Новости раздела

Диана Сафарова: «После пандемии запрос на театр будет во много раз выше, чем до»

Как маленькая площадка в здании бывшей швейной фабрики стала платформой для больших творческих экспериментов

Диана Сафарова: «После пандемии запрос на театр будет во много раз выше, чем до»
Фото: предоставлено Дианой Сафаровой

Пять лет назад продюсеры Диана Сафарова, Инна Яркова и директор музея-заповедника «Остров-град Свияжск» Артем Силкин на первом этаже креативной резиденции «Штаб» открыли творческую лабораторию «Угол». Это была первая в республике площадка для смелых театральных экспериментов, «место силы» для самовыражения молодых режиссеров и актеров, где культивируют нетрадиционные формы современного искусства. Создатели так обозначили свое кредо — «быть на передовой нескончаемого поиска». За эти годы проект стал известен не только в Казани, но и сформировал новую культурную среду, в которой только приветствуется конкуренция, и своего зрителя. О некоторых итогах работы, творческих поисках решений в период локдауна и планах на будущее сооснователь лаборатории «Угол», режиссер Диана Сафарова рассказала в интервью «Реальному времени».

«Были готовы и город, и люди»

— Что было главным побуждающим мотивом в создании Творческой лаборатории «Угол» — нехватка в Казани современных театральных форматов, желание попробовать себя в роли режиссера, не имея привязки к Минкульту и театральному начальству, или что-то еще?

— Все гораздо прозаичнее: открытие такой площадки — абсолютно естественный процесс. Она не могла не открыться — город был готов, люди были готовы, если бы не мы это сделали — сделал бы кто-то другой. И потом, наверное, было очень большое желание заниматься каким-то альтернативным театром, исследовать новые формы, форматы и возможности.

В рамках громоздких репертуарных институций делать это сложнее. А на небольшой площадке без госзадания — проще и комфортнее.

Была ли у вас 5 лет назад, кроме идеи, еще и финансовая поддержка? И вообще, можно запустить такой проект без спонсоров, на энтузиазме?

— Я уверена, что ключевое — это идея. До открытия «Угла» мы сделали достаточно проектов, лабораторий, ретроспектив, и в течение 3 лет говорили об открытии стационарной площадки. То есть среди людей, кто впоследствии мог оказать нам поддержку, и оказывал ее, уже образовался некий кредит доверия по отношению к нам и к нашим проектам.

Когда мы стали искать площадку, все не сразу, но достаточно быстро стало складываться. Я, наверное, сейчас скажу очень банальную вещь, но чем больше препятствий — финансовых, бюрократических, тем больше идей и желания сделать.

Фото: tatar-inform
В рамках громоздких репертуарных институций делать это сложнее. А на небольшой площадке без госзадания — проще и комфортнее

Но если на этапе запуска важнее идея, то сейчас, в период самоизоляции и карантинных мер, мы столкнулись с тем, что нам нужна поддержка. Мы запустили систему поддержки «Угла» и Фонда (поддержки современного искусства «Живой город», — прим. ред.) на нашем сайте — зрители и друзья могут нас поддержать как единовременно, так и ежемесячно, оформив подписку. Мы создаем сейчас гигантское количество контента онлайн, и самое главное для нас — вернуться в «Угол», сохранить театр. И не имеет смысла прятать это в словах и стесняться об этом говорить — «Углу» сейчас нужна и важна ваша поддержка, чтобы дальше продолжать свою активную работу.

Есть фонд «Живой город», есть творческая лаборатория «Угол» — какая между ними связь, кроме той, что вы являетесь соучредителем обоих?

— Связь прямая. «Угол» — это один из проектов фонда. Деятельность фонда условно можно поделить на три блока — это «Угол», это иммерсивный спектакль «Анна Каренина» и это наши проекты в нетеатральных пространствах — лаборатории, фестивали, оперы. Все это, собственно, и образует деятельность Фонда.

— Расскажите о первых шагах лаборатории «Угол», с чего начали, были ли у вас творческие споры с соучредителями?

— Это удивительно, конечно, но у нас никогда не бывает споров, несмотря на страстную суть всех нас троих. Мы можем эмоционально рассуждать, а потом оказывается, что все говорим про одно, просто рассматриваем с разных сторон. «Угол» сразу родился и стал каким-то семейным: для наших ребят и всех нас — это дом.

