборудования, собирая таким образом статистику по параметрам, времени работы и выходу продукции.

МУП «Метроэлектротранс» используют несколько продуктов на базе искусственного интеллекта, ускоряющих внутренние процессы. А еще здесь используют ИИ в написании кода — нейросеть пишет «черновик», а разработчик доводит его до ума.

ИИ при получении вопроса выдаст развернутый ответ из нашей базы знаний. Можно сказать, это поиск, но очень продвинутый. Это удобно и не очень дорого. И кейс этот мы использовали во многих направлениях.

Интересный кейс описывает Ильдар Масягутов из «Рокада Дент»:

— Искусственный интеллект используем — пишем агенты на основе популярных LLM. Внутренний ассистент сотрудников — пока самый удачный кейс. В компании множество инструкций — как внутренних регламентов, так и по взаимодействию с клиентами. Все они загружаются в агент, сегментируются по направлениям. В результате ИИ при получении вопроса выдаст развернутый ответ из нашей базы знаний. Можно сказать, это поиск, но очень продвинутый. Это удобно и не очень дорого. И кейс этот мы использовали во многих направлениях.

Сейчас в компании тестируется другой сценарий, с уже гораздо более сложной моделью. В «Рокада Дент» одновременно приходит большой поток документов — несколько тысяч в день. Все их надо обрабатывать. Среди них — заказы от клиентов. Пока они приходят в самые разные источники: в почту, в мессенджеры, в соцсети. ИИ должен все это собрать, интерпретировать текст в понятную конструкцию, отправиться в нашу базу данных, сопоставить названия товара с торговой номенклатурой. И если все это пройдет успешно, то система сама, без человека, заведет все необходимые документы — заказ, счет на оплату и т.д.

Давно работают с ИИ и большими данными мобильные операторы. Константин Гагаринов приводит в пример несколько кейсов Т2:

— Т2 частично автоматизировала обучение персонала в салонах связи, внедрила ИИ-решения для ускоренного брендирования торговых точек. Кроме того, мы объединили ИИ и big data («большие данные», — прим. ред.). Раньше для проверки качества покрытия сети на определенной территории техническому специалисту нужно было выезжать на замеры лично, а потом долго обрабатывать данные. Сейчас аналитику взял на себя робот, и мы буквально за минуту получаем визуализацию основных показателей на конкретной локации. Это работает даже с помещениями, где мы видим разметку по этажам. Таким образом сейчас обрабатывается 90% запросов.

Раньше для проверки качества покрытия сети на определенной территории техническому специалисту нужно было выезжать на замеры лично, а потом долго обрабатывать данные. Сейчас аналитику взял на себя робот, и мы буквально за минуту получаем визуализацию основных показателей на конкретной локации

Из ИИ получается хороший шеф-повар и менеджер по продажам, но плохой программист

Развивает использование ИИ сфера услуг: например, те же рестораны. Ильдар Такиуллин описывает ИИ-ассистента, в который загружена вся информация о ресторане, его услугах и меню. Он отвечает на звонки, обрабатывает запросы посетителей, бронирует столики. Больших продуктов в этом направлении пока нет, но частные заказы на такие разработки от рестораторов поступают.

Раис Валеев рассказывает о сервисе «Нейрошеф», который создали два шеф-повара и на прошлой неделе презентовали. В этом продукте собраны рецептуры множества блюд по разным странам и включена механика разработки концепции меню.

— Там есть всё, вплоть до технологических карт на блюда. Ты забиваешь площадь своего помещения, какие цеха хочешь поставить и на какую концепцию опираться. И он тебе собирает меню, технологические карты, рассчитывает, сколько людей тебе потребуется. Это хорошее решение для маленького ресторана или кафе, где ты не хочешь тратить 200 тысяч в месяц на крутого шефа, — описывает ресторатор.

В рекламном агентстве «Новая идея» есть уже отдельная должность — специалист по ИИ. Андрей Политов, который занимает эту должность, описывает новое направление, открытое в компании: ИИ-помощники для малого и среднего бизнеса. Такой агент отвечает на звонок при «первом касании», рассказывает клиенту о бизнесе, «подогревает», отвечает на вопросы, снимает сомнения, завлекает в воронку продаж.

— Бывает так, что менеджер-человек даже не всегда знает весь список услуг компании. А ИИ в курсе всего. Он никогда не выгорает, не злится, не бросает разговор, а когда потенциальный клиент уже готов общаться более предметно, с ним уже начинает беседовать живой менеджер. У нас уже есть готовые решения, они отлично работают. Уже есть голосовые программы. Человек на другом конце трубки в 80—90% случаев не понимает, что общается с роботом. Робот на первом этапе воронки существенно повышает конверсию, — описывает свою работу Андрей Политов.

А вот основатель IT-компании «Сатори» Константин Могилевкин смотрит на ИИ как на помощника в программировании скептически. Он считает, что суперкейсов применения ИИ в области разработки пока еще не видел. Нейросеть может существенно сэкономить время разработчиков, но здесь есть два ограничения.

