Новости раздела

Как реставратор «превратил в дрова» древние храмы Татарстана

После череды громких скандалов Комитет ОКН подал в суд на вологодского мастера Александра Попова

Как реставратор «превратил в дрова» древние храмы Татарстана
Фото: Ринат Назметдинов

Памятники деревянного зодчества — Михаило-Архангельскую церковь и мечеть XIX века — будут восстанавливать в Сокурах. Изъятые со скандалом у известного вологодского реставратора Александра Попова древние культовые сооружения вернулись на родину — в Татарстан. Однако нарушение условий хранения ухудшило и без того плохое состояние старинных храмов. Как стало известно «Реальному времени», реанимировать реликвии будет казанская компания «Оском» совместно с лучшими российскими мастерами по дереву. А Александра Попова ждут суд и отчет за 11 млн рублей, выделенных на реставрацию мечети. Последний же называет ситуацию «бандитизмом».

Бревна, поросшие мхом

В Казань пришла последняя фура из города Кириллова Вологодской области, в которой на родину вернулась разобранная деревянная мечеть XIX века из села Большая Елга. До того, в конце июля, была осуществлена транспортировка Михаило-Архангельской церкви 1757 года, которая стояла в селе Архангельские Кляри Камско-Устьинского района Татарстана. Оба сооружения являются объектами культурного наследия и были отданы на реставрацию известному вологодскому мастеру, специалисту по деревянному зодчеству Александру Попову, договор с которым впоследствии был расторгнут.

На площадку промышленного парка «Сокуры», где теперь будут восстанавливаться культовые объекты, организовали пресс-тур, чтобы журналисты оценили, какую работу провело ООО «Реставрационный центр — архитектура, производство, обучение» Александра Попова. Разобранная Михаило-Архангельская церковь, точнее, то, что от нее осталось, представляет собой удручающее зрелище — по сути, это дрова, местами прогнившие, складированные под навесом. Видно, что никаких реставрационных работ с церковью не проводилось.

Многие деревянные фрагменты успели покрыться мхом и другой растительностью, на них появился грибок

Заметно в лучшем состоянии находится мечеть. Часть бревен, составляющих коробку здания, Попов успел отреставрировать, и они отличаются от других по цвету. Тем не менее многие деревянные фрагменты успели покрыться мхом и другой растительностью, на них появился грибок. Именно неудовлетворительное состояние архитектурных памятников стало последней каплей, переполнившей чашу терпения заказчиков — ДУМ РТ и Казанской епархии, после чего храмы было решено забрать у реставратора.

— Я сам непосредственно выезжал забирать мечеть. Изначально условия хранения вызывали у нас вопросы. Это Русский Север, болота. Если здесь мы видим, что все под навесом разложено, то там этого не было. На голой земле, в болоте лежали фрагменты храмов, — рассказал «Реальному времени» начальник архитектурно-строительного отдела фонда «Вакф» Духовного управления мусульман (ДУМ) Татарстана Ильшат Вафин.

«Будем надеяться, что это можно будет докомпоновать, восстановить, заменить», — отметил Федотов

Солидарен с ним главный инженер Казанской епархии Михаил Федотов.

— Состояние церкви нас больше всего поразило… Когда в январе мы выехали в Кириллов, то увидели, что все лежит под снегом, в низине, так по ГОСТУ материал не хранится. Весной все это лежало уже в воде, впитывало влагу. Соответственно, мы уже с февраля били тревогу, что нужно срочно либо увозить, либо обязать Попова организовать надлежащее хранение материалов. Ответа на письма епархии не было, потому что он ничего не устранил. Все это несколько месяцев пролежало в таких условиях. В договоре есть раздел о штрафных санкциях, просрочке, про совесть говорить не будем. Будем надеяться, что это можно будет докомпоновать, восстановить, заменить, — отметил Федотов.