Про первые шаги… Первые шаги — это, наверное, первые спектакли. Первым репертуарным стал «Карина и Дрон». Особенно для нас ценно, что актерами были молодые студенты казанского театрального училища, а режиссером — уже большой известный режиссер, наш друг Дима Волкострелов. Потом было много-много премьер и наших местных режиссеров, и приглашенных. Пусть их будет еще больше.

Фото Максима Платонова
Особенно для нас ценно, что актерами были молодые студенты казанского театрального училища, а режиссером — уже большой известный режиссер, наш друг Дима Волкострелов

Как и почему родились «ответвления» — фестивали «Город АРТ-подготовка» и «Свияжск АРТель»?

— Начнем с того, что лаборатории появились раньше, чем «Угол». Скорее это «Угол» — некое логическое продолжение проектов в нетеатральных пространствах. Именно работая в таком формате, мы поняли много и про зрителей, и про театр, и про необходимость уже зафиксироваться в постоянной точке. Должна была появиться в нашей жизни какая-то логическая константа.

И «Город АРТ-подготовка», и «Свияжск АРТель» — это театральные лаборатории, которые ежегодно проводит Фонд «Живой город», вся команда «Угла» задействована в них.

«Эти пять лет доказали нашу жизнеспособность»

В ваших проектах участвовали известные актеры (Роза Хайруллина, Юлия Ауг), композитор Александр Маноцков, опера которого «Сны Иакова, или Страшно место» получил главную театральную премию страны «Золотая маска», и многие другие. Чем заинтересовали их ваши проекты или как вы их заинтересовывали?

— Сложно сказать. Наверное, это любовь? А если серьезно, мне кажется, у Казани уже сложилась репутация очень комфортного места. Во-первых, сюда хочется приезжать. Ну, а во-вторых, наша политика (я имею в виду политику Фонда «Живой город») такова — мы здесь для того, чтобы помогать художникам, режиссерам. Создавать для них комфортные условия для работы. Соответственно, с нами хотят работать и работают те, с кем мы совпадаем в видении, желании экспериментировать и наконец, в том, чтобы делать другой, не похожий на тот, что был, театр.

— В «Истории медведей панда, рассказанной саксофонистом, у которого есть подружка во Франкфурте» вы дебютировали в качестве актрисы. Хотелось испытать себя в новом амплуа?

— Это был дебют в Казани, но до этого были актерские истории, сыгранные мной во время учебы в ГИТИСе. Пробовать себя — всегда замечательно, но, если говорить конкретно про «Панд…» ­— это был отличный опыт. С одной стороны — лабораторный, потому что репетиции проходили в сжатые сроки, с другой — очень наполненный по результату.

И эту историю, кстати, нам очень хочется довести до конца — мы это планировали сделать в апреле, но вот ситуация сложилась так, как сложилась.

Фото zhivoygorod.io
Для меня работа над таким сложноустроенным механизмом, как иммерсивный спектакль «Анна Каренина», продолжается постоянно

— Пожалуй, самая громкая ваша постановка — иммерсивный спектакль «Анна Каренина», о котором много писали. Вы попробовали себя в роли режиссера. Довольны ли вы этой работой и что вам понравилось больше — играть самой или ставить?

— «Анна Каренина» — бесспорно, на данный момент самый масштабный мой проект, но никак не единственный. В режиссуре мне комфортно, есть определенные планы и никак нельзя ответить на этот вопрос — «что понравилось больше», ведь это не финал — я буду пробовать себя в разных ипостасях и дальше.

Режиссура и актерство — это разный опыт, в том числе разный по зоне ответственности, здесь нельзя ответить как-либо однозначно. Так же, как и ответить на вопрос — довольна ли я своей работой. Для меня работа над таким сложноустроенным механизмом, как иммерсивный спектакль «Анна Каренина», продолжается постоянно. Я присутствую почти на каждом спектакле с рацией и постоянно делаю правки. Я считаю своих актеров лучшими на свете. Довольна, не довольна — в данном случае не те категории, которыми я могу апеллировать. На данный момент — это просто моя жизнь. И она — вот такая.

Продолжатся ли показы «Анны Карениной»?

— Несомненно. Когда все это закончится — двери особняка Демидова снова откроются.

— Что за эти 5 лет вы считаете главным для себя и Творческой лаборатории «Угол»?

