Новости раздела

«Татфондбанк» проиграл «Нэфису» схватку за контроль над банкротством Завода СМС

Предприятие с возросшим до 5,4 млрд рублей долгом перед ТФБ ликвидируют по упрощенной схеме — без наблюдения, против чего выступали в АСВ

«Татфондбанк» проиграл «Нэфису» схватку за контроль над банкротством Завода СМС Фото: Максим Платонов

АСВ проиграло «Нэфис Косметиксу» тяжбу за право заменить истца в деле о банкротстве близкого группе компаний Ирека Богуславского Завода СМС. В итоге предприятие ликвидируют по упрощенной схеме — без наблюдения, против чего так рьяно боролся конкурсный управляющий «Татфондбанка», отстаивая интересы своих кредиторов. В процессе требования ТФБ возросли с 3,4 до 5,4 млрд рублей. Первым заявителем в деле была тверская фирма «Анкор», которую в АСВ сочли подставной, так как учредитель завода Юрий Ляшенко выкупил у нее долг, чтобы самому банкротить собственное предприятие. В гражданском споре тверской арбитраж провел замену истца с «Анкора» на Ляшенко и тут же с Ляшенко на «Татфондбанк». Однако в татарстанском арбитраже, где рассматривают банкротное дело завода, удача была уже не на стороне ТФБ. В конце марта «Нэфис» подал заявление на вступление в дело с суммой требований 1 млрд рублей, также попросив о процессуальном правопреемстве. Суд удовлетворил его ходатайство. Подробнее — в материале «Реального времени».

АСВ: «Если «Нэфис» хотел заменить «Татфондбанк», он должен был внести не 355 тыс. рублей!»

Разбирательства по делу о банкротстве Завода СМС несколько раз откладывали по просьбе конкурсного управляющего «Татфондбанка». Юристы АСВ ссылались на то, что нужно дождаться вступления в законную силу определения Арбитражного суда Тверской области о процессуальном правопреемстве ТФБ по гражданскому иску «Анкора» к ЗСМС. В этот раз представитель «Татфонда» Валерий Медведев сообщил, что решение устояло, и попросил о замене истца «Анкора» на ТФБ и в банкротном деле, которое рассматривает татарстанский арбитраж. Кроме того, он заявил, что не знаком с аналогичным заявлением «Нэфиса» о правопреемстве в этом процессе:

— Могу предположить, что они просят заменить ПАО «Татфондбанк» на «Нэфис Косметикс», но никаких доказательств перехода прав мы не знаем, — отметил Медведев и вновь попросил отложить заседание, чтобы изучить доводы оппонентов.

Предварительно свои возражения по заявлению «Нэфиса» представитель АСВ все же высказал. По его словам, суд должен сначала рассмотреть заявление «Татфондбанка».

— Мы это делаем с целью защиты прав собственных кредиторов. Потому что исходили из того, что эта задолженность [Завода СМС перед «Анкором» в 355 тыс. руб.] является мнимой, нарисованной. Она возникла сугубо тогда, когда «Татфондбанк» предпринял действия по взысканию задолженности с Завода СМС, и направлена исключительно на то, чтобы опередить «Татфондбанк» и поставить своего конкурсного управляющего, — отметил Медведев.

По словам представителя АСВ. суд должен сначала рассмотреть заявление «Татфондбанка». Фото banki.ru

По его словам, производство по делу нужно прекратить после перевода правопреемства на «Татфондбанк»: «Мы отказываемся от заявления [«Анкора»] и не хотим, чтобы мнимая задолженность была включена в реестр. Считаем, что только нормальный полноценный кредитор может предоставить кандидату конкурсного управляющего». Юрист подчеркнул, что ТФБ сейчас борется за назначение другого «конкурсника», если же произвести замену истца на «Нэфис Косметикс», тот оставит заявление «Анкора» и предложенную им кандидатуру арбитражного управляющего. Медведев вновь указал на связи должника с «Анкором» и «Нэфисом»:

— У нас следующая картина. «Анкор», который вообще не является в суд и не представил доказательств оказания услуг ЗСМС, выдвинул кандидатуру конкурсного управляющего. Мы полагаем, что действия ЗСМС и «Анкора» взаимосвязаны и сама задолженность является мнимой. Но и сам должник входит в группу «Нэфис». И если сейчас мы сделаем правопреемство с «Татфондбанка» на «Нэфис», у нас, получается, круг замкнулся — остался тот же управляющий, то же заявление, и все наши попытки не включать мнимую задолженность в реестр напрасны.