Кстати, оба заказчика утверждают, что часть деревянных элементов просто исчезла. Их не смогли найти на площадке в Кириллове, сам Попов отказался их предоставить или продемонстрировать замененные фрагменты. Не хватает, например, части стропил у мечети.

«Устно он ответил, что распилил и сжег в котельной (есть аудио и видеозапись), тогда мы обратились письменно — ждем от него разъяснений, — пояснил Вафин.

Иван Гущин отметил, что очень доволен, что культовые объекты вернулись в Татарстан. Так будет легче контролировать ход реставрационных работ

Все под контролем

Сейчас главная задача принимающей стороны — все внимательно осмотреть, перебрать, складировать, оценить объем и качество выполненных и предстоящих работ, после чего будет составлена дорожная карта и новая смета. Также будет проведена повторная госэкспертиза по ценообразованию.

— Общая смета будет уточняться, прежний проект реставрации не включал в себя «инженерку», мы планировали это в процессе работы. Но сейчас, я думаю, мы посчитаем все полностью, под ключ — после инвентаризации всего, что сделано, привезено, то, что подлежит полной замене. Надо сказать, что памятники были в аварийном состоянии, те вещи, которые подлежат замене, будут заменены, но в связи с неправильным хранением прибавится утраченных подлинных элементов. ДУМ и Казанская епархия определятся, как они будут взаимодействовать с новой подрядной организацией. Естественно, это будет договор. Деньги, которые предназначались на реставрацию, есть. Сегодня ничего не мешает двигаться. Я думаю, что движение вперед мы покажем в сентябре этого года, — резюмировал председатель Комитета РТ по охране объектов культурного наследия Иван Гущин.

Он отметил, что очень доволен, что культовые объекты вернулись в Татарстан. Так будет легче контролировать ход реставрационных работ. Предварительно — это будет делаться в еженедельном режиме под надзором ГИСУ РТ.

Пока ДУМ РТ и Казанская епархия договор на реставрацию с «Оскомом» не заключали. Есть только договор на перегрузку, исследовательскую работу и разработку проекта демонтажа

Церковь и мечеть соберут в Сокурах

Новым подрядчиком, ответственным за восстановление храмов, станет казанское ООО «Оском». В активе у него — реставрационные работы в здании гауптвахты Казанского кремля и Софийского собора в Костроме. На последнем объекте казанцы работали вместе с местной компанией «Рестор», специализирующейся на деревянном зодчестве. Ее также привлекут к восстановлению Михаило-Архангельской церкви и мечети. По словам Гущина, в Казань пригласят и других специалистов с опытом работы с деревом.

Глава комитета ОКН рассказал, что, прежде чем выбрать нового подрядчика, были проведены консультации в Минстрое РТ. Часть рекомендованных компаний отказались сразу. ООО «Оском» также было в списке, к тому же само предложило свои услуги. Связка с костромским «Рестором» стала веским аргументом в принятии окончательного решения.

Пока ДУМ РТ и Казанская епархия договор на реставрацию с «Оскомом» не заключали. Есть только договор на перегрузку, исследовательскую работу и разработку проекта демонтажа. На эти работы комитет выдал разрешение в рамках первого этапа реставрации.

И церковь, и мечеть будут полностью возведены под купол на площадке промпарка в «Сокурах», где располагается база «Оскома», после чего их перевезут на малую родину — в Камское Устье и Рыбную Слободу.

Гущин добавил, что заручился поддержкой Министерства культуры РФ, которое будет оказывать консультационную помощь. Что касается сроков, то понятно, что они в связи с демаршем Попова сдвинулись, но сказать, когда будут готовы культовые объекты, сейчас не берется никто.

По словам Вафина, закрывающие документы Попов так и не предоставил. И с этим тоже придется разбираться

На реставратора подали в суд

Комитет ОКН не намерен прощать Александру Попову его «художества». В частности, мастер до сих пор не отчитался за 6 из 11 млн рублей, выделенных на мечеть. По словам Вафина, закрывающие документы он так и не предоставил. И с этим тоже придется разбираться.

Особое недоумение заказчиков вызвало поведение реставратора в последнее время.

— Когда мы вывозили церковь, мы видели его неадекватное отношение ко всему происходящему. Александр Владимирович Попов подал заявление в полицию на наших сотрудников, решался вопрос о возбуждении уголовного дела. Он написал в заявлении: «Ко мне приехали неизвестные лица». Хотя мы представились, все документы были на руках, забирали церковь в его присутствии. Не знаю, с чем это связано, но параллельно он написал в Генеральную прокуратуру, — поделился Гущин.

По его словам, вологодская полиция вынесла постановление об отказе в возбуждении уголовного дела.

Зато 14 сентября Попова ждет симметричный ответ. В этот день в Камско-Устьинском суде будут слушаться три возбужденных в отношении него Комитетом ОКН административных дела за нарушение Федерального закона об охране объектов культурного наследия. В частности, за ненадлежащее проведение работ по сохранению исторических памятников и ненадлежащий авторский надзор — как в отношении ООО «Реставрационный центр — архитектура, производство, обучение», так и лично Попова как руководителя компании.

Еще один мощный рычаг, которым могли бы воспользоваться заказчики, — внесение в реестр недобросовестных подрядчиков, после чего для компании закроется возможность участия в любых тендерах. Однако Попов, очевидно, что-то предчувствуя, настоял на том, чтобы договор с ним заключали не на контрактной основе в соответствии с ФЗ-44. «Республика эти условия, к сожалению, предоставила», — посетовал Гущин.

Гущин отметил, что сложившаяся ситуация стала хорошим уроком и поводом активизировать создание центра деревянного зодчества в Татарстане

Школе деревянного зодчества — быть!

«Развод» с Поповым поставил крест и на школе деревянного зодчества, которую он хотел организовать в Татарстане. Известно, что таких специалистов в России по пальцам пересчитать, а известный мастер мог бы передавать свой опыт молодежи.

— Республика предложила ему взаимодействовать со стройколледжем, который сегодня имеет статус ресурсного центра. Я ничего другого, как государственный служащий, предложить не могу. Были встречи со студентами, мы студентов вывозили. У ребятишек горят глаза. Ничего не мешало взаимодействию. Но он от этого отказался, — пояснил Гущин.

Однако от самой идеи в Комитете ОКН не отступились. Школу хотят запустить с тем пулом аттестованных плотников-реставраторов, которые приедут на восстановление Михаило-Архангельской церкви и мечети.

Гущин отметил, что сложившаяся ситуация стала хорошим уроком и поводом активизировать создание центра деревянного зодчества в Татарстане. Он видит его как некий кластер, куда войдут строительный колледж, КГАСУ и органы охраны. Глава Комитета ОКН пообещал привозить студентов на площадку в «Сокурах», когда начнется реставрация церкви и мечети.

Александр Попов подчеркнул, что не уверен в том, что фирма «Оском» сможет восстановить храмы. Фото tatar-inform.ru

«Разбирательство будет — памятников не будет»

Александр Попов в разговоре с «Реальным временем» подтвердил, что получил повестку в суд.

— Меня завалили бумагами. Я проработал полтора года, и я весь в долгах как в шелках. Я не могу расплатиться с рабочими, не могу расплатиться за материалы. Последний раз заработную плату я получал в декабре 2019 года. Что самое интересное, по мечети приняли работы только за 2019 год. А за 2020-й — нет. А в чем разница: эти хорошо были сделаны, эти плохо, что ли? У меня даже слов нет. Как так может быть? Это какой-то бандитизм. Я проработал 48 лет. В моей практике это первый раз, — поделился реставратор.

Он подчеркнул, что не уверен в том, что фирма «Оском» сможет восстановить храмы. Он навел о ней справки по интернету и удивился, что «у нее работников — ноль». Попов также сослался на свою практику, когда от него в Вологде тоже забрали два памятника, один из которых датируется еще XVII веком. «Они так и погибли. Один стоит наполовину разобранный, наполовину сделан кое-как и так, по всей видимости, сгниет. А дом, который у меня забрали, то, что я сделал, — они выпилили, и теперь это не памятник, а какой-то муляж. Я думаю, что с этим будет все ровно так же. За последние 10—12 лет ни одного деревянного памятника, входящего в федеральный реестр, не было сдано. Я это знаю, потому что я член методсовета, техсовета и т. д., все проходит через меня», — отметил реставратор.

На перспективу перенести конфликт в судебную плоскость известный мастер тоже смотрит скептически.

— Разбирательство будет — памятников не будет. Деньги ушли, а памятников нет. И здесь произойдет ровно то же самое. Все связано с откатом, больше ни с чем. И в Вологде, и здесь. Все одно и то же. Да, я не плачу откаты. Я плохой человек. Но я считаю, что если я занимаюсь такими вещами, я не должен этого делать. Но это, может, моя неправильная точка зрения. Во всяком случае, я ее придерживаюсь. И здесь идет ровно по такому же сценарию. То все было нормально, то выяснилось, что все плохо, все я нарушил, а потом выяснилось, что те, кто во всем этом меня упрекают, вместо памятников имеют то, что имеют. А деньги ушли, — вспомнил свой прежний опыт Попов.

Образцы русского и татарского деревянного зодчества находились в городе Кириллове, на базе ООО «Реставрационный центр — архитектура, производство, обучение», с начала 2019 года. Фото: facebook.com

Как развивался конфликт

Напомним, образцы русского и татарского деревянного зодчества находились в городе Кириллове, на базе ООО «Реставрационный центр — архитектура, производство, обучение», с начала 2019 года. Их восстановлением занималась команда мастеров во главе с Поповым. Договор на реставрацию мечети был оценен в 20 млн рублей, заказчиком выступило ДУМ РТ, восстановление Михаило-Архангельской церкви — в 15 млн рублей, заказчиком выступила Казанская епархия Русской Православной церкви .

18 января 2020 года глава Комитета ОКН Иван Гущин приезжал в Вологду проконтролировать ход работ и анонсировал сдачу мечети еще до конца года. Однако 3 февраля в интернете появилось открытое письмо реставратора Александра Попова, в котором он сообщил о приостановке работ из-за недостаточного финансирования со стороны республики. К тому моменту по договору о восстановлении мечети было перечислено 11 млн рублей, церкви — 6 млн рублей.

По словам реставратора, он не раз говорил о том, что суммы смет «нереальные» и уложиться в них он не сможет, «только на одну мечеть необходимо порядка 49 млн рублей». У комитета ОКН было другое мнение: Иван Гущин заявлял «Реальному времени», что Попов не только сорвал сроки реставрации, указанные в договоре, но еще и хочет поднять общую стоимость работ по мечети в два раза. Переговоры безуспешно длились 3,5 месяца, в дело пришлось вмешаться Рустаму Минниханову, который лично переговорил с реставратором по интернету в присутствии Ивана Гущина и своего помощника Олеси Балтусовой.

Президент Татарстана дал указания увеличить смету на восстановление мечети на 38 млн рублей. Фото: tatarstan.ru

Президент Татарстана дал указания увеличить смету на восстановление мечети на 38 млн рублей, доведя общую стоимость реставрации мусульманской святыни до 49 млн рублей, а также «забрать» у мастера Михаило-Архангельскую церковь, расторгнуть с ним договор на ее восстановление и передать для дальнейших работ татарстанским мастерам.

Однако работы по мечети так и не началаись, договор не был продлен (срок его окончания — 25 декабря 2019 года). А 25 июля специалисты Комитета ОКН, епархии и нового подрядчика начали транспортировку церкви с базы реставратора в Вологде, после чего 1 июля Александр Попов подал заявление в местный отдел МВД о неправомерном вывозе памятника.

Представители комитета ОКН и епархии, по словам мастера, отказались подписывать ему акт выполненных работ и проходить процедуру авторского технического контроля, а потому он не поставил свою подпись под актом приема-передачи. Из-за этого Попов полагает вывоз объекта незаконным — по документам он все еще ответственен за него. В беседе с «Реальным временем» Иван Гущин настаивал, что договор с Поповым по церкви уже был расторгнут, а вывоз — абсолютно правомерен.

1/22
  • Ринат Назметдинов
  • Ринат Назметдинов
  • Ринат Назметдинов
  • Ринат Назметдинов
  • Ринат Назметдинов
  • Ринат Назметдинов
  • Ринат Назметдинов
  • Ринат Назметдинов
  • Ринат Назметдинов
  • Ринат Назметдинов
  • Ринат Назметдинов
  • Ринат Назметдинов
  • Ринат Назметдинов
  • Ринат Назметдинов
  • Ринат Назметдинов
  • Ринат Назметдинов
  • Ринат Назметдинов
  • Ринат Назметдинов
  • Ринат Назметдинов
  • Ринат Назметдинов
  • Ринат Назметдинов
  • Ринат Назметдинов
Элеонора Рылова, фото Рината Назметдинова
ОбществоКультураИстория Татарстан Комитет РТ по охране объектов культурного наследияГущин Иван Николаевич

Новости партнеров

комментарии 17

комментарии

  • Анонимно 19 авг
    Мда, ну это мы умеем...
    Ответить
  • Анонимно 19 авг
    Неужели замшелые доски можно восстановить?
    Ответить
  • Анонимно 19 авг
    Как всегда - друг на друга наговаривают
    Ответить
  • Анонимно 19 авг
    не проще ли заново построитъ?
    Ответить
    Анонимно 19 авг
    всегда проще заново построить, ног тут же вопрос в том, чтобы сохранить наследие
    Ответить
    Анонимно 19 авг
    В чем заключается "наследие"?
    Деревянное здание сгнило, на его месте строят такое же из новых бревен и досок.
    Ответить
    Анонимно 19 авг
    Давайте все архитектурные памятники снесем и заново построим - так же проще
    Ответить
  • Анонимно 19 авг
    Гущина уволить, ответственных работников религиозных организации судить по их религиозным законом!
    Ответить
    Анонимно 19 авг
    Камнями закидать?
    Ответить
  • Анонимно 19 авг
    Мутная схема была с самого начала.
    Ответить
  • Анонимно 19 авг
    смету им удалось увеличить... а почему она была в 4 раза меньше ? Кто считал первую, и почему такая ошибка?
    Ответить
    Анонимно 19 авг
    Сам Попов и считал
    Ответить
  • Анонимно 19 авг
    Попов один реставрировал?
    Ответить
  • Анонимно 19 авг
    Минниханов правильно сделал, что вступился лично за конструкции храмов. Это ценность республики, а наше культурное наследие надо беречь.
    Ответить
  • Анонимно 19 авг
    Поддерживаю. Минниханов правильно поступил.
    Ответить
  • Анонимно 19 авг
    Гущин опростоволосился, его отодвинули удащливые от кормушки, началась татарская пилешка под контролем гису, деньги освоят, памятник не восстановят, виноват будет Попов.
    Ответить
  • Анонимно 20 авг
    Попов и ранее так поступал с историческими храмами, - подписывал договор на реставрацию на одну сумму, потом начинал вымогать в 2 раза больше, погуглите в интернете, таких случаев с "великим" реставратором немало. Вот почему Гущин, ранее поработавший в антикоррупционном комитете, не навел справки о мошеннике Попове - это большой вопрос. Непрофессионализм комитета ОКН? Или наш всеобщий пофигизм?
    Ответить
Войти через соцсети
Свернуть комментарии