«Чиновничья судьба — нелегкая. Состояние стресса у человека присутствует постоянно»
Чиновников Татарстана учат управленческим навыкам и борьбе со стрессом
В Казани стартовала серия тренингов и семинаров по повышению квалификации для государственных и муниципальных служащих. Обучать будут на базе КФУ. Речь идет об обучении не рядовых сотрудников, а управленцев, причем достаточно высокого уровня. Интересно, что среди тренингов по развитию практических, преимущественно управленческих навыков есть и психологические — например, по профилактике эмоционального выгорания. Эксперты уверяют, что проблема эта сейчас не надуманна, однако реакция самих чиновников во многом зависит от структур, в которых они работают. Наиболее актуальны эти программы, по мнению самих участников, для молодых управленцев.
Чиновников будут учить здесь и только нужным компетенциям
Обучение и повышение квалификации государственных и муниципальных служащих с этого года претерпело целый ряд изменений. Во-первых, в конце марта стало известно, что в ближайшие два года чиновники Татарстана не будут ездить на стажировки за рубеж. Как рассказали в министерстве экономики республики, которое курировало эту программу, правительство Татарстана на два года продлило реализацию плана подготовки управленческих кадров. Но план был некоторым образом скорректирован. Раньше обучаться по этой программе ездили по 10 высокопоставленных чиновников от Татарстана. Средства выделялись федеральным и республиканским бюджетами. Теперь чиновники будут учиться здесь, не выезжая за границу.
Во-вторых, в Казани реформировали систему семинаров и тренингов для госслужащих. Серия тренингов стартовала на базе КФУ и продлится до середины июня. Впервые о новом формате обучения рассказала на бизнес-бранче «Реального времени» Оксана Юрьева, заведующая центром бакалавриата КФУ.

Оксана Юрьева: «Госслужащие приходят с разными компетенциями: для кого-то важно управление временем, для кого-то — публичные выступления». Фото Романа Хасаева
— Изменились сроки проведения: сейчас на самом деле курсы повышения квалификации могут быть и 16-часовыми, — пояснила Оксана Юрьева. — То есть мы эффективнее тратим рабочее время сотрудников. Кроме того, мы в рамках курса сделали три основных блока. Первый блок — вводный, который касается всех государственных муниципальных служащих: изменения в законодательстве, нормативно-правовое регулирование и так далее. Второй блок касается специфики деятельности данной категории. Третий блок — если раньше мы проводили тренинги то в первый, то во второй, то в третий день, в этом году нам удалось сделать следующее: госслужащие приходят с разными компетенциями: для кого-то важно управление временем, для кого-то — публичные выступления. У нас запускается четыре группы, и в последний день перед завершением курса они могут выбрать, на какой тренинг хотят пойти.
Чему и кого учат?
В рамках обучения чиновников разделили на группы по 10-15 человек, тренинги проходят по пятницам. Так, 1 апреля прошло несколько тренингов, среди которых большинство посвящены развитию профессиональных навыков — «Управление исполнением», «Подготовка презентации», «Публичные выступления», «Полезное совещание». На 8 апреля запланирован тренинг, на этот раз по созданию мотивирующей рабочей среды — «Управление без опоры на власть». Однако среди них оказались и психологические — по профилактике эмоционального выгорания.
Как рассказал «Реальному времени» один из участников тренингов, в них принимает участие не рядовой состав, а управленческие кадры. Причем на обучении можно встретить госслужащих уровня заместителя министра, главы департамента. Кто именно и на какой тренинг идет, они выбирают сами. По его словам, на подобных тренингах бывалых чиновников почти не встретить — учится быть стрессоустойчивыми в основном молодое поколение госслужащих.
Впрочем, на тренинге «Профилактика эмоционального выгорания и самоконтроль для заместителей руководителей министерств и ведомств РТ» присутствовали не самые молодые заместитель начальника Управления ЗАГС кабинета министров Республики Татарстан Ренат Ахметзянов (43 года), первый заместитель руководителя Агентства инвестиционного развития Республики Татарстан Инсаф Галиев (39 лет), а также заместители министров строительства, замминистра по делам молодежи и спорту и другие чиновники.
«С одной стороны, люди амбициозны, а с другой — они вынуждены подчиняться правилам»
Под малопонятной фразой «эмоциональное выгорание» скрывается известное понятие «стресс».