Представитель АСВ подчеркнул, что требования «Татфондбанка» составляют не 350 тыс., как у «Анкора», а 3,4 млрд рублей по заявлению, и еще порядка 2 млрд будет включено позднее. «Получается, если «Нэфис» хотел бы стать единственным кредитором и заменить «Татфондбанк», он должен был внести на депозит нотариуса не 355 тыс., а как минимум указанную сумму в заявлении о банкротстве (928,6 млн рублей)». Кроме того, Медведев обратил внимание суда, что «Нэфис» подал заявление лишь в конце марта в то время, как все споры между «Анкором», «Татфондбанком» и Ляшенко шли с августа прошлого года: «Когда они проиграли все суды, появился «Нэфис» со своим внесением средств на депозит».

ЗСМС: «Отложение введения процедуры банкротства нарушает права кредиторов самого должника и кредиторов банка»

— Здесь в фойе стоит статуя Фемиды, символизирующая правосудие… — начал представитель Завода СМС Евграфов, но судья Михаил Аверьянов его остановил, попросив выступать по существу.

По словам Евграфова, суд обязан проверить наличие нарушений прав иных лиц в деле, а в данном случае заявленный АСВ отказ от заявления «Анкора» ввести конкурсное производство в отношении Завода СМС нарушает их права:

— Нарушения сводятся к тому, что по условиям кредитного договора, пока не введена процедура банкротства, у нас ежемесячно растет кредиторская задолженность в пользу «Татфондбанка» на 42 млн рублей. Увеличение конкурсной массы [ТФБ] нарушает права иных кредиторов, поскольку уменьшается размер их кредиторской задолженности к размеру задолженности кредиторов «Татфондбанка». При этом отложение судебного заседания по введению процедуры банкротства нарушает права кредиторов не только должника, но и кредиторов банка, поскольку кредиторы банка в этом случае также не получают удовлетворения своих требований.

Судья попросил представителя Завода СМС выступать по существу. Фото Максима Платонова

Кроме того, по словам Евграфова, нужно проверить, насколько действия самого АСВ соответствуют закону. По его мнению, у конкурсного управляющего ТФБ нет права заявлять отказ от своих требований третьим лицам — это нарушение закона о банкротстве.

По ходатайству «Нэфиса» у представителя ЗСМС вполне ожидаемо не было никаких возражений: «Мы считаем, у него достаточно оснований для процессуальной замены».

«Нэфис»: «Может быть, эти средства не в полном объеме — 3,4 млрд рублей — будут в итоге получены банком»

Юрист «Нэфиса» заметила, что компания, чьи интересы она представляет, является таким же кредитором, как «Татфондбанк». По обвинениям в мнимой задолженности ЗСМС перед «Анкором» никаких доказательств, по ее словам, не представлено:

— Почему «Нэфис Косметикс также вносит средства на депозит? Ранее «Нэфис Косметиксом» и «Татфондбанком» было подано несколько заявлений в деле о банкротстве ЗСМС. Все они направлены на то, чтобы признать должника банкротом и ввести процедуру. Но далее стороны начинают бороться за то, чей будет конкурсный управляющий. Здесь я соглашусь, что все это оттягивает процедуру введения банкротства должника и реализации его имущества. Может быть, эти средства не в полном объеме — 3,4 млрд рублей — будут в итоге получены банком, но они будут получены и поступят в конкурсную массу банка. Однако все эти процессы, а у нас он не один, есть еще процесс по заявлению ТСК, тоже в Твери, где также за правопреемство борются «Татфондбанк» и «Нэфис Косметикс», все это будет затягивать процедуру.