— Во-первых, ИИ хорошо работает там, где много данных. Если данных мало, то работать он будет плохо. Во-вторых, популярные нейросети хорошо резюмируют информацию и работают как поисковик, но вот код пишут нерабочий. В-третьих, для того, чтобы их эффективно использовать, нужно быть сеньором. Тогда да, ИИ сократит время сеньора-разработчика раз в пять. Словом, если ты умел быстро бегать и далеко прыгать, с ним ты убежишь еще быстрее и прыгнешь еще дальше. Но если ты джун или даже мидл, ты не сможешь работать с этим инструментом. Поэтому я бы не сказал, что ИИ — какая-то магия, я все-таки больше реалист.

Если ты умел быстро бегать и далеко прыгать, с ним ты убежишь еще быстрее и прыгнешь еще дальше. Но если ты джун или даже мидл, ты не сможешь работать с этим инструментом. Поэтому я бы не сказал, что ИИ — какая-то магия, я все-таки больше реалист.

Цифровой детокс для бизнеса: «Нас штормило месяца полтора»

В 2025 году все столкнулись с вынужденным ограничением скорости мобильного интернета из-за атак беспилотников. Требования безопасности превыше всего, и все с этим вынуждены были считаться. Тем более что в Татарстане проблему постарались решить максимально быстро и безболезненно для бизнеса и граждан — если сначала во время режима опасности атаки беспилотников связь глушили полностью, то потом мобильный интернет начали только замедлять. Так, чтобы у людей оставалась возможность пользоваться онлайн-банкингом, услугами такси, оплатой услуг и товаров и т.д.

Константин Гагаринов, директор Т2 в Татарстане, размышляет:

— И операторам, и абонентам вначале было непросто. Никто не был готов к таким мерам, хоть они и вынужденные. Но могу точно сказать, что решение, которое в итоге было реализовано в Татарстане, делает ситуацию в республике чуть комфортнее, чем у некоторых других регионов. Наконец, стоит сказать о «белых списках» значимых сайтов и сервисов, которые продолжают работать независимо от блокировок. Все это — заслуга как игроков телеком-рынка, так и органов власти, в том числе региональных, которые смогли найти оптимальное решение в сложных условиях.

Однако до тех пор, пока было выработано решение, бизнес испытывал серьезные потрясения. Например, Адель Мухамадияров в красках описывал продолжительные перебои в работе системы бескондукторной оплаты в наземном электротранспорте. Ведь она работает через мобильный интернет. В первые недели регулярных отключений связи «Метроэлектротранс» понес колоссальные убытки — как, собственно, и сеть городских автобусов, где терминалы оплаты тоже привязаны к мобильной сети.

— Мы сделали для себя выводы. В каждом депо Wi-Fi-роутеры поставили, чтобы хоть как-то можно было синхронизироваться. Очень надеемся на внесение необходимых для работы ресурсов в «белый список» Минцифры. Ведь и по сей день вблизи оборонных предприятий связи нет. Это не дает работать и нашим навигационным блокам, которые отображают транспорт на картах, и бескондукторная система местами тоже отказывается работать. Это до сих пор проблема, — констатирует Адель Мухамадияров.

Очень болезненным падение интернета оказалось для ресторанов, особенно для тех, которые работают в основном не на трафике, а на бронировании столов и на доставке. Да, «Грузинские истории» удачно расположены с точки зрения транспортного потока, но первые полтора месяца отключений мобильного интернета лишили сеть значительной доли выручки.

— Нас штормило месяца полтора. 30% выручки нам дает доставка, и здесь были сильные потери: не работало курьерское мобильное приложение и телефон, невовремя приходили заказы. Для нас это было очень болезненно. Пострадал и процесс бронирования столов — люди не могли написать менеджерам и даже дозвониться им. В ресторанах в центре интернета не было вообще, — рассказывает ресторатор.

Пострадал и процесс бронирования столов — люди не могли написать менеджерам и даже дозвониться им.

Юлия Зубайдуллина рассказывает: поскольку основные мощности «Транзит-Ойл» находятся за городом, то здесь к нестабильному мобильному интернету привыкли. Поэтому тут есть и промышленный Wi-Fi, и проводной интернет. А вот с доставкой товара контрагентам летом возникли проблемы. Во-первых, у водителей «упала» навигация. Но даже если водитель знал, куда ехать, могли возникнуть проблемы на предприятиях, где нужно для въезда получать пропуск, проезжать через КПП, дозваниваться до бухгалтерии… Были случаи, когда машина с товаром возвращалась назад несолоно хлебавши.

— Но в целом это не были для нас серьезные проблемы, мы не очень сильно пострадали, — улыбается Юлия.

Многие руководители бизнеса принимали экстренные решения. Например, Тимур Галимуллин быстро оснастил завод «Грузоподъем» промышленным Wi-Fi, чтобы сотрудники и предприятие в целом всегда оставались на связи. Ведь цеха завода находятся в Авиастроительном районе, вблизи стратегических предприятий, а там в последние полгода царит полный «цифровой детокс».

