«Прошу меня оправдать»: в суде Казани выступила с последним словом экс-глава банка «Спурт»

Фото: realnoevremya.ru

15 сентября в Казани намечено оглашение нового приговора бывшему предправления АКБ «Спурт» и экс-председателю совета директоров компаний ОАО «КЗСК» и «КЗСК-Силикон» Евгении Даутовой, передает с заседания журналист «Реального времени».

Сегодня в последнем слове обвиняемая в злоупотреблениях с ущербом для банка в 890 млн рублей вновь заявила — во всем виноват кризис 2014-го и отсутствие обещанной государством поддержки. «Прошу меня оправдать», — обратилась Даутова к суду.

На предпоследнее заседание суда Даутова пришла в черном. И с опозданием, поскольку принимала участие в рассмотрении ходатайства о снятии ареста с имущества коммерческих компаний в другом зале Вахитовского суда Казани. Сегодня она последовательно напомнила три эпизода своего обвинения и со ссылкой на позицию арбитражных судов трех инстанций озвучила:

— Невозврат кредитов «группы КЗСК» произошел не в результате моих действий, а по причине банкротства КЗСК и «КЗСК-Силикон», которые наступили по причине внешних обстоятельств — валютного кризиса 2014 года. Эти факты установлены Арбитражным судом РТ и последующими инстанциями.

realnoevremya.ru/Ирина Плотникова

Напомним, в 2019-м Даутову приговорили к 3 годам колонии за злоупотребления в банке и фальсификацию финансовой отчетности с ущербом 2,9 млрд рублей. Она отбыла две трети срока, работая в прачечной СИЗО Казани, и вышла по УДО за 11 месяцев до его окончания. Но уже через несколько месяцев вновь получила статус фигурантки уголовного дела о доведении до банкротства все того же банка «Спурт». В судебных прениях по новому делу гособвинитель запросил для 66-летней подсудимой 6 лет колонии. Заметим, такой же срок прокуратура предлагала по первому делу, где Даутова полностью признала вину.

Еще до прений выяснилось, что по двум эпизодам нового дела уже истекли сроки давности. На их прекращение по данному не реабилитирующему основанию защита не согласна — в этом случае АСВ может претендовать на взыскание средств по данным эпизодам. На финише процесса представители новой администрации банка-банкрота предъявили его экс-главе иск на 890 млн рублей. Ранее они надеялись взыскать эти средства через арбитраж, однако проиграли в судах двух инстанций.

realnoevremya.ru/Ирина Плотникова

Напомним версию силовиков по двум «просроченным» эпизодам:

Позиция Даутовой кардинально отличается: «Торговля и логистика» не была техническим заемщиком, сделка была выгодна банку, ведь на тот момент на «Уфимское предприятие» был подан иск по банкротству на 530 млн рублей. Без указанной сделки «Спурт» рисковал оказаться в третьей очереди и получить в лучшем случае 2 млн рублей вместо 100, заявила она сегодня в последнем слове. И добавила: «Компания работала до 2019 года, но АСВ не приняло никаких мер по возврату кредита»;

Однако следствием установлено, что деньги не обналичивались и технически банк даже не покидали, то есть ни о каком выводе активов речь не идет. Даутова подтверждает, средства внутреннего займа пошли на выкуп акций ради консолидации портфеля по просьбе потенциальных инвесторов.

realnoevremya.ru

По тяжкому эпизоду срок давности не истек:

Сегодня Даутова отметила, что вменяемые 712 млн рублей составляли лишь 23% от собственного капитала «Спурта», на момент выдачи кредитов он составлял 3 млрд рублей. Сделки, способные привести к банкротству, должны происходить с активами не менее в 25% от собственного капитала. «Считаю, в моих действиях нет состава преступления по ч. 2 ст. 201 УК РФ».

«Личной материальной выгоды [от этого кредитования] я никакой не получала. В мыслях такого не было», — заявляла в прениях и на допросе в суде Евгения Даутова. Рассказывала про то, как проект частно-государственного партнерства по строительству производства сырья для оборонки «КЗСК-Силикон» оказался брошен второй стороной на середине, и наполовину построенный завод априори не мог приносить прибыль. А еще о том, как госкураторы проекта не рекомендовали сделки с найденными инвесторами и Центробанк не дал добро на санацию при наличии банков, готовых поддержать «Спурт». При этом в ходе банкротства арестованное имущество «КЗСК-Силикон», включая десятки гектаров земли в центре Казани, продали за 395 млн рублей.

— 6,4 млрд рублей вложено в «КЗСК-Силикон». КЗСК на декабрь 2016 года оценивалось в 8,6 млрд, — сообщила сегодня в последнем слове обвиняемая. — То есть при продаже с торгов по справедливой цене кредиторы должны были получить все свои кредиты. Но реализация имущества «Силикона» с торгов 8 августа 2022 года была произведена за 395 млн рублей, что составляет лишь 6% от вложенных средств и вызывает вопросы.

Представитель АСВ. realnoevremya.ru/Ирина Плотникова

Она напомнила: существовал инвестор, готовый дать за недостроенный завод уже вложенную кредиторами цену. Но ему не дали это сделать: «Суд отказался на время погашения закрыть торги и назначил дату заседание на 10 августа, а объекты в срочном порядке были проданы за день до этого — 8-го. Суд обеспечительных мер не наложил, в результате — кредиторы не получат своих ресурсов».

Ущерб от этих действий трем госструктурам — ВЭБ.РФ, АСВ и Росимуществу — Евгения Даутова оценила в 5 млрд рублей.

Критикуя речь прокурора и текст обвинения, экс-глава банка «Спурт» отметила: статус «технических» компаний в нем почему-то получили и недостроенный «КЗСК-Силикон», и действующие заводы КЗСК и СК «Дзержинск» с их штатами, лицензиями и реальными производственными площадями. А еще в «технические» записали две коммерческие компании с 17-летней историей работы на рынке.

Повторяя свой довод о кризисе 2014 года и двукратном удорожании стоимости частно-государственного проекта «КЗСК-Силикон», подсудимая сделала акцент на трех моментах: «Я приняла все меры. И фактически «группа компаний КЗСК» на конец 2016-го оценивалась в 14 млрд рублей. Кредиторам этого для погашения хватило бы. Но если сейчас имущество будет продаваться за 6—10% от реальной стоимости, не хватит. Я свою вину не признаю. Во всяком случае в том, в чем меня обвиняют».

realnoevremya.ru/Ирина Плотникова

Далее Евгения Даутова сообщила, что в ходе следствия по первому уголовному делу была не права:

— Я совершила ошибку, признав свою вину по собственному заблуждению, и лишила себя права доказывать свою правоту, защищать себя в суде. Прошу суд учесть все изложенные доводы, которые свидетельствуют — умысла я не имела. Прошу меня оправдать.

Ирина Плотникова
ПроисшествияБизнесОбществоВластьЭкономикаФинансыБанкиНедвижимостьПромышленностьОПК Татарстан

Читайте также

Все новости за сегодня