С учетом того, что признаки банкротства ЗСМС присутствуют, суд не может принять отказ от заявления о банкротстве предприятия, считает представитель «Нэфиса». «Потому что это нарушает как права кредиторов должника, так и самого банка», — повторила она почти дословно позицию должника. Попросила отказать в ходатайстве «Татфондбанку» и провести правопреемство на «Нэфис Косметикс».

«У нас одни и те же лица представляют должника и промежуточных кредиторов»

Представитель ТФБ по этому поводу возражал и еще раз обратил внимание суда на положение Юрия Ляшенко, которого назвал «промежуточным правообладателем»:

— Ляшенко — это учредитель завода, который, вместо того чтобы заплатить долг «Анкору», выкупил его и подал заявление о банкротстве общества. Недобросовестность господина Ляшенко была установлена в постановлении Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда, — отметил Медведев.

С учетом того, что признаки банкротства ЗСМС присутствуют, суд не может принять отказ от заявления о банкротстве предприятия, считает представитель «Нэфиса». Фото Михаила Козловского

В указанном определении говорится, что, «по мнению суда, уклонение кредитора от получения причитающегося исполнения не соответствует принципам разумности и добросовестности и свидетельствует о наличии неправомерного интереса в сохранении статуса кредитора должника». Судя по всему, речь идет о том, что ТФБ также пытался выкупить долг ЗСМС у «Анкора», но тот уклонялся. Это подтверждается данными о том, что банку пришлось вносить средства в адрес тверской фирмы через депозит нотариуса. В том же определении суда сообщается, что в действиях АСВ не усматриваются признаки нарушения прав кредиторов «Татфондбанка».

Между тем в АСВ подчеркнули, что ТФБ никоим образом не уклонялся от перечисления средств со стороны «Нэфис Косметикса», подавшего заявление о правопреемстве в этом споре: «Соответственно, «Нэфис Косметикс» должен был внести деньги на расчетный счет, а не на депозит».

Представитель ЗСМС настаивал, что за соблюдением норм закона о банкротстве должен следить суд: «Получив удовлетворение заявления о правопреемстве, банк сам тем самым доказал, что данная сделка обоснована», — подчеркнул Евграфов.

На что Медведев счел нужным напомнить, что его оппонент защищал интересы не только завода, но и его учредителя:

— Евграфов представлял интересы и Ляшенко, то есть у нас одни и те же лица представляют должника и промежуточных кредиторов. Альбина Иванова представляла и ЗСМС, и «Нэфис». На самом деле, очевидно, что есть группа лиц, которая всячески пытается перехватить контроль над банкротством ЗСМС. Более того, Ляшенко перед тем, как подать заявление о банкротстве, ввел процедуру ликвидации, чтобы избежать наблюдения [упрощенная схема банкротства]. Если уж на то пошло, самым логичным было бы ввести наблюдение, тогда бы собрались все кредиторы и решили будущую судьбу завода — это был бы «Нэфис» и «Татфондбанк». Но перед банкротством были совершены действия, которые лишили большинство кредиторов возможности собраться и определить будущую судьбу ЗСМС.

По аналогичному процессу в Твери по заявлению ТСК дело передали в Верховный суд. Так как по «Анкору» обстоятельства идентичные, та же инстанция истребовала и это дело, «но оно туда не передано, потому что застряло в апелляции в Вологде», пояснил юрист АСВ.

Евграфов признал, что представляет интересы и ЗСМС, и его кредитора Ляшенко, но поскольку последний является участником должника, то не видит в этом нарушений закона.