Ильдар Масягутов рассказал, что в «Рокада Дент» сразу же внесли изменения в механику рабочих приложений: теперь в них можно работать офлайн, а когда связь снова устанавливается — данные отправляются и синхронизируются.

А Константин Гагаринов посоветовал собравшимся обратить внимание на технологию VoWiFi (Voice over Wi-Fi — «голос через вай-фай», — прим. ред.), благодаря которой можно звонить по мобильному телефону и отправлять СМС, используя в качестве транспортной сети WiFI от проводного интернета. Это может пригодиться там, где меры безопасности требуют глушить мобильную связь.

— Эта технология поддерживается многими моделями смартфонов, но может быть недоступна на iPhone. Суть в том, что для совершения вызовов телефон использует роутер, и это выручает в случае, если покрытие сетью недостаточное. Например, на цокольном этаже или в доме с толстыми стенами. Важно лишь наличие активного Wi-Fi.

«Следующий год, очевидно, будет сложнейшим»

Во что будут вкладываться компании в 2026 году? Чего ждет бизнес и как будет развиваться цифровизация?

Участники бранча сходятся во мнении, что в 2026 году затраты на технологии, ИТ и связь вырастут. Очевидным для всех будет рост НДС, который скажется буквально на каждой статье затрат. Михаил Калинин констатирует, что подорожает и импортозамещенное оборудование — но вкладываться в обновление технологического парка все равно нужно. А еще компания планирует продолжать роботизировать производство, и сюда тоже потребуются немалые инвестиции.

Ильдар Масягутов оценивает планируемое увеличение затрат на IT и связь в 20—30%. Причем в IT-составляющую и в связь инвестиции будут небольшие — больше придется вложиться в цифровизацию и автоматизацию систем. В «Рокада-Дент» полностью будет перестроена цифровая система логистики. Изменения в законодательстве тоже принесут расходы:

— Будут продолжаться инвестиции в маркировку «Честный знак». Большие затраты понесем на обязательном переходе на ЭДО. Кроме того, мы продолжим инвестировать в ИИ-инкубатор. Нам это надо, чтобы быть в тренде, тестировать гипотезы.

МУП «Метроэлектротранс» тоже готовится к росту цен — например, это предприятие является крупным потребителем электричества, плюс рост НДС взвинтит цены на все. ИТ-проекты в основном будут реализовываться за счет собственного штата разработчиков, а также с привлечением внешних инвестиций.

Тимур Галимуллин рассказал, что завод «Грузоподъем» будет вкладываться в строительство новых производственных площадей, а попутно продолжит оцифровку всего предприятия и усиление IT-ресурса. Благо сейчас на заводе собралась сильная IT-команда.

Раис Валеев в сети «Грузинские истории» продолжит внедрять BI-аналитику, поскольку планирует провести наступающий год со всей возможной бережливостью. Здесь цифровые инструменты призваны помочь сэкономить и снизить ненужные затраты, не теряя в качестве обслуживания гостей и приготовления блюд.

А что будет происходить у мобильных операторов? Константин Гагаринов согласен с остальными участниками бизнес-бранча:

— Изменение стоимости услуг ограничивается рамками, которые установило государство для всех операторов. Кроме того, мы стараемся быть гибкими: у нас действует заморозка цен на открытые для подключения и переходов тарифы. Важно помнить, что в телекоме главный приоритет — развитие сети, повышение качества услуг. Поэтому мы в первую очередь будем инвестировать в техническое развитие. Не скрою, что стоимость содержания сетей тоже влияет на ценообразование, но мы всегда ищем баланс.

Руководитель отдела по развитию корпоративного бизнеса T2 в Татарстане Артем Фролов добавляет, что оператор будет вкладываться в развитие новых цифровых продуктов для B2B в сфере кибербезопасности и финансов. Кроме того, продолжатся инвестиции в цифровые интерфейсы, в клиентский сервис и в партнерские кобрендинговые проекты.

Константин Могилевкин из «Сатори» считает, что год может стать удачным для мелких IT-подрядчиков. А вот IT-гиганты, возможно, упустят ряд крупных контрактов. Он объясняет:

— Следующий год будет сложнейшим, очевидно. Все срежут бюджеты и не будут вкладывать большие деньги в инвестпроекты. Для меня, как для маленькой компании, это даже плюс. Потому что те деньги, которые до сих пор миллиардами уходили в крупные ИТ-компании, заказчики понесут малым бизнесам. Потому что все хотят эффективности, а для малой компании каждый клиент дорог. Поэтому, как ни странно, следующий год будет лучше для малых ИТ-компаний, чем для крупных. Сейчас даже по некоторым ФЗ (например, 224-ФЗ) есть обязанность отдавать часть заказов малым IT-компаниям. Государство начало понимать, что такой подрядчик будет больше фокусироваться на продукте и что его необходимо поддерживать.