— Часто эмоциональное выгорание наступает не случайно. Это следствие того, что человека что-то не устраивает, он не хочет, но надо, и когда этого «надо» становится больше, чем «хочу», тогда наступает перезагрузка, — рассказывает коуч, бизнес-тренер компании «Тимсофт» Диляра Хисматуллина. — Эмоциональное выгорание — это состояние, когда ты перестаешь чувствовать, нет положительных эмоций. Раньше называлось это стресс, сейчас модным словом — эмоциональное выгорание. Каковы причины? Первая причина: у человека нет цели, он не знает, чего хочет от работы, от семьи или взаимоотношений, от личного развития. Нет цели, нет и действий, действий во всех направлениях развития личности. Нет цели, нет действий, нет познания нового.
По словам доктора медицинских наук, профессора Владимира Менделевича, завкафедрой медицинской и общей психологии КГМУ, эмоциональное выгорание — реально существующая проблема.
— Вопрос с синдромом эмоционального выгорания не является надуманным, — рассказал он «Реальному времени». — Действительно, у ряда людей, профессии которых связаны со стрессами и тяжелыми перегрузками, синдром эмоционального выгорания может на определенном этапе развиться. Традиционно к этим профессиям относятся врачи, педагоги, то есть люди, которые общаются с другими людьми активно, «стрессово».

Владимир Менделевич: «Действительно, у ряда людей, профессии которых связаны со стрессами и тяжелыми перегрузками, синдром эмоционального выгорания может на определенном этапе развиться». Фото kazanfirst.ru
Однако Владимир Менделевич сомневается, что с такой проблемой сталкиваются чиновники. В то же время Елена Машкова, директор Центра маркетинговых исследований, считает, что чиновники, наоборот, более подвержены стрессу.
— Я думаю, что чиновники, конечно, подвержены стрессу, может быть, даже больше, чем другие организации, потому что они относятся к бюрократическим системам, — рассуждает Машкова. — Это значит: очень жесткая иерархия, подчиненность низших уровней более высоким и беспрекословное выполнение. Иначе они бы не держались в этой системе. Это очень иерархические структуры, где люди теряют самость — чувство внутреннего удовлетворения, самодостаточности, независимости. С одной стороны, люди амбициозны, а с другой — они вынуждены подчиняться правилам. Поэтому проблема выгорания стоит очень остро. Если тренинги проводятся профессионально, думаю, они могут помочь. Знаете, я недавно общалась с коллегой, которая сейчас живет в Швеции. По ее словам, на этот год государство поставило ключевую задачу: работать без стресса. Работа без стресса как цель государственно-медицинской профилактики. И она рассказывает, что к ней подходят коллеги и спрашивают: как ты думаешь, я работаю не в стрессовом состоянии? Они все минимизируют: чтобы в детских садах, в школах дети не испытывали стресса. Это квалифицируется как заболевание, и по стрессу получают больничные листы. Это можно считать излишеством, но на самом деле в психологическом плане наши люди гораздо уязвимее, чем в Швеции.
Доктор психологических наук, доцент кафедры психологического обеспечения профессиональной деятельности СПбГУ Наталия Водопьянова, специализирующаяся на этой проблеме, считает, что проблема чаще встречается из-за внешних предпосылок.
— У госчиновников профессиональное выгорание встречается достаточно часто по типу «деперсонализации»— дегуманизация отношений с другими. Эмоциональное истощение встречается редко, т.к. чиновники, как правило, имеют высокий уровень материального благополучия и могут позволить себе полноценное питание, оздоровительные и восстанавливающие мероприятия и средства, чего не могут себе позволить лица с низкой материальной обеспеченностью. Последние чаще эмоционально истощаются. Термин «эмоциональное самовыгорание» — не этичен. Субъект труда подвержен синдрому выгорания не столько из-за внутренних личностных предпосылок, сколько из-за внешних — организационных и социальных факторов. «Выгорание скорее говорит об организации, чем о личности» — цитата Кристины Маслач, основоположницы модели выгорания.
Тренинг «анти-выгорание» для специалистов любых профессиональных групп считаю полезным. Вопрос состоит в том, чтобы данные тренинги проводили квалифицированные психологи без выхолащивания данной проблематики. Если тренинг проводят не специалисты, не профессионалы, тогда идея психологической помощи тем, кто подвержен выгоранию, приобретает только коммерческий характер, а не научно-обоснованный.
«Просто не выдерживают темпа, поскольку спрос и напряжение огромное»
Мы попросили опытных управленцев, так или иначе связанных с госсектором, оценить инициативу по психологической подготовке чиновников.