— Наверное, зрителей и возможности, которые появились у нас и у других молодых ребят. Я вижу, как приходят люди, как они смотрят, как спорят, как соглашаются или не соглашаются, принимают или не принимают, все это — очень ценно для меня и для нас. Родилось определенное сообщество, готовое к диалогу.

Кроме того, все больше молодых ребят, которые хотят пробовать, которым теперь есть, где пробовать. И пусть этих возможностей будет все больше. Нам еще расти и расти, нас ждет, я уверена, много всего. Но эти 5 лет доказали нашу жизнеспособность. Это главное.

Если бы не «Угол», то что? В смысле, чем бы вы тогда занялись?

— Здесь я повторюсь: появление «Угла» — естественный процесс. И если бы не было «Угла», то была бы какая-то другая площадка для Фонда, где мы бы реализовывали свои творческие амбиции и также работали бы на то, чтобы у молодых профессионалов театральной сферы было место для реализации.

— У вас сформировалась своя аудитория поклонников. Как вы думаете, они отличаются от завсегдатаев других казанских театров?

— Даже если сравнить аудиторию «Угла» и «Анны Карениной» — она очень сильно отличается. Я думаю, с другими театрами различия не меньше. Но при этом некоторые завсегдатаи-театралы могут быть зрителями сразу нескольких театральных проектов в городе.

Фото предоставлено Дианой Сафаровой
Театр — это всегда про совместное переживание. Почему-то кажется, что после пандемии запрос на театр будет во много раз выше, чем до

«Мы не можем существовать вразрез с тем, что происходит вокруг»

Сейчас, в период карантина, в «Углу» постоянно проходят мероприятия. Это способ поддержки членов команды, поклонников или еще что-то?

— Все наши мероприятия проходят онлайн. И скорее это способ коммуникации с новой реальностью. Мы примеряем на себя разные новые способы и возможности. Чтобы что-то почувствовать, нужно попробовать — вот мы и пробуем.

— Каким, по-вашему, будет театр после пандемии?

— Театр — это всегда про совместное переживание. Почему-то кажется, что после пандемии запрос на театр будет во много раз выше, чем до. Мое внутреннее ощущение толкает к тому, чтобы театр был все ближе и ближе к человеку, но, возможно, это только в моем представлении.

Кажется, что будет больше социальных театральных проектов — мы и сами смотрим туда. Вот только гадать сейчас — очень неблагодарное дело. В чем я уверена — идет процесс появления новых форм, новых идей. Стрессовые моменты рождают новую рефлексию через искусство, рождают импульсы к формированию новых контекстов.

— Что готовите к новому театральному сезону, чем будете удивлять горожан и поклонников?

— Сейчас, честно говоря, сложно планировать, но в данный момент онлайн идут репетиции Бориса Павловича и еще запланирован ряд премьер. Важный момент — хочется, чтобы театр был и оставался очень динамичной структурой, и, если что-то меняется в мире, то театр должен оперативно реагировать на эти изменения. Так же и с нашими планами — мы не можем существовать вразрез с тем, что происходит вокруг. Поэтому будем слушать себя и мир вокруг. Сейчас отличный для этого момент.

Элеонора Рылова
ОбществоКультура Татарстан
комментарии 8

комментарии

  • Анонимно 23 апр
    Интересно.
    Спасибо.

    Вся Жизнь - Театр.
    Ответить
  • Анонимно 23 апр
    После пандемии будет не до зрелищ. Это сейчас вынуждены проводить время перед гаджетами, и есть возможность выбора высокодуховного.
    Ответить
    Анонимно 23 апр
    Это точно! После пандемии будет единственное зрелище - это работа работа и еще раз работа
    Ответить
    Анонимно 23 апр
    До зрелищ было всегда: и в войну, и в голод
    Ответить
  • Анонимно 23 апр
    Умная Сафарова. И дело хорошее. Буду поддерживать.
    Ответить
    Анонимно 23 апр
    Чем бы Дитя не тешилось, лишь бы .........
    Ответить
  • Анонимно 23 апр
    Зато начинающие актеры могли набраться опыта
    Ответить
  • Анонимно 23 апр
    Ой, нет, сейчас для меня будет страшно ходить в места общественного скопления людей
    Ответить
Войти через соцсети
Свернуть комментарии