Новости раздела

«Золотые дамбы» Казанки: как экс-глава ГИСУ оправдывал «альтруиста»-подрядчика

Суд допросил первых свидетелей по делу руководителя Главинвестстроя Рашида Нуруллина

«Золотые дамбы» Казанки: как экс-глава ГИСУ оправдывал «альтруиста»-подрядчика Фото: RENALD / skyscrapercity.com

Накануне продолжилось судебное заседание по делу экс-начальника Главного инвестиционно-строительного управления РТ и бывшего замглавы Минстроя РТ Рашида Нуруллина, обвиняемого в превышении должностных полномочий. Это дело обернулось 200-миллионными убытками для бюджета. «Реальное время» следило за процессом и выяснило, на чем намерен построить свою защиту соратник бывшего министра строительства Татарстана, а ныне вице-мэра Москвы Марата Хуснуллина.

Продолжение следует

Накануне в Вахитовском райсуде продолжилось рассмотрение дела, «выросшего» из материалов проверки, проведенной Счетной палатой РФ в 2015 году в отношении объектов, которые должны были облагородить облик Казани к Универсиаде-2013. Проверяя расходование средств федеральной программы «Развитие водохозяйственного комплекса Российской Федерации в 2012—2020 годах», аудиторы сочли, что при строительстве объектов было допущено необоснованное завышение начальной цены. А следствие, в рамках возбужденного по результатам проверки уголовного дела, пришло к выводу, что при проведении укрепления берегов озера Средний Кабан и реки Казанки на участке между мостом Миллениум и третьей транспортной дамбой необоснованное завышение начальной цены привело к удорожанию строительства в общей сложности более чем на 216,5 миллиона рублей.

Суд исследовал материалы дела, касающиеся изменений, вносившихся по ходу реализации проекта берегоукрепления озера Средний Кабан. Всего там должно было быть укреплено 4 776 метров берега, однако аудиторы Счетной палаты РФ пришли к выводу, что в реальности на момент проверки было укреплено лишь 3 877 метров. Проект был изменен, республиканская Госэкпертиза эти изменения согласовала, но работу подрядчику — ПСО «Казань» — оплатили в соответствии с первоначальной сметой, где фигурировали, с точки зрения проверяющих, совсем другие, куда большие объемы работ. В суде допросили двух свидетелей по делу, чьи показания должны помочь установить, как это стало возможным.

Суд исследовал материалы дела, касающиеся изменений, вносившихся по ходу реализации проекта берегоукрепления озера Средний Кабан. Фото Ирины Плотниковой

«Новогодний подарок» — экспертиза задним числом

Первой в судебное заседание вызвали руководителя службы экспертизы ГАУ «Управление государственной экспертизы и ценообразования Республики Татарстан по строительству и архитектуре» Тамару Сальникову, которая давала заключение на изменения, вносившиеся в проект берегоукрепления на Среднем Кабане. Допрашивая Сальникову, гособвинитель Степан Спиридонов, особое внимание обратил на причины, по которым потребовалось вносить в проект изменения, и на дату проведения двух экспертиз, заключения о которых имеются в деле. И не случайно: если первый вопрос оказался не в компетенции эксперта, дело которого проверять качество и соответствие нормативам технической документации, то второй привел свидетельницу даже в легкое замешательство. Поскольку Сальниковой пришлось подтвердить то, что она ранее уже сообщила следователям, — экспертизы она проводила намного позднее даты, проставленной на составленных ею заключениях.

На заключениях стоит дата 31 декабря 2012 года, однако в действительности, по словам Сальниковой, они были утверждены не ранее 2014 года. Точнее, заявила свидетельница, указать время она не может, однако на наводящий вопрос Спиридонова о том не возникла ли необходимость в дополнительной экспертизе после проверки Счетной палаты РФ, ответила утвердительно.

Затем вопросы стал задавать обвиняемый, и он продолжил гнуть ту же линию, что и гособвинение:

— Правильно ли я понял, что оба эти заключения не существовали в 2012 году?

— Не могу сказать, — попыталась уйти от прямого ответа свидетельница. — Вопрос о постановке даты не входил в мои полномочия.

— Я правильно понимаю, что эти экспертизы были составлены позже? — уточнил адвокат Рашида Нуруллина.

— Да.…

— А работы были в 2012 году проведены? — заинтересовался второй представитель гособвинения — прокурор отдела уголовно-судебного управления прокуратуры РТ Рустем Гатауллин.