Юрист от ТФБ настаивал на том, что Ляшенко должен доказать реальность сделок между «Анкором» и ЗСМС. Но в итоге суд отказал банку в истребовании доказательств. Произвел замену истца в деле о банкротстве — с «Анкора» на «Татфондбанк», и тут же — с «Татфондбанка» на «Нэфис Косметикс»:

— В удовлетворении ходатайства ПАО «Татфондбанк» об истребовании доказательств отказать. Ходатайство ПАО «Татфондбанк» о процессуальном правопреемстве удовлетворить. В порядке процессуального правопреемства заменить заявителя по настоящему заявлению с ООО «Анкор» на ПАО «Татфондбанк». Заявление ПАО «Татфондбанк» об отказе от заявления отклонить. Ходатайство АО «Нэфис Косметикс» о процессуальном правопреемстве удовлетворить. В порядке процессуального правопреемства заменить заявителя по настоящему заявлению с ПАО «Татфондбанк» на АО «Нэфис Косметикс».

Завод СМС признан банкротом, в отношении него открыто конкурсное производство на шесть месяцев, до 15 ноября 2019 года. Фото Максима Платонова

Заявление «Нэфис Косметикса» судом признано обоснованным, ликвидируемый должник — Завод СМС — признан банкротом, в отношении него открыто конкурсное производство на шесть месяцев, до 15 ноября 2019 года.

Конкурсным управляющим назначен член Ассоциации СРО «МЦПУ» Равил Латыпов — кандидатура, выдвинутая «Анкором», против чего так протестовали в «Татфондбанке». Представитель АСВ Валерий Медведев подтвердил «Реальному времени», что намерен обжаловать это решение суда.

Василя Ширшова
ПромышленностьЭкономикаБанкиИнвестицииБизнес Татарстан
комментарии 4

комментарии

  • Анонимно 16 май
    Кто же на масло будет дуть в РТ! Еще не время банкротиться
    Ответить
  • Анонимно 16 май
    Просто крутое решение нашего «справедливого суда» ! Сам же бывший поручитель по кредиту в 3,4млрд «Нэфис Косметикс», который удачно избавился от своего поручительства, теперь уже и Конкурсный управляющий ???!!! Просто супер решение !!! Тогда вопрос к Следственному Комитету РТ — а где тогда 3,4млрд и в чьих карманах они осели ??? Это же деньги вкладчиков Татфондбанка, которые до сих пор не могут полностью их вернуть !!!
    Ответить
  • Анонимно 16 май
    Лихо как все закручено ! Сначала Нэфис косметикс был поручителем по выданному кредиту на 3,4млрд якобы на строительство Завода СМС (который уже давно построен на территории того же Нэфиса и находится по тому же адресу, что и Нэфис). Затем сбросил с себя бремя поручительства с помощью нашего «справедливового суда». А теперь еще тот же самый суд сделал его еще и Конкурсным управляющим в обанкроченном Заводе СМС. А у Следственного Комитета РТ не возникает вопроса —куда же все-таки делись 3,4млрд?
    Ответить
  • Анонимно 16 май
    Интересно куда же все-таки делись 3,4млрд, выданные Татфондбанком летом 2016года якобы на строительство Завода СМС ?! Нэфис Косметикс являлся поручителем по выданному кредиту. А после отзыва лицензии у Татфондбанка ловко увернулся от взятых на себя обязательств и признал договор поручительства недействительным! И в этом ему помогли наши «справедливые» суды ! А вкладчики до сих пор не могут вернуть свои деньги, которые вот так цинично разбазаривались Мусиным вместе с «не установленными лицами»! А теперь еще этот же самый поручитель стал еще и Конкурсным управляющим этого самого завода СМС, который признан банкротом из-за того, что ему всего навсего якобы не хватило каких-то 500млн, которые Татфондбанк ему не смог перечислить. Это же смешно! Возникает логичный вопрос —а куда тогда были использованы полученные в кредит 3,4млрд? Не на строительство что ли ? Почему Следственный комитет РТ закрывает глаза на все это чистой воды мошенничество? Ведь в результате вкладчики остались без своих денег!
    Ответить
Войти через соцсети
Свернуть комментарии

Новости партнеров