Гособвинитель Степан Спиридонов (слева) особое внимание обратил на причины, по которым потребовалось вносить в проект изменения. Фото Инны Серовой

— Можно я продолжу, сейчас все будет ясно? — не дал увести суд в сторону Нуруллин. — Я не имел этих заключений в 2012 году и не мог их утвердить и передать подрядчику в работу!

— Мочь — это вещь такая… Не должны — это да, — заметила свидетельница, а затем была вынуждена подтвердить, что данные ею заключения являются достоверными в части выводов о соответствии всем нормам и требованиям внесенных в проект берегоукрепления на Кабане изменений. Но попытку Рашида Нуруллина уточнить затем, может ли быть одинаковой стоимость берегоукрепления одного погонного метра на всей протяженности берега озера решительно пресекла. — Никогда не интересовалась этим.

Тонкости перевода километров в кубометры

Вслед за Сальниковой в зал суда вызвали главного специалиста ГКУ «Главинвестстрой» Марата Хайруллина, который, в отличие от эксперта, в силу должностных обязанностей соприкасался как раз-таки с «денежными» вопросами. А именно, осуществлял приемку работ, на основании которой строителям производились выплаты.

Выяснив, в какой период времени Хайруллин курировал объект ПСО на Среднем Кабане, гособвинитель Степан Спиридонов стал настойчиво выяснять, когда изменилась в меньшую сторону протяженность участка, на котором производилось берегоукрепление.

— Изменения на любом объекте бывают, но работы были выполнены на всей длине — 4 776 метров, — заявил Хайруллин. — Просто работы были выполнены в два этапа — сначала на 4 061 метре, потом на 715.

— Почему этапами? Зачем их делить-то? — изумился Спиридонов.
Заметив, что он не может этого знать, поскольку работы на объекте начались раньше, чем он на него пришел, Марат Хайруллин пояснил, что приемку выполненных объемов вел согласно смете. И уточнил, что перерасхода средств, заложенных в смету, он не допустил:

— Смета на [первый этап длиной] 4 061 метр была выбрана полностью. А второй этап подрядчик доделывал уже за свой счет.

Выяснив, в какой период времени Хайруллин курировал объект ПСО на Среднем Кабане, гособвинитель Степан Спиридонов стал настойчиво выяснять, когда изменилась в меньшую сторону протяженность участка, на котором производилось берегоукрепление. Фото Романа Хасаева

— Когда доделывал, после проверки Счетной палаты? — уточнил гособвинитель.

— Ну да.…

А потом участники судебного процесса стали мучительно долго разбираться в особенностях учета и контроля в строительстве. Юристы — представители гособвинения — выясняли, как так вышло, что денег, предназначавшихся, согласно смете для укрепления 4 776 метров берега хватило лишь на 4 061 метр. А строитель-практик Хайруллин втолковывал им, что погонные метры при оценке стоимости берегоукрепления, вообще, не показатель, потому как на берегу метр метру — рознь.

Он объяснил, что первоначально — перед проектированием объекта — объемы работ были оценены достаточно условно. Например, глубину озера замеряли эхолотом, и это дало весьма приблизительные цифры. А в ходе работ выяснилось, что у берега скопились огромные толщи донных отложений — ила, отходов ТЭЦ и т. п. Все это пришлось «вычерпать» и заместить песком, щебнем и прочими доброкачественными материалами, иначе свежеукрепленный берег вскоре бы «съехал» в воду. Поскольку эти работы первоначально ни в проекте, ни в смете не фигурировали, а затрат требовали, деньги кончились раньше, чем подлежащая укреплению береговая линия. И так, доказывал Хайруллин, в строительстве бывает нередко, это не говорит о том, что деньги были похищены или растрачены.

— Я не принимал метры укрепленной береговой линии, я принимал объемы работ, — подчеркнул куратор объекта. — Кубометры песчаной отсыпки, квадратные метры шпунтового ограждения.…

Плохой проект рождает высокий альтруизм

Отвечая на вопросы Рашида Нуруллина, свидетель уточнил, что приемка объектов берегоукрепления в эксплуатацию проводилась спустя более чем два года после увольнения Нуруллина из ГИСУ, последовавшего в 2013-м — с точки зрения защиты, это достаточно веский довод в пользу обвиняемого. А потом еще раз подтвердил, что стоимость одного погонного метра берегоукрепления на разных участках — разная.…

Кроме того, в процессе допроса свидетеля выяснилось, что часть выполненных в процессе благоустройства берега Среднего Кабана работ была «перекрыта» при строительстве зоопарка, в ходе которых один из участков береговой линии сильно спрямили, а прямая короче кривой. И Рашид Нуруллин, когда ему предоставили возможность задать вопросы свидетелю, сделал на этом акцент. По его версии, не учитывая изменений, вызванных строительство зоопарка, и используя недостоверные данные топосъемки, с которой загадочным образом пропали некоторые участки, следствие «потеряло» более 200 метров берега, которые на самом деле были укреплены. Когда Рашид Нуруллин начал в диалоге со свидетелем дотошно считать учтенные и не учтенные следствием метры укрепленного берега, представитель гособвинения раздраженно перебил его:

— Какое отношение ваши вопросы имеют к существу дела?.. Вам это вменяется?

Рашид Нуруллин постарался дать понять, что ПСО «Казань» проявило альтруизм, прикрывая огрехи проектировщиков. Фото Инны Серовой

— Вменяется! — резко отозвался Нуруллин, после чего в процесс допроса активно включился судья Алмаз Мухаметшин и принялся выяснять, как получилось, что ПСО «Казань» за свой счет приводило протяженность берегоукрепления в соответствие с первоначально заложенной в проект цифрой.

— А логика где?! — удивился судья.

Рашид Нуруллин постарался дать понять, что ПСО «Казань» проявило альтруизм, прикрывая огрехи проектировщиков. Он акцентировал внимание суда на том, что в строительстве пересмотр сметы и внесение изменений в документацию задним числом — обычная практика. Дескать, первоначально проектировщики и сметчики опираются на одни данные, исходя из этого предлагают решения и определяют стоимость работ, проект утверждается. Без этого подрядчик не получит аванс и не сможет приступить к реализации проекта. А потом выясняется реальная картина, в проект вносятся изменения и делается перерасчет стоимости. И в свете этого, в соответствии с линией защиты, никаких нарушений допущено не было.

— Когда подрядчик приступает к работе, выясняется, что дно в проекте определено с учетом ила, — пояснил обвиняемый. — А на самом деле грунтовый материк на 5 метров ниже. Он туда выбрасывает машину песка, а этот песок уходит как в бездну. И получается, чтобы выполнить этот погонный метр несчастный, он тратит не столько, сколько проектировщики заложили, а в три раза больше. Было плохое качество проекта, в этом беда, причем не только этого объекта.…
После этого судья объявил перерыв в судебном заседании до завтра.

Инна Серова
ОбществоВластьНедвижимостьПроисшествия Татарстан
комментарии 9

комментарии

  • Анонимно 02 авг
    Миллионы вряд ли вернут, надо обязать хозяев снести уродливые сооружения вдоль Миллениума
    Ответить
    Анонимно 02 авг
    Или пусть хотя бы достроят
    Ответить
    Анонимно 02 авг
    Что там вообще хотят то или хотели построить?-
    Ответить
    Анонимно 02 авг
    Вроде рестораны какие то или гостиничные комплексы с красивым видом
    Ответить
  • Анонимно 02 авг
    качество подгисушных проектов и вправду тошнотное. не раз сталкивался с ними. там даже приблизительно ничем не пахнет. объемы работ оцениваются на глаз. проектировщики совершенно теряют чувство реальности, считают проектные данные через яндекс-карты, не выезжая на место, отсутствует детальная прорисовка, вся спецификация расплывчато обозначена, нет узлов, настолько все убого обрисовано! в ссср хотя бы были мощные проектные институты, НИПИ, ВНИПИ. а сейчас труха кабинетная бестолковая. Умов в стране не осталось, ВУЗы перестали выпускать таланты, а каждый более толковый выпускник мечтает свалить из страны, т.к. проектировать за 18 тыщ. и брать на себя пожизненную ответственность никто не хочет. Все проекты приходится подрядчику самому заново перерисовывать по факту, объемы работ приводить в соответствие с реальной картиной. Соответственно, меняется проектная смета! возьмите для аудита любой проект и любую смету любого первого попавшего детского сада, школы, црб и вы увидите о чем речь.
    Ответить
    Анонимно 02 авг
    Согласен. Просто там, где ПСО , всегда криминал
    Ответить
  • Анонимно 02 авг
    Вот ведь обманщики...
    Ответить
  • Анонимно 02 авг
    Ну и хорошо что проверять начали. Наконец то отлично начали работать
    Ответить
  • Анонимно 02 авг
    сырые проекты ТИГП прикрывал ПСО? т.е. головная кампания прикрыла дочку? Альтруизм и ПСО это как Банк и беспроцентный кредит.
    Ответить
Войти через соцсети
Свернуть